Кровь Серебряного Народа. Том 3 - Алексей Викторович Вязовский

— Пятьсот лет замок стоял, потому что к нему не приходил я, — мы переглянулись с Мархуном; орк заулыбался, перехватил поудобнее древко флага. — К полуночи красного шатра не будет. Твои воины ещё могут уйти в лес. Твои женщины ещё могут увидеть завтрашнее солнце. Завтра в Кат-Морне будут только ваши трупы. Помни об этом, «хранитель южного рубежа»…

Я развернулся и пошёл прочь, не дожидаясь ответа. Илландир что-то орал вслед, но я уже не слушал. Психологическая дуэль закончилась. Дальше будет говорить сталь.

* * *

Полночь. Белая комета стояла в зените, заливая окрестности Кат-Морна мертвенным, фосфоресцирующим светом. В нашем лагере царило тяжёлое ожидание. Орки Мархуна подтягивали ремни доспехов, проверяли крепления наплечников. Степняки Джумахи сидели на корточках, перебирая стрелы. «Красная сотня» Мунука — мои лучшие бойцы, закованные в звёздную сталь, — стояла молчаливым железным строем с поднятыми копьями.

Я дал знак: старый красный шатёр начали быстро разбирать, и вскоре на его месте раскинулся чёрный. По лагерю пронёсся глухой ропот — мои воины уже знали, что этот цвет означает конец милосердию.

— Пора, — сказал я и, уже обращаясь к древолюду, скомандовал: — Вперёд!

Я закрыл глаза, настраиваясь на управление големом. Синий свет в груди исполина вспыхнул ярко, почти ослепительно. Я чувствовал его вес, его мощь, его готовность крушить. Гигант двинулся вперёд. На этот раз он не шёл осторожно, как на перевале. Он набирал скорость, разгоняясь. За ним, прикрывшись щитами, шли орки и «красные».

Земля под ногами лесного титана не просто дрожала — она стонала. Древолюд бежал, и этот бег напоминал сход лавины. Со стен Кат-Морна полетели огненные стрелы, расчерчивая ночное небо оранжевыми штрихами. Снова щёлкнули баллисты. Один болт прошёл мимо, второй ударил в плечо великана, выбил фонтан искр, но не замедлил его ни на секунду.

Удар был такой силы, что звук разнёсся далеко вокруг. Древолюд не стал бить кулаками — он просто всем телом вошёл в створ на полной скорости, вложив в это движение всю свою многотонную мощь. Ворота не открылись — они лопнули. Левая створка сорвалась с петель и влетела внутрь замка, раскидывая в стороны и размазывая по камням тех, кто стоял за ней. Правую смяло и прижало к стене. Верхняя надвратная балка треснула, и часть кладки обрушилась вниз, накрыв лорда Илландира, который в этот момент пытался отдавать команды со внутреннего мостика. И это мигом похоронило идею облить древолюда кипящей смолой и поджечь.

Дополнительной внутренней решётки в замке не было — то ли из-за жадности лорда, то ли про такое тут и не слышали, рассчитывая только на мощь самих ворот. И лесной титан влетел во внутреннее пространство замка, даже не снижая своей скорости.

Пока мои воины не успели туда проникнуть, своих там не было. Поэтому я просто мысленно дал команду великану: «Крушить. Убивать».

После чего громко дунул в рог команду: «Атака». Вперёд пошло всё войско.

— В пролом! — взревел Мархун.

Защитники замка пытались бить из луков со стены, но урон моим атакующим сотням они наносили минимальный. Рунные щиты и доспехи из звёздной стали были для них непробиваемыми. А попасть в сочленение доспехов ночью по бегущему противнику было крайне тяжело даже для таких хороших стрелков, какими были эльфы. Баллисты с башен успели сделать ещё по два выстрела, когда орки первыми ворвались в облако пыли у ворот. За ними, лязгая железом, двинулась «красная» сотня.

Пока древолюд разносил в каменную пыль внутренние строения замка и топтал всех встречных, в узком пространстве воротного проезда началась бойня. Стража со стен попыталась выстроить какое-то подобие стены щитов, но мои степняки такое уже проходили в Митрииме. Их копья со скрежетом пробивали доспехи и щиты защитников.

Джумаха со своей сотней действовал расчётливо. Пока Мунук с орками проламывал строй пехоты, его люди закидывали галереи стрелами, работая по каждой щели, по каждому силуэту.

Я вошёл в замок, когда основное сопротивление у ворот было подавлено. Под ногами хлюпало красным. Поверхность каменных плит стала скользкой от крови и смолы. У стен лежали тела, разрубленные почти пополам тяжёлыми орочьими ятаганами.

Пробивающегося к донжону древолюда встретил отряд гвардейцев Нориана. У них были более длинные копья, чем у местных, и они ими умели пользоваться. Но древолюду было всё равно. Он пёр, как танк, раскидывая эльфов в разные стороны; копья ломались о его грудь, как спички.

* * *

Донжон замка — центральная башня — всё ещё огрызался. Там заперлись остатки лучников Илландира, забаррикадировавших двери изнутри.

— Мунук, обеспечь прикрытие. Мархун — готовь ребят к штурму, — распорядился я.

Древолюд подошёл к дверям донжона. Он поднял руки и одним ударом вбил дубовые двери внутрь. Оттуда раздались истошные крики. Степняки и орки ворвались в донжон вслед за великаном, которому пришлось наклониться и буквально протискиваться туда. Пленных не брали. Мой приказ о «чёрном шатре» исполнялся неукоснительно. Я слышал, как затихают мольбы о пощаде, сменяясь предсмертным хрипом. Замок погружался в хаос тотального истребления и разграбления. Бойцы Мунука где-то уже начали вскрывать погреба с вином и склады с зерном, не обращая внимания на трупы под ногами.

Я вернулся к воротам замка, где нашли тело Илландира под обломками. Его красивый шлем был смят, а самого лорда буквально раздавило камнями. Лица было не узнать — просто кровавое месиво вперемешку с каменной крошкой. Никакого геройства, никакой последней дуэли. Просто нелепая смерть вождя, который слишком верил в свои силы и в свои стены.

Ко мне подбежал чёрный от копоти Джамал:

— Повелитель, там, на той стороне, десяток эльфов спустились со стены замка и уходят в лес.

— Пусть бегут. Расскажут в следующем замке о том, что бывает с теми, кто видит чёрный шатёр перед своими окнами.

Древолюд стоял посреди внутреннего двора. Он выглядел как пришелец из самых жутких кошмаров — весь в крови, с сияющим кристаллом в груди. Тот продолжал мерно пульсировать, словно сердце огромного зверя.

Я подошёл к нему, замерил заряд. Всего с начала нашего похода потрачено где-то четверть всей магической энергии. Должно хватить до столицы Серебролесья. А там… Ладно, не будем заранее тревожиться.

— Теперь ты не просто лесной великан, — тихо произнёс я. — Ты — начало конца для этого королевства. У тебя должно быть имя, которое будут шептать в ужасе.

Я