Развод в 42. Новый директор младше меня - Виолетта Весна

— Я готов обсуждать.

— Ты готов обсуждать, какой город разумнее. Я больше не хочу начинать с предположения, что твоя должность весит больше.

Виктор откинулся на спинку стула.

— Семнадцать лет нельзя выбросить из-за одной ошибки с контрактом.

— Мы и не выбросили. Мы прожили их. Последний контракт только показал порядок, который действовал давно.

— У нас не было измен, скандалов, долгов. Мы умели договариваться.

— Мы умели организовывать жизнь после принятого тобой решения. А я умела молчать до момента, когда соглашаться уже не могла.

Он посмотрел в окно. По тротуару шла семья с ребенком на самокате. Отсутствие детей никогда не было нашей скрытой трагедией. Мы оба не хотели становиться родителями и приняли это решение еще до брака. Общая ясность в одном важном вопросе не спасла остальные.

— Ты могла сказать раньше, — произнес Виктор.

— Да. Я должна была. Несколько раз начинала и сводила разговор к бытовым жалобам, потому что боялась услышать, что твой контракт важнее. Потом решила все сама. Это было несправедливо к тебе.

— Но развод отменять ты не хочешь.

— Нет.

— Из-за нового директора?

Я ожидала этот вопрос и все равно почувствовала раздражение.

— Я подала на развод до знакомства с ним. Илья не причина нашего расставания.

— Значит, между вами что-то есть.

— Есть взаимный интерес. Он раскрыт совету фабрики, потому что влияет на рабочие полномочия. Больше я обсуждать не буду.

Виктор медленно кивнул.

— Он младше тебя?

— На семь лет.

— Понятно.

— Что именно?

— Ничего. Пытаюсь привыкнуть к мысли.

— Тебе не нужно привыкать. Мы разведены.

Он принял фразу без спора. Официант принес счет, хотя мы его еще не просили: смена столика была ограничена по времени, предупреждение стояло в меню. Виктор посмотрел на часы.

— Я правда хотел предложить начать заново, — сказал он. — Не вернуть тебя как вещь и не унизить твою работу.

— Я знаю. Поэтому и пришла. Но твое будущее все равно начинается с готового предложения, куда мне найдут место. Я больше так не хочу.

— Тогда это окончательно.

— Да.

Мы разделили счет. У выхода Виктор спросил, нужно ли подвезти меня. Я приехала на своей машине и отказалась. Он не задержал меня и не потребовал дружбы после честного ответа.

— Удачи с фабрикой, Саша.

— Удачи с контрактом.

Мы разошлись в разные стороны. Мне было грустно, но грусть не означала сомнение. Семнадцать лет не стали ошибкой только потому, что не продолжились восемнадцатым.

Позднее в тот же день, четвертого мая, я приехала на фабрику проверить подготовку к тесту. В выходной административный корпус был почти пуст. Производство работало сокращенной группой по заранее утвержденному графику. Илья находился в кабинете: совет ожидал финальные сценарии к вечеру восьмого.

Я передала обновленную карту теста и сама предложила пройтись после работы. Формально второй этап еще не был принят, поэтому наша договоренность о границе оставалась. Разговор о будущем не требовал поцелуев.

Мы вышли около семи и пошли к набережной Уводи. Ветер был прохладным, я застегнула пальто. Илья держал руки в карманах и шел рядом, не касаясь меня.

— Я видел Виктора у кафе вчера, — сказал он. — Проезжал мимо. Не стал спрашивать.

— А сейчас?

— Сейчас вы сами позвали на прогулку. Но все равно можете не рассказывать.

— Он предложил попробовать снова. После окончания своего контракта хотел выбрать город, удобный для его следующей должности и моей работы.

— Вы отказались.

— Да. Не из-за вас. Потому что это тот же план в более вежливой форме.

Илья смотрел вперед.

— Я рад. И понимаю, что это не комплимент мне.

— Хорошее начало.

Несколько минут мы шли молча. Молчание не требовало красивого описания: мы просто обходили людей с коляской и велосипедиста, который звонил перед поворотом.

— Нам нужно обсудить вещи, которые обычно откладывают до момента, когда уже неудобно, — сказала я.

— Возраст?

— В том числе. Мне сорок два, вам тридцать пять. Семь лет сами по себе не создают проблему. Но у нас могут быть разные планы на детей и устройство жизни.

— Я не планирую детей, — ответил он. — Это не решение, принятое из-за вашего возраста. Я не хотел родительства и в прошлых отношениях. Мы расстались два года назад именно потому, что моя партнерша изменила планы и хотела семью с детьми. Никто из нас не был виноват.

— Вы уверены, что не передумаете?

— Я могу отвечать только за свое решение сейчас. Оно устойчиво много лет. Обещать, что человек никогда не изменится, нечестно. Если изменится настолько важная вещь, об этом придется