Служебный развод - Агата Лав

У него это выходит так легко и просто, что мне остается только принять ласку. Это чертовски приятно. Он поглаживает мои пальцы, чуть сжимая, а я ловлю себя на мысли, что начинаю привыкать к его прикосновениям. Горячим, нежным, страстным.

— И что за встреча? — спрашиваю его. — Я что-то пропустила в твоем расписании?

— Нет… Больше не могу находиться в офисе, — выдыхает он.

— Какая новость. Я думала, ты трудоголик, — подшучиваю, но сильнее сжимаю его пальцы, словно хочу унять его усталость.

Глава 19

В какой-то момент Шумицкий отпускает водителя и сам садится за руль. Выглядит так, словно ему в голову приходит внезапная идея. Я с интересом наблюдаю за ним и тоже перебираюсь на переднее сиденье. Игорь ведет машину уверенно, почти расслабленно, но я все сильнее убеждаюсь в том, что он что-то задумал.

— Куда мы едем? — не выдерживаю я, склонив голову набок.

— Потерпи немного, — произносит он, не сводя взгляда с дороги. — Любишь сюрпризы?

Я пожимаю плечами. Раньше, кажется, любила. Но последние годы научили меня тому, что сюрпризы редко бывают приятными.

Мы сворачиваем с асфальтированной дороги, колеса мягко качаются на грунтовке, и я замечаю впереди белые деревянные ограждения.

— Конюшня? — удивляюсь я, когда он плавно паркуется у массивных ворот.

— Ты быстро соображаешь, — усмехается он, выходя из машины.

Я следую за ним, оглядываясь по сторонам. Место выглядит отлично, хотя заметно, что кое-где требуется ремонт. Деревянные постройки выкрашены в теплые терракотовые оттенки, а высокая изгородь ограждает просторные загоны.

Главное здание — массивный амбар с высокой крышей, широкими створчатыми воротами и маленькими окошками, за которыми едва угадывается движение. Возле входа аккуратно сложены тюки сена, а чуть в стороне раскинулась небольшая крытая площадка с лавками. Похоже, здесь собираются для отдыха или занятий. Рядом есть небольшое кафе.

— Зачем мы здесь? — Я прищуриваюсь, подозрительно глядя на него.

— Решил вложиться, — спокойно отвечает он. — Здесь можно организовать много всего. Туристические прогулки, занятия для детей, тренировочный центр…

— То есть на базе отдыха ты успел не только в гольф поиграть? — усмехаюсь я.

— И не только девушку спасти, — хмыкает он, притягивая меня ближе. — Хотя, если честно, еще утром я раздумывал, стоит входить в это дело или нет. На базе отдыха Беляков показал свой проект, он убыточный… Он не справился с этой конюшней, теперь ищет, на кого ее спихнуть.

— Тебе мало проблем в бизнесе? — иронизирую.

— Я люблю лошадей.

— Да?

Я удивлена. Но Игорь уходит от ответа самым банальным образом. Я едва успеваю вдохнуть, прежде чем он накрывает мои губы горячим, требовательным поцелуем. Мое тело замирает, а потом, наоборот, откликается, пронизанное жаром и дрожью. Его ладони скользят по моей спине, заставляя прогибаться под него все сильнее. Когда он отстраняется, у меня перехватывает дыхание.

— Нам стоит переодеться, — хрипло говорит он, проведя пальцем по моей щеке. — Ты ведь не хочешь кататься в офисном костюме?

— Кататься?

— Только не говори, что ты не любишь лошадей.

— Я их боюсь… наверное.

— Глупости, — отрезает он и увлекает меня к главному входу, откуда ведет к главному зданию. — Ты быстро освоишься.

— Ты решил меня всему научить из своего мира для избранных? Гольфу, теперь вот скачки…

— Это не скачки, — Шумицкий повторяет мой иронизирующий тон. — И что за мир избранных? Я должен носить с собой спецпропуск?

— Ты его и так носишь.

— Да? Не замечал.

Я подцепляю ноготком массивный браслет его дорогущих наручных часов.

— Тут моих окладов за пару лет.

— Больше, — выдыхает Шумицкий.

— Я знаю. Я даже знаю их точную стоимость. Это тоже часть моей работы. Но мне стало интересно, поправишь ты меня или нет.

Он усмехается, а я вдруг понимаю, что главное мне удалось. Игорь забыл о своей усталости, он как будто выдохнул полной грудью и наслаждается каждым моментом. Впрочем, как и я. От офиса действительно иногда начинает тошнить, хочется вырваться на свежий воздух.

— Я же босс, — говорит Игорь. — Я должен следить, что говорят мои подчиненные.

— Мои подчиненные?

Мои брови ползут вверх.

Игорь молниеносно перехватывает мой протест и вталкивает в раздевалку. Я пытаюсь выставить руки, хотя мне сразу становится смешно, да и бороться с ловким и сильным мужчиной — так себе затея изначально. Тем более этот мужчина обдает жаром и самым наглым образом устраивает свои ладони на моей талии.

— Если я сейчас подчиненная, то это харассмент, — упрямлюсь я и отступаю от него, не выпуская из виду его лицо. — Домогательства на рабочем месте, за такое можно распрощаться с репутацией раз и навсегда…

— У меня и так скверная репутация.

— А у меня хорошая!

Черт…

Была хорошая.

Сейчас я даже знать не хочу, что шепчут за моей спиной в офисе. Хотя и понимаю, что многие это делают из зависти.

— Я только помогу тебе переодеться. — Игорь делает последний шаг и зажимает меня в углу.

— Обещаешь?

Шумицкий не успевает ответить что-то дьявольски обольстительное, потому что в раздевалку входит девушка из персонала и приносит одежду. Игорь сразу выпускает меня из рук и сухо благодарит работницу, которая выглядит смущенной. Я одергиваю свою юбку, которую Игорь уже второй раз за день почти что скрутил трубочкой, и приказываю себе успокоиться.

Надо все-таки не терять голову.

Я показываю Игорю, чтобы он оставался на другой стороне раздевалки, и смотрю на него строгим прокурорским взглядом. Он насмешливо приподнимает ладони к груди, демонстрирую капитуляцию. Хотя бы на пару часов.

Мы переодеваемся в удобные джинсы и футболки и выходим за ворота манежа. Воздух наполнен запахами сена, кожи и чего-то теплого, живого.

— Это Рэйна, а это Гром, — девушка из персонала представляет нам лошадей.

Я подхожу ближе, чувствуя самый настоящий трепет. Да, это не страх, это смесь детского восторга, любопытства и счастья. Я осматриваю лошадей. Гром — высокий, мускулистый, с горделивым изгибом шеи. Я осторожно провожу ладонью по его гладкой теплой шкуре, затем касаюсь густой гривы.

— Никогда не думала, что они такие… — я запинаюсь, подбирая слова. — Такие потрясающие.

— Они чувствуют людей, — тихо говорит Игорь.

В его глазах нет привычной хищной насмешки, нет ледяного спокойствия. Только мягкость. И я вдруг понимаю, что мне нравится видеть его таким. Но когда приходит время садиться в седло, я немного нервничаю.

— Не бойся. — Он подходит сзади, его ладони уверенно ложатся мне на талию. — Я помогу.

Я ощущаю силу его крепких ладоней. Он легко приподнимает меня и усаживает в седло.

— Как ощущения? — спрашивает он, оставаясь рядом.

— Смешанные… Только пусть она остается на месте.

Игорь смеется. Он с лаской