Великая Северная война - Алексей Геннадьевич Шкваров

Вокруг города не было ни мощных каменных стен, какие приходилось брать шведам и в Польше, и в Саксонии, ни глубоких рвов. Укрепления представляли собой земляные валы, на которые кое-где можно было просто взбежать. Думая быстро захватить город, шведский король и представить себе не мог, что его планы будут расстроены. Так уж случилось, что знаменитая Полтавская битва затмила подвиг защитников крепости, как бы отодвинула на второй план, но надо знать, что первый акт Полтавской виктории разыгрался именно здесь.

Под началом коменданта крепости полковника Алексея Степановича Келина находилось около 4000 солдат, 2600 казаков и 29 орудий с незначительным количеством боеприпасов. Ближайшими помощниками Келина были полковник фон Менгден и французский инженер-фортификатор Тарсон.

24 апреля Карл бросил на штурм крупные силы, но, как только шведы подошли к крепости на расстояние ружейного выстрела, ворота распахнулись, и навстречу им устремились русские со штыками наперевес. На следующий день Карл XII лично руководил штурмом. В присутствии короля шведы бросились к валам. Их встретили дружным залпом и опять ударили в штыки. Шведы потеряли 400 человек и снова отступили.

В конце апреля и начале мая они еще несколько раз штурмовали крепость, но безуспешно. Тогда, 11 мая, король решил приступить к планомерной осаде, которая протекала без особого успеха. Защитники крепости не только оборонялись, но и совершали вылазки: однажды они упредили шведскую атаку, ворвавшись во вражеские траншеи. Шведы бежали, бросив шанцевый инструмент и боеприпасы. При этом в русский плен попали десятки человек.

Решение осаждать Полтаву до сих пор заставляет историков спорить. Э. Карлссон считает, что к лету 1709 года шведская армия, обложенная со всех сторон русскими войсками, иного выбора не имела. П. Энглунд говорит о том, что «маленькое войско было загнано в мешок, замкнуто в пространство не более 5 миль шириной между Днепром и его притоками Пселом и Ворсклой». Отступать назад к Днепру Карл категорически отказывался. Вероятно, замысел короля состоял в том, чтобы создать осадой Полтавы некое подобие мышеловки, в которую удастся заманить всю русскую армию. С этим соглашается историк А. Стилле, который, впрочем, единственной причиной остановки короля под Полтавой называет замысел связать инициативу русских до подхода ожидаемых сил татар, поляков и корпуса фон Крассова. Ф. Г. Бенгтссон также объясняет «вялую» осаду крепости и даже засылку туда перебежчиков с известиями о неумелых действиях шведов желанием спровоцировать русских. В своей книге историк приводит свидетельства одного из участников осады юнкера Р. Петре, который говорит о запрете короля стрелять по городу калеными ядрами.

Свою версию событий представил военный историк А. В. Шишов. Русские планировали создать в крепости значительный армейский магазин из оружия, боеприпасов, пороха и продовольствия. Об этом мог знать находившийся с королем Мазепа. Захват полтавского магазина (но не уничтожение!) значительно облегчил бы участь шведской армии, испытывавшей серьезные проблемы со снабжением. О советах Мазепы, выступавшего против сожжения города, свидетельствуют и шведские источники, которые, впрочем, объясняют все тем, что в городе находилась родная сестра гетмана. Но маловероятно, что Карл прислушивался к советам гетмана, который, по сути, его уже обманул, пообещав привести огромную армию.

Все инженерные работы король возложил на генерал-квартирмейстера А. Юлленрука, назвав его в шутку «нашим маленьким Вобаном{194}». Под его руководством был устроен подкоп под городской вал, в который заложили несколько бочонков с порохом. Каково же было удивление шведов, когда, приготовившись к штурму, они не дождались взрыва. Оказывается, защитники Полтавы изъяли порох, сделав встречный подкоп.

По приказу короля провели новый подкоп, заложили почти все имеющиеся запасы пороха, подожгли фитиль, но взрыва опять не последовало. Порох снова перекочевал в Полтаву. Кстати, этот факт окажет в последующем огромное влияние на ход Полтавской битвы, так как шведы в сражении 27 июня смогли использовать всего лишь 4 орудия против 282 армии Петра!.

Шведский король недаром назвал Юлленрука «маленьким Вобаном». Тот весьма серьезно подошел к обеспечению осады, окружив Полтаву тремя так называемыми параллелями — траншеями. Первая шведская траншея настолько близко подступала к крепости, что ее защитники закидывали солдат камнями, а иногда и швырялись дохлыми кошками.

12 июня шведы предложили Полтаве сдаться на условиях, которые будут выработаны самими русскими. Келин отвечал на это: «...приступов было 8, из... присланных на приступ более 3000 при валах Полтавы положили... победить всех не в вашей воле состоит, но в воле Божьей, потому что всяк оборонять и защищать себя умеет».

Тем не менее силы полтавского гарнизона таяли. Чтобы отвлечь силы шведов от крепости, Петр начал активные действия. Первый удар по шведам был нанесен южнее Полтавы, под Старыми Санжарами, где было сосредоточено значительное число русских военнопленных. Шесть драгунских полков под началом генерала Гейнскина стремительно форсировали Ворсклу и внезапно появились перед шведами. Понимая, что позиции не удержать, шведы начали убивать беззащитных пленных, но старший среди них по чину подполковник Юрлов сумел организовать сопротивление. Шведы были перебиты. Таким образом, обрели свободу около 1000 русских{195}.

Почти одновременно войска генерала Ренне ударили по шведам севернее Полтавы. Русские перешли Ворсклу в районе деревни Петровки, вытеснили незначительные шведские заслоны и быстро укрепили занятые позиции земляными оборонительными редутами. Фельдмаршал Реншельд не предпринял никаких ответных действий — как утверждают шведские историки, в соответствии с планом короля заманить противника поближе к Полтаве. Как бы то ни было, Ренне воспользовался этим и переправил через реку артиллерию и дополнительные силы пехоты.

Спустя несколько дней произошло событие, которое значительно поколебало и так не очень-то высокий моральный дух шведской армии, — был ранен Карл XII. Есть несколько версий случившегося.

По одной из них, рано утром 17 июня Карл XII в сопровождении Левенгаупта осматривал укрепления Полтавы. Короля заметили со стен и открыли огонь. «Лучше бы отъехать», — сказал Левенгаупт. Но Карл не удосужился ответить генералу, который потерял его уважение после поражения при Лесной. Левенгаупт тем не менее сделал еще одну попытку уговорить короля: «Вашему величеству не следовало бы подвергать так бесцельно опасности любого солдата или капрала, не говоря о вашей высокой особе...» В этот момент лошадь генерала была ранена в ногу. «Государь!» — воскликнул Левенгаупт. «Пустяки, — обернулся Карл, — не бойтесь, найдите себе другую лошадь». Продолжив путь, король наткнулся на казачий пикет. Завязалась перестрелка, и пуля попала ему в пятку.

По другой версии, несколько казачьих сотен