Гогенцоллерны. Рождение великой державы. От Тридцатилетней войны до Фридриха Великого - Отто Хинце

временем австрийская армия под командованием принца Карла Лотарингского и фельдмаршала графа Трауна стремительно вошла в Богемию и грозила отрезать пруссаков от их коммуникаций. Саксонцы открыто выступили на стороне Австрии, получив английские субсидии. Прусская армия была вынуждена голодать: большие запасы продовольствия пришлось уничтожить, чтобы они не попали в руки врага, а реквизиции не приносили нужного результата. Фридрих II безуспешно пытался принудить противника к генеральному сражению; австрийцы занимали сильные позиции и методично выдавливали пруссаков из Богемии. К концу года прусский король вынужден был отступить в Силезию; его армия была полностью деморализована и находилась на грани распада. Достаточно сказать, что общее число дезертиров достигло 17 тысяч человек; многие из них перешли на сторону врага. Даже в офицерском корпусе доверие к королю пошатнулось. Австрийские войска вступили в Силезию, и Мария Терезия уже твердо рассчитывала вернуть себе потерянную провинцию.

В этой тяжелой ситуации Фридрих II не утратил мужества. Он был полон решимости погибнуть, но не отдать Силезию врагу. Рассчитывать ему было не на кого. 20 января 1745 года скончался Карл VII, и его преемник, курфюрст Максимилиан Иосиф, поспешил заключить мир с Австрией. Французы также не могли оказать Фридриху II никакой помощи — они увязли в Австрийских Нидерландах. Англия и Голландия исправно снабжали австрийцев и саксонцев субсидиями. Русские готовы были присоединиться к этому альянсу. Прусская казна начала истощаться, попытки получить заем за рубежом провалились, и Фридрих II даже задумывался о том, чтобы продать Эмден голландцам или англичанам. В Берлине готовились к самому худшему; в апреле Подевильс получил указание готовить эвакуацию двора, казны и архива в Шпандау.

Фридрих II все это время находился на театре военных действий, однако реальное командование армией осуществлял старый Леопольд Ангальтский. Искусно маневрируя, он смог вытеснить австрийцев из Силезии. План прусского короля заключался в том, чтобы выманить противника на открытую равнину и навязать ему бой. К весне армию удалось более или менее привести в порядок, и она была готова для решающего столкновения.

В конце мая 70-тысячная австрийская армия вновь вошла в Силезию. Не встретив сопротивления на горных перевалах, Карл Лотарингский решил, что его противник полностью деморализован. Окрыленные, австрийцы были готовы вступить бой и не сомневались в успехе. 4 июня пруссаки увидели неподалеку от Гогенфридберга густые колонны наступающего противника. Фридрих II немедленно бросил свою 60-тысячную армию навстречу врагу. Атака началась на рассвете следующего дня; сначала были отброшены саксонцы, потом австрийцы; завершила битву блистательная атака прусской кавалерии, которая впервые смогла продемонстрировать свое превосходство над австрийской. Король лично руководил сражением. Итогом стал разгром австрийцев, потерявших почти 10 тысяч человек убитыми и ранеными и 7 тысяч человек пленными.

Фридрих II мог вздохнуть с облегчением. Победа, в которой он так нуждался, была в его руках. Ее стратегическое значение, однако, было не столь велико, как моральное. У австрийцев в Богемии по-прежнему оставалась мощная армия, и прусский король, памятуя ошибки прошлого года, не рискнул продолжить наступление. Он уже не стремился к приобретению новых территорий. Его противники, в свою очередь, не собирались признавать себя побежденными. 13 сентября 1745 года супруг Марии Терезии был избран императором под именем Франца I. 30 сентября Фридрих II по неосторожности попал в ловушку, расставленную ему австрийцами, и оказался вынужден принять бой при Сооре в невыгодных условиях. В руки противника попал весь багаж прусского короля, его личный секретарь был взят в плен. Однако само сражение окончилось победой пруссаков, и такой исход был целиком и полностью личной заслугой Фридриха II. Этот успех по-настоящему создал ему репутацию великого полководца; говорили, что раз австрийцы не смогли разбить его в таких условиях, то им не удастся этого сделать никогда.

Но и победа при Сооре не привела к каким-либо политическим результатам. В Вене готовили наступление на Берлин и вели активные переговоры о союзе с Петербургом. В ноябре Россия направила Фридриху II резкую ноту, угрожая вторгнуться в его владения в том случае, если он осмелится ввести войска в Саксонию. Может показаться удивительным, но это послание только укрепило решимость прусского короля атаковать саксонцев — Фридрих II надеялся, что быстрый успех поможет ему заключить мир. 22 ноября он пересек саксонскую границу и на следующий же день одержал победу над австрийцами при Хойнерсдорфе. 15 декабря Леопольд Ангальтский, вторгшийся в Саксонию с другой стороны, разбил саксонцев при Кессельдорфе, не позволив им соединиться со спешившей на выручку австрийской армией. После этого пруссаки заняли Дрезден. Их успехи произвели на австрийцев столь сильное впечатление, что те не рискнули вступить в бой. На Рождество был подписан мирный договор, по которому Фридрих II сохранил за собой Силезию и признал избрание Франца I императором.

Мир был заключен как нельзя более вовремя. Русские уже готовились вступить в войну, а ресурсы Пруссии были истощены. Денег на еще одну кампанию в казне попросту не было. Фридрих II дошел до предела своих возможностей — и научился очень хорошо чувствовать этот предел. Однако в конечном счете он добился огромного успеха, расширив свои владения и добившись укрепления международного положения Пруссии. Именно после окончания Второй Силезской войны подданные стали называть его Великим.

1740–1745 годы стали важным временем для становления личности и характера молодого монарха. Он научился смирять свое пылкое честолюбие и руководствоваться холодной рассудительностью. Интересы государства, а не личные эмоции играли для него теперь ключевую роль. Именно государственными интересами он мотивировал заключение как первого, так и второго сепаратного мира, отвергая все обвинения в нарушении союзнического долга. Фридрих II много размышлял над проблемой моральных соображений в политике и в конечном счете пришел к убеждению, что необходимо различать бытовые и государственные моральные нормы. Монарх обязан руководствоваться в первую очередь интересами своего государства, даже если при этом ему приходится нарушать заповеди бытовой морали. Свои личные чувства он должен уметь приносить в жертву долгу. Лучше изменить союзникам, чем допустить крах государства.

В 1746 году Фридрих II искренне верил, что его полководческая карьера завершена, и собирался посвятить остаток жизни делам мирным. В Дрездене он заявил, что отныне не нападет даже на кошку. В Европе он приобрел репутацию неудержимого агрессора, и предстояло немало поработать, чтобы исправить ее. Однако совсем скоро королю пришлось убедиться, что новая война с Австрией неизбежна, и что он больше не является хозяином своей судьбы. Принятое в 1740 году смелое решение отбросило тень на всю его дальнейшую жизнь.

Война за австрийское наследство приближалась тем временем к финалу, и прусский нейтралитет уважали обе стороны. 18 октября 1748 года был заключен Аахенский мирный договор, и Фридриху II удалось добиться международной гарантии условий Дрезденского мира.