История философии - Энтони Грейлинг

интересов, кроме благополучия государства. Следующая по достоинству форма — это эпистократия, власть знающих, иначе говоря, экспертов. Разница между аристократией и эпистократией заключается в том, что в идеальном государстве правители — не просто эксперты, они добродетельные эксперты; они обладают познаниями как в природе Блага, так и в управлении и других практических вопросах.

Платон хотел, чтобы его правители были добродетельными и бескорыстными, лишенными каких-либо амбиций, кроме стремления править мудро, — дабы не допустить вырождения государства в тимократию. В современном понимании тимократия — это власть тех, кто обладает определенным имущественным цензом, но в словоупотреблении Платона она означает власть тех, кто стремится к почестям, статусу и военной славе. Подобное тщеславие свидетельствует о ложном смешении Блага с его внешними проявлениями: богатство и репутация ошибочно почитаются за величайшие блага, которыми стоит обладать. В то время как аристократия обеспечивала бы стабильное правление, поскольку ей не угрожают внутренние расколы, при тимократии и других, менее совершенных формах государства на сцену выходит соперничество, а с ним приходит и нестабильность.

Тимократия может легко перерасти в олигархию, под которой Платон понимал власть богатых над более многочисленными бедными (эту форму олигархии — власть немногих — сегодня называют плутократией). Тимократия вырождается в олигархию потому, что тимократам позволено накапливать богатство, откуда проистекают пороки, поощряемые богатством: стремление к удовольствиям и роскоши, а также убеждение, что накопление богатства важнее добродетели. Тимократов могут заботить почести, говорил Платон, но олигархов волнуют только деньги.

И неизбежным результатом станет демократия — слово, бывшее для Платона почти бранным. Богатые наслаждаются свободой, поскольку богатство покупает ее для них. Зависть к этой свободе приводит к тому, что олигархию сменяет демократия. Простой народ, демос, восстает против олигархов, чтобы лишить их собственности, нередко прибегая к насилию и мятежам. Однако когда при демократии каждый заявляет свои права на свободу и возможность принимать и отменять законы, вскоре наступает анархия, ибо такая свобода, как утверждал Платон, — это не свобода, а лишь вседозволенность.

В идее постепенной деградации идеальной формы правления имплицитно заложено утверждение Платона о том, что демосу недостает тех знаний и добродетелей, которыми обладают философы-правители и которые делают их способными управлять государством. Он полагает, что крах демократического государства и его погружение в анархию неизбежны в силу приписываемых «многим», то есть широкой публике, качеств: невежества, корыстолюбия, предубежденности, зависти и соперничества. Очень скоро анархия вызывает необходимость вмешательства сильного правителя для восстановления порядка; учитывая невыносимый характер анархии, поначалу его примут с распростертыми объятиями. Но стоит ему прийти к власти, сместить его будет крайне трудно, и народ окажется в наихудшем положении из всех возможных: он будет жить при тирании.

И точно так же, как лучшим государством управляют мудрость и добродетель, лучшую жизнь проживает тот, кто точно так же подчиняет самого себя власти мудрости и добродетели. Идея справедливости у Платона — это баланс или гармония: баланс между тремя сословиями в государстве, баланс между тремя частями души в человеке. Различным типам государства соответствуют аналогичные типы людей: те, кем руководят мудрость и добродетель; те, кем движет жажда почестей; те, кто ведом стремлением к богатству; и те, кем управляют невежество и необузданные страсти.

«Государство» — это своего рода вершина философии Платона, объединяющая его метафизику Форм, эпистемологию «припоминания» и этическую концепцию добродетели как знания в единую систему, которая предлагает взгляд как на благого человека, так и на благое государство. Другие мыслители могли бы с полным правом гордиться собой за создание столь стройной взаимосвязанной системы и ее всестороннего применения к ключевым вопросам. Однако Платон не остановился на достигнутом. Его мысль продолжала развиваться и после «Государства», и он стал подвергать сомнению свои собственные наиболее значимые идеи — как теорию Форм, так и теорию познания. Тем самым он поднял философский анализ этих вопросов на совершенно новый уровень.

В философии Платона Формы в царстве Бытия — это реальные сущности; они не являются исключительно ментальными объектами. Они представляют собой Красоту, Истину, Благо; но они также включают в себя Человека, Дерево, Лошадь, Гору и всё остальное — хотя сам Платон испытывал некоторые колебания относительно того, существуют ли Формы таких вещей, как Волосы и Грязь. Прекрасные лица прекрасны потому, что содержащаяся в них красота «причастна» Форме Красоты или является ее несовершенной копией. Гора является горой потому, что она точно так же «причастна» Форме Горы или является ее копией.

Чтобы начать понимать, насколько все это проблематично, заметим прежде всего, что «быть причастным» и «быть копией» — это два совершенно разных понятия. Какое из них имел в виду Платон? Чтобы понять, почему этот вопрос вскрывает серьезную философскую проблему, обратимся к важному различию между вещами вроде столов, яблок, самолетов и кроликов и свойствами, которыми эти вещи могут обладать, например, быть белыми, красными, плоскими или круглыми. Мы вполне естественно говорим о том, что многие вещи обладают одним и тем же свойством: эта скатерть красная, то яблоко красное, нос того человека красный. Это, по всей видимости, указывает на то, что существует нечто — краснота, — что является общим для всех этих единичных вещей.

Скатерти и яблоки называют единичными вещами, а такие свойства, как краснота и плоскость, называют универсалиями, поскольку их могут являть собой многие единичные вещи. В философии, спустя долгое время после Платона, в эпоху позднего Средневековья, «схоласты» (как собирательно называли философов того периода; см. раздел о средневековой философии ниже) резко разошлись во мнениях по вопросу о том, существуют ли универсалии на самом деле или же слова вроде «краснота» и «плоскость» — это просто имена, которые мы даем сходствам, замечаемым нами между различными единичными вещами. Некоторые схоласты утверждали, что универсалии — это реальные сущности: во Вселенной действительно существует Краснота, пребывающая независимо от отдельных красных вещей, которая существовала бы даже в том случае, если бы никаких красных вещей не было вовсе. Соответственно, их называют реалистами. Другие отрицали реальное существование универсалий и считали «красноту» лишь именем, используемым нами для удобства описания, — отсюда (от латинского слова «имя») их называют номиналистами. Спор между реализмом и номинализмом был одним из самых острых вопросов в средневековой философии.

Платон, как мы видим, был реалистом в отношении Форм, но он также вполне реалистично оценивал и трудности, порождаемые этой концепцией. Он обращается к этим трудностям в «Пармениде», где выводит пожилого Парменида, бросающего вызов молодому Сократу и требующего защитить эту теорию, причём Сократ сталкивается при этом со значительными трудностями. Под пристальный взгляд Парменида попадают как идея о том,