Кровь Серебряного Народа. Том 3 - Алексей Викторович Вязовский

Талион кивнул на просвет между деревьями. Там, где лес начинал редеть, на высоком скалистом уступе проступали очертания небольшого замка. Он не был похож на изящные дворцы столицы. Это была функциональная, тяжёлая постройка из серого камня, вросшая в невысокую скалу. Ни рва, ничего. Только стены, пара надвратных башен с флагами.

— Это замок Кат-Морн, — сказал Талион. — Ключ к южной дороге. Здесь правит лорд Илландир, один из самых верных псов Нориана. Старая кровь, тяжёлый нрав. У него под началом было три сотни егерей и столько же городской стражи из окрестных деревень. Сколько там сейчас воинов, не знаю. Туда же ещё и эти отошли, которые уцелели после пожара у перевала.

— И много таких замков?

— Серебролесье — это королевство, состоящее из пяти крупных доменов. На севере — Башни Пепла лорда Валериона, на западе — земли Защитника леди Глории. На востоке, до владений Звёздного Чертога, лежат земли лорда Самуэля. На юге, там, где мы сейчас, Великий Лес. А в центре Серебролесье, коронные владения Нориана Златокудрого. Столица королевства. Между ними разбросаны полдюжины замков лордов-вассалов и сотни деревень, каждая из которых платит дань своему местному лорду. Кат-Морн — первый такой замок на нашем пути к столице. Будет ещё два.

Я посмотрел на замок. Стены были высокие — больше пяти человеческих ростов, а на парапетах уже виднелось движение. Блеск металла подсказывал, что нас ждут.

— Илландир не из тех, кто сдаётся, — продолжал Талион. — Он считает себя хранителем южного рубежа. Под его защитой находятся семь лесных поселений в долине за замком. Для местных эльфов он — закон.

«Оставлять за спиной таких врагов нельзя», — подумал я. Значит, будем штурмовать.

— У Илландира на стене были две баллисты, — Талион прищурился, вглядываясь в надвратную башню. — Когда я был последний раз у него в замке лет пять назад с торговым караваном, он ими сильно хвастался. Мол, они бьют болтами толщиной в мою руку и пробивают трёх воинов в ряд, защищённых рунными щитами.

Я взглянул на древолюда. Он замер на опушке, ожидая моего приказа.

— Еды на пять дней, Талион. А в замке есть запасы провизии. Не могут не быть. У нас нет времени на правильную осаду с подкопами и лестницами. Мы пойдём в лоб. Если Илландир такой верный вассал Нориана, пусть посмотрит, как его замок превращается в щепки. Но сперва мы дадим ему выбор.

Мы вышли на открытое пространство перед замком. Я чувствовал, как сотни глаз следят за каждым нашим движением из-за бойниц.

Я дунул в рог, приказывая войску ставить лагерь. А сам махнул рукой оркам и пошёл вперёд, к воротам замка. Слева от меня шёл Талион, неся в руке копьё с белой тряпкой, привязанной у острия. А справа Мархун нёс знамя Серебряного Вихря. За нами шагал древолюд.

— Илландир! — крикнул я, вкладывая всю силу в голос, чтобы он долетел до стен. — Открой ворота, и я оставлю тебя и твоих эльфов в живых! Мне нужен только беспрепятственный проход до столицы и провиант!

Ответом мне была тишина, прерываемая лишь хлопаньем знамён на ветру. А потом надвратная башня словно выдохнула. Послышался резкий щёлчок сорвавшейся тетивы баллисты, и тяжёлый стальной болт длиной в два человеческих роста пролетел прямо над нами.

Снаряд ударил точно в центр груди древолюда.

Меткие, суки.

Раздался оглушительный звон, похожий на удар кувалды по гигантскому колоколу. Удар оказался сильным: пыль и пепел сдуло с тела исполина. Древолюд лишь слегка качнулся назад, его левая нога глубоко ушла в грунт, гася инерцию.

Тяжёлый болт, смятый и искривлённый, со звоном отскочил от его груди и рухнул вниз. Я пригляделся. Ни трещины, ни скола на теле древолюда. Отлично, просто замечательно…

На стенах Кат-Морна воцарилась гробовая тишина. Я видел, как фигурки эльфов замерли у баллист. Они только что использовали своё самое мощное оружие — и всё бестолку.

Я выдохнул с облегчением, протрубил в рог, снова закричал:

— Илландир! Я поставлю у себя в лагере сегодня большой белый шатёр. Пока он стоит, у тебя есть возможность сдать замок мирно, и никто не пострадает. Если ты не сдашься к полуночи, то завтра я поставлю красный шатёр. Если ты сдашься пока стоит красный шатёр — умрут только твои воины с оружием в руках. И никто больше. На третий день я поставлю чёрный шатёр и начну штурм. И когда я возьму замок — там умрут все! Ты меня слышишь, Илландир? Все! И их кровь будет на твоих руках!

* * *

* * *

Глава 11

На обратном пути в лагерь Талион, шагавший рядом со мной, угрюмо поинтересовался:

— Мы что, правда, на третий день убьём там всех? И женщин, и детей?

— Даже не сомневайся! — хохотнул Мархун. — Но не волнуйся: девок убьём не сразу.

Талион схватился за рукоять меча, я положил руку сверху, прижал её.

— Не делай глупостей! — тихо произнёс я. — Это война. Чтобы сохранить жизни многим, приходится кем-то жертвовать. Их смерть послужит для других уроком — и дальше на нашем пути смертей будет сильно меньше. Если мы разобьём этого Илландира здесь с показательной жестокостью за отказ от сдачи замка, это пошлёт сигнал другим вассалам Нориана. Страх — единственное, что работает.

— А если он сдастся?

Я пожал плечами:

— Хорошо бы. Но ты же сам говорил, что этот Илландир не из тех, кто сдаётся. К сожалению, на войне иногда так бывает, что страдают невинные. Ты вроде уже опытный воин. Ты никогда не убивал женщин и детей?

— Нет, — пробормотал Талион еле слышно. — И не думал, что когда-нибудь придётся.

— Если тебя это так беспокоит, то «синие плащи» не будут участвовать в штурме замка. Ваша задача будет провести разведку в окрестных деревнях. Найти провиант и обеспечить передовой дозор на случай подхода подкрепления к защитникам замка.

— Благодарю, Повелитель, — он вздохнул с облегчением.

Мархун, слышавший весь наш разговор, только усмехнулся. Для него и без лишних вопросов всё было очевидно и понятно. Орки всю жизнь в степи — на войне.

А я смотрел на сотника «синих плащей» со смешанным чувством. Он, конечно, по-своему прав, и какие-то правила должны быть. Честь и