Безликий - Е. Юань

Люк и мадам Мэри непринужденно обсуждали вереницу именитых гостей, коими пестрел сегодняшний прием. Вспомнили и сэра Деса Шоу, председателя Комиссии по расследованию загрязнения атмосферы и главу Национального метеорологического управления, и мистера Кейва, члена всё той же комиссии, председателя Королевского метеорологического общества и депутата нижней палаты, и прославленного доктора Хоксли, курирующего вопросы здравоохранения в графстве Мидси.

Вся эта публика обладала колоссальным влиянием в правительственных, королевских и парламентских кругах. А итоговый доклад, который предстояло подготовить их комиссии, должен был лечь в основу грядущих «Закона о борьбе с загрязнением» и «Закона о сокращении выбросов дыма и газов».

Компания «Коим», сделавшая ставку на антрацит и древесный уголь, как раз из кожи вон лезла, чтобы форсировать этот процесс, дабы неповоротливые угольные гиганты-конкуренты попросту не успели перестроиться.

— Соперники ни за что не станут скупиться на звонкую монету. Они непременно попытаются подмазать влиятельных парламентариев, чтобы пустить наше расследование под откос. Нам жизненно необходим четкий план контригры. Как мудро подметил мистер Хибберт Холл, мы обязаны взять под контроль общественное мнение. Пусть газеты и глянцевые журналы изо дня в день трубят о чудовищных последствиях смога… — Люк, будучи старшим управляющим «Коим» и правой рукой главного акционера, мадам Мэри, хватку имел бульдожью и талантами обделен не был.

За этой оживленной беседой Люк внезапно поймал себя на мысли, что сидящая рядом супруга не проронила ни звука, словно из нее разом вытянули всю душу.

— Старлин, что-то стряслось? — с неподдельной тревогой поинтересовался он.

Вынырнув из оцепенения, женщина через силу выдавила улыбку:

— Пустяки, просто немного вымоталась.

— Еще бы. Вращаться среди элиты такого калибра — то еще испытание для нервов. Естественно, что сейчас, когда напряжение наконец спало, накатила усталость. Признаться честно, я и сам едва на ногах держусь, — с понимающим смешком отозвался Люк.

Старлин ничего не ответила. Ее остекленевший взгляд блуждал где-то за окном кареты, скользя по раскинувшемуся вдали парку с зеркальной гладью озера.

В ушах всё еще эхом отдавались брошенные с пугающей, ледяной беспечностью слова той юной аристократки:

— Четыреста пятьдесят фунтов.

— Хорошо выдрессированная гончая обойдется вам фунтов в четыреста пятьдесят, а то и во все семьсот.

…………

Город Серебра, самые недра Круглой Башни.

Запертый в тесной, давящей каморке Деррик Берг исправно принимал пищу и глотал микстуры. Его рассудок стремительно прояснялся, а назойливые слуховые и зрительные галлюцинации растаяли без следа.

«День-другой, и меня наверняка выпустят на волю… Торчать в этих глухих стенах просто невыносимо… А тот бедолага за стеной, бывший капитан разведывательного отряда, гниет здесь уже целых сорок два года. И при этом умудрился сохранить на редкость трезвый, острый ум! Да я бы на его месте давно уже рехнулся… Впрочем, его байки о былых вылазках и диковинных монстрах чертовски затягивают. Хотя порой от них кровь стынет в жилах…» — сидя на краю жесткой койки, Деррик неотрывно смотрел на догорающий, истекающий воском огарок свечи.

До тех пор, пока стражники не принесут следующую порцию еды и зелий, ему предстояло погрузиться в кромешный, абсолютный мрак.

И в этот самый миг перед глазами заклубилась густая серая мгла, а в ушах раскатился низкий, обволакивающий баритон Шута:

— Готовься к собранию.

Наваждение растаяло так же внезапно, как и нахлынуло. Вынырнув из транса, юноша по укоренившейся привычке принялся мысленно отсчитывать удары сердца.

Впрочем, он тут же осекся, сообразив, что в этом нет ни малейшей нужды. Будучи наглухо запертым в одиночке, ему не от кого было таиться и отводить глаза.

Перестав отбивать ритм, Деррик внезапно задался куда более тревожным вопросом:

Прямо сейчас он находился в зоне поражения того самого мистического артефакта, что покоился в недрах Круглой Башни. Не засечет ли эта штуковина ту самую божественную длань господина Шута, когда Тот попытается выдернуть его в чертоги над серой мглой?

Как-никак, речь шла об одной из двух величайших святынь, не раз уберегавших Город Серебра от тотального, катастрофического истребления!

Растерзанный сомнениями и так и не пришедший к окончательному решению, Деррик увидел, как из пустоты хлынул бескрайний, пульсирующий багрянец. Кровавая волна взметнулась ввысь и в следующее же мгновение поглотила его без остатка.

В тесной, наглухо запертой каморке воцарилась могильная тишина. Даже редкие, едва уловимые звуки дыхания сошли на нет.

Внезапно по разделяющей Деррика и бывшего капитана металлической стене прокатился легкий, короткий стук.

То был их негласный, выработанный за эти дни условный сигнал для беседы.

Тук!

Сосед за стеной согнул палец и ударил по железу еще раз.

Однако третьего удара, который должен был последовать незамедлительно, так и не раздалось. Тишина затянулась.

Лишь спустя целую вечность металл вновь отозвался робким, неуверенным стуком. А затем обе камеры окончательно погрузились в глухое, звенящее безмолвие.

…………

Благополучно отбыв повинность на светском обеде и вдоволь поупражнявшись за фортепиано, Одри, скрупулезно высчитав время, направилась в свои покои.

Проходя мимо кабинета отца, графа Холла, она заметила, что тяжелая дубовая створка приоткрыта, а на столешнице возвышается пухлая стопка каких-то бумаг.

«Еще утром их там не было…» — сгорая от любопытства, Одри сбавила шаг и подала выразительный знак глазами крупной золотистой ретриверше Сьюзи.

Сьюзи, будучи полноправным «Зрителем», теперь понимала хозяйку с полувзгляда. Малейшего намека хватало, чтобы собака безошибочно считала приказ. Разумеется, время от времени рыжая бестия технично прикидывалась дурочкой, всем своим видом демонстрируя, что ничего не поняла и желает лишь спокойно полежать.

Уловив сигнал, собака бесшумной тенью юркнула в кабинет. Закинув передние лапы на край стола, она грациозно вытянулась во весь рост.

Пробежавшись цепким взглядом по титульному листу, Сьюзи так же незаметно вернулась к Одри и приглушенно пробормотала:

— «Исследование условий жизни различных слоев населения Восточного района, портовой зоны и Фабричных кварталов».

— Одри, и что бы это значило?

«Исследование условий жизни Восточного района, доков и фабрик? С какой стати папе вдруг приспичило копаться в этом грязном белье? Я ведь ни словом не обмолвилась ему ни о чем подобном…» — Одри настолько опешила, что даже забыла ответить на вопрос питомицы.

Воровато оглянувшись по сторонам и убедившись, что все слуги заняты делом и не обращают на нее ни малейшего внимания, девушка гордо вздернула подбородок и с самым невозмутимым видом шагнула в святая святых графа Холла.

Подойдя вплотную к столу, она опустила взгляд на пухлую папку. Название отчета слово в слово совпадало с тем, что доложила Сьюзи.

«Хм, отпечатано на машинке. Исполнитель — некий репортер по имени Майк