Ведьма - Василиса Мельницкая

— Она тебе не нравится? — догадалась я. — Погоди, но… мне показалось, наоборот…

— Она мне нравится. В этом и проблема, — вздохнул он.

— Почему⁈ Из-за происхождения?

— Потому что она — ведьма.

— Не понимаю, — призналась я. — Разве это плохо? Ты все о них знаешь…

— Вот именно. Все, Яра, отстань. Я же не допытываюсь, что за ссора у вас с Савой. Так я останусь с Ванькой?

Если Мишка сказал «нет», с ним лучше не спорить. К тому же, сейчас не время, чтобы сводничеством заниматься. И отвозить Глафиру в школу все же придется самой.

Я кратко пересказывала Ване последние новости, когда в палату заглянул Сава.

— О! — обрадовался Мишка. — Ты вовремя, проводишь Яру. А то стремно ее одну отпускать.

— Чего⁈ — возмутилась я.

— Что у вас тут происходит? — поинтересовался Сава. — Яра, Александр Иванович велел тебе передать, что он в курсе и уже занимается этим вопросом, а тебе позвонит, когда будут новости. Ничего не хотите мне рассказать?

— Проводишь? По дороге расскажу, — предложила я. — Как сдал экзамен?

— Спасибо, все хорошо, — сдержанно ответил Сава, будто напоминая мне, что мы в ссоре. — Я Ивана пришел навестить. Если не спешишь, провожу.

Он пододвинул стул ближе к кровати, сел, о чем-то спросил Ваню. Я ничего не слышала из-за гула в ушах. Потом поймала на себе сочувствующий Мишкин взгляд. Показала на дверь и первой вышла из палаты.

— Пойду, — сказала я. — Глашу надо до темноты отвезти. Не спрашивай, ладно, Миш? Все расскажу позже. Так где ключи от машины?

В конце концов, Сава имеет право злиться. И пришел он не ко мне, а к Ване. А я… Я просто спешу, а не убегаю.

Глава 19

Больница, где лечили Ваню, утопала в зелени, и, если бы не забор, отделяющий ее территорию от парка, я ни за что не сообразила бы, где нахожусь. Выйдя из корпуса, я задумалась и свернула не в ту сторону. Вот и уперлась в кирпичную стену.

Перемахнуть забор, пока никто не видит? Или поискать калитку?

Я постояла, рассматривая кладку, и повернула назад. За забором мог быть и обрыв, а я не горела желанием занимать палату, соседнюю с Ваниной.

В двух шагах позади, засунув руки в карманы брюк, прогуливался Сава.

— Не пришел? — поинтересовался он с наигранным любопытством.

— Кто? — машинально спросила я.

— Не знаю, к кому ты так спешила, что пяти минут подождать не могла. Выход с территории больницы не здесь.

«А ведь Сава не простит, — поняла я. — Я ни в чем не виновата, но он не простит. Он видел меня в постели с другим мужчиной. Он этого не забудет».

— Пожалуй, на твоем месте я чувствовала бы то же самое, — вздохнула я. — Где выход? Я заблудилась.

Сава, Ваня, Матвей… Сейчас я согласилась бы на что угодно, лишь бы их оставили в покое. Оказывается, сломать меня очень просто.

— Яра…

Сава обнял меня сзади. Стиснул так, что я не могла пошевелиться. Его горячее дыхание обжигало ухо.

— Яра, прости… Я не могу… не могу… Я не перекладываю решение на тебя. Может, мы найдем выход вместе?

Если бы я могла ответить! Я ничего не поняла из этой бессвязной речи.

— Сава, ты о чем?

Он вздохнул, опустил руки, позволяя мне повернуться к нему лицом.

— Долгий разговор. Ты, кажется, опаздывала?

— Надо успеть до темноты. Но… Сава, обними меня снова. Пожалуйста.

Я сама обхватила его руками, прижалась щекой к его щеке. Колючая. Как же приятно ощущать эту колючесть! И теплые ладони на спине. И этот запах, чуть горьковатый, терпкий. И привычный эмоциональный фон, в котором нет ни раздражения, ни злости, ни обиды.

Боль есть. Колючая, как щетина на его щеках. С привкусом горечи.

— Ничего не было, — сказала я, заглядывая Саве в глаза. — Ничего. Я не изменяла тебе.

Ему не стало легче.

— Срежем путь, — произнес Сава, увлекая меня в Испод.

Пространство свернулось, и мы вышли с изнанки мира во дворе Мишкиного дома.

— Наконец-то! — обрадовалась Глафира. — Где все? Обед готов. Или уже ужин. Как Ваня?

Пришлось рассказывать о Матвее. Сава мрачнел на глазах, Глафира тоже расстроилась.

— Катя на дежурстве, Мишка ей сам скажет, — закончила я. — Может, Матвея скоро отпустят.

Сава как-то недобро усмехнулся.

— Глаша, я тебя в школу отвезу, — сказала я. — Записку от меня передашь Алевтине Генриховне? Боюсь, если я с ней встречусь…

— Вот еще, — фыркнула Глафира. — Я тут останусь. До утра — точно. А там видно будет.

— Глаш…

— Нет, если ты намекаешь, что я тут лишняя…

— Глаша!

— Да я просто помочь хочу, — вздохнула она, сдувшись. — Чем могу. Тебе не разорваться. А со школой разберусь. Вот, я тут пирогов напекла. Успеете отвезти Ване?

— В Испод с едой нельзя, — сказал Сава. — Мишка что-то о машине говорил?

— Вы и ему поесть возьмите, — засуетилась Глафира.

— Его мы домой отправим. Тут его и накормишь, — решил Сава. — Мы с Ярой попытаемся узнать что-нибудь о Матвее. Рано не ждите.

За руль меня не пустили. Я и не спорила.

— Ты ей доверяешь? — спросил Сава, когда мы отъехали от дома.

— Как ни странно, но… да, — призналась я. — А осталась она из-за Мишки. Нравится он ей. А он от нее бегает.

— Далеко не убежит, — хмыкнул Сава.

— Почему ты так думаешь?

— Она ему тоже приглянулась.

— Он и не отрицает. Но отчего-то не хочет связываться с ведьмой.

— Это из-за матери. Ничего, смирится.

Мы оба старательно не говорили о том, что нас волновало. Трепаться о Мишке и Глаше? Пожалуйста. Гадать, куда пропала Ася? Легко. Но ни слова не о чем серьезном. И странное дело, я заметно успокоилась. Кажется, просто от того, что Сава был рядом.

Мишка сопротивлялся недолго. Да и что ему оставалось делать? Не бегать же из собственного дома. Но и нас с Савой из больницы выставили.

— Не положено! — сурово объявила медсестра.

Ни уговоры, ни