Принцип Черчилля. Стань личностью — добьёшься успеха - Хельге Хессе

в Европе, они снова начали интересоваться только собой, почти не обращая внимание на Старый Свет. В так называемые золотые двадцатые годы американцы посвятили свои силы собственной растущей экономической мощи, предались потреблению, а в остальном не испытывали ни малейшего желания брать на себя ответственность, свалившуюся на них в результате увеличившейся после Первой мировой войны геополитической власти. Они хотели мира в Европе, но участвовали в его достижении только избирательно.

В начале Второй мировой войны — Черчилль как раз был назначен военно-морским министром — президент США Франклин Делано Рузвельт написал ему письмо. Оба государственных деятеля поддерживали контакт уже много лет. Они ценили друг друга, хотя поначалу Рузвельт находил Черчилля не особенно симпатичным. В первую очередь именно Черчилль старался укрепить это знакомство. К концу войны оба написали друг другу примерно по тысяче писем. Черчилль хвалил «новый курс» Рузвельта, экономическую и социальную политику, с помощью которой Рузвельт пытался преодолеть государственным регулированием Великую депрессию после биржевого краха 1929 года. Кстати, в этом пункте представление о Черчилле как о махровом консерваторе тридцатых годов дает трещину.

Его речь, в которой он заявил: «Мы никогда не сдадимся», тоже была сигналом для Рузвельта, как и знаменитое высказывание о «крови, тяжком труде, поте и слезах» в начале работы в правительстве, — Черчилль давал Рузвельту понять, что Великобритания никогда не договорится с гитлеровской Германией. О компромиссном мире, который Гитлер иногда предлагал, для Черчилля не могло быть и речи. Он знал: этого агрессора надо победить и уничтожить. По-другому мир был невозможен.

Черчилль пользовался всеми возможностями, чтобы завоевать доверие Рузвельта и наладить с ним личные отношения.

Старания Черчилля наладить двусторонние контакты принесли свои плоды. Когда президент Соединенных Штатов послал в Великобританию Гарри Хопкинса, бывшего его личным доверенным лицом, Черчилль обхаживал того по всем правилам искусства. Всегда старавшийся иметь дело с высшим командиром, всегда хотевший разговаривать лично и без посредников с главным лицом, принимающим решения, тут он инстинктивно почувствовал, каким влиянием обладал посланник Хопкинс. Тот пользовался безграничным доверием Рузвельта и ревниво оберегал свои тесные отношения с президентом США. Короче, Хопкинс был ключевой фигурой в стараниях Черчилля привлечь США на сторону британских интересов. Черчилль встретил Хопкинса как личного гостя, принимал его у себя дома и всеми мыслимыми способами демонстрировал ему, что он является истинным руководителем Великобритании, следовательно, и самым достойным партнером по европейским переговорам для Рузвельта. Позднее, во время войны, Черчилль несколько раз на корабле отправлялся в Америку, чтобы посетить Рузвельта. Он никогда не щадил себя, если надо было поддержать важные контакты. Ему приходилось летать и к Сталину, хотя опасность обстрела немецкими ВВС была очень велика. В декабре 1941 года Черчилль перенес в США легкий сердечный приступ, от которого оправился всего за несколько дней отпуска.

Стараясь привлечь на сторону Англии американского президента, Черчилль полностью полагался на себя, на свою общительность, гостеприимство, способность увлечь других, на свой талант завязывать контакты, нимало не заботясь об этикете.

И конечно же он полагался на свою находчивость.

Однажды — Черчилль только что принял ванну — Рузвельт постучал в его дверь, и тот крикнул: «Войдите!» Когда Рузвельт вошел, Черчилль встал. При этом полотенце, в которое он закутался после ванны, упало. Стоя обнаженным перед изумленным президентом Америки, Черчилль произнес:

— Как видите, господин президент, мне нечего от вас скрывать.

И Черчилль действительно расположил к себе Рузвельта, прощаясь, президент сказал:

— Можете доверять мне до конца, каким бы горьким он ни был.

Чрезвычайно интересно, как Черчиллю удалось окончательно привлечь Рузвельта на сторону Великобритании. Это был простой шахматный ход. Вступив в должность, Черчилль вооружил британскую армию, не учитывая финансового состояния страны, в результате в конце 1940 года у Великобритании не осталось денег, и она не смогла дальше оплачивать достаточно большие американские поставки сырья и материалов. Нужно было, чтобы Рузвельт согласился продолжать поставки без оплаты, в противном случае Великобритания погибнет. Выход нашли в законе о ленд-лизе. В соответствии с ним Великобритания только «брала взаймы» и «арендовала» поставляемые товары, то есть не покупала их. Однако эта «сдача в аренду», впрочем, то же самое было бы и с продажей, входила в явное противоречие с объявленным США нейтралитетом. Только в декабре 1941 года Рузвельт окончательно отказался от нейтралитета, который Америка в какой-то мере продолжала соблюдать. Утром седьмого декабря японцы напали на американскую морскую базу в Пёрл-Харбор на гавайском острове Оаху. Теперь Соединенные Штаты оказались в состоянии войны с Японией, а спустя несколько дней и с Германским рейхом, потому что Гитлер, который с двадцать седьмого сентября 1940 года был связан с Японией и Италией трехсторонним пактом, воспользовался этим и объявил войну США. За несколько месяцев до этого, в июне 1941 года, ход войны уже решительно изменился. После того как запланированный захват Британских островов в результате успешного сопротивления британских военно-морских и военно-воздушных сил провалился, Гитлер без объявления войны ввел войска вермахта на территорию Советского Союза.

Завязывание контактов и налаживание доверительных отношений Черчилль использовал и со Сталиным, чтобы враг его врага Гитлера стал союзником Великобритании.

После нападения Германии на Советский Союз Черчилль сразу же стал пытаться заключить альянс со Сталиным. Он, антикоммунист, требовавший после революции в России «удушить большевизм в колыбели», незамедлительно начал поставлять России все, что нужно было для фронта. Потому что в борьбе с Гитлером Черчиллю требовалось объединить все возможные силы. А для достижения провозглашенной им цели — «победа любой ценой» — цена альянса с закоренелым врагом была даже относительно невысока. Черчилль говорил об этом: «Каждый человек и каждое государство, если они борются с Гитлером, получат нашу помощь. Каждый человек и каждое государство, если они заодно с Гитлером, становятся нашим врагом». Цель — победа над Гитлером, и если бы Гитлер захотел завоевать ад, как однажды сказал Черчилль своему личному секретарю, то он, Черчилль, заступился бы в парламенте даже за дьявола.

С этих пор в прессе, в кинохронике и по радио Черчилль хвалил доблесть русских войск и руководство советского диктатора Иосифа Сталина. Это тоже делалось специально для далекого и чуждого союзника. Сотрудничество со Сталиным не было таким последовательным и ровным, как сотрудничество с Рузвельтом. В лице Сталина и Черчилля встретились диаметрально противоположные мировоззрения, поэтому приходилось тщательно различать официальные и неофициальные обмены мнениями. Публично хваля Сталина, Черчилль позволял себе критику в личных письмах Сталину и при непосредственных встречах с ним, например, он критиковал антиамериканские публикации в советских газетах.

Общаться со Сталиным было тяжело. Несмотря на