Егерь. Черная Луна. Часть 2 - Николай Скиба

— Ладно, — Раннер рассмеялся и махнул рукой. — Обожаю авантюры. Если пламя Инферно сработает во благо — почему нет? Но, Драконоборец… Истинная форма? Ты уверен в том, о чём просишь?

— Вполне.

Мы немного помолчали.

Костер потрескивал, выбрасывая искры в темное небо. Каждая вспышка на долю секунды освещала лица собеседников.

— Паразита нужно достать, — начал я, следя за тем, как огонь пожирает сухую ветку. — пока эта тварь там, подмоги не будет.

— Иначе финал пройдёт точно по плану друидов, — добавила Лана.

— Верно, — подтвердил Иван, растирая ладони возле огня. — Валдрис несколько дней саботирует любые военные решения. Остальные короли злятся до белого каления, но формально он в своем праве — вольный город, нейтральная территория, его голос блокирует совет.

— Так вот. Повторюсь. Паразита нужно извлечь, — сказал я, поворачиваясь к Ивану.

Драконоборец наклонился вперед, опираясь локтями на колени. Красавчик на его плече открыл один глаз — горностай чувствовал напряжение.

— Что там у вас за гений? — коротко спросил Иван.

— Есть человек, — ответил я, вспоминая худые, но удивительно точные пальцы Мики. — Мика, вы с Арием видели его.

— Это у него сестра больна? — вдруг серьёзно спросил Раннер.

— Да… — я мотнул головой. — Так вот, у него настоящий дар.

Вальнор поднял седую бровь, в его глазах мелькнуло сомнение.

— Мальчишка? Максим, на кону жизнь короля, пусть и соседнего королевства.

— Да, мальчишка, — жестко подтвердил я. — Я доверяю ему. Лично убеждался в способностях.

Память всплыла сама собой — Мика, склонившийся над моим телом после боя с Монахом. Пот на его лбу, железная концентрация в глазах. Он спас мне жизнь тогда. Он спас и Афину.

Иван помолчал, глядя в огонь.

— Мы организуем вам доступ к покоям Валдриса, — сказал он. — Арий сможет провести. Но я предупреждаю тебя, парень. Если ваш план провалится — ты сам по себе. Официально ты отступник, и корона не при делах. Мне и Арию нельзя будет участвовать до конца, Макс.

— Знаю. Что ж, сейчас мы хотя бы можем действовать.

— Да, — продолжил Драконоборец, — если ничего не сделать, хуже будет всем. Друиды лишатся своего главного рычага давления на короны. Это не решит все проблемы сразу — но изменит расклад сил перед финалом в нашу пользу.

— Ладно, уважаемы интриганы, — Раннер вдруг хлопнул себя по коленям. — Пожалуй, я уже начал разбираться хотя бы в том, что вы задумали. Паразит, глаза, король — обычный день моей жизни, ха-ха. Но это даже как-то интересно, что ли. Спасибо, что не оставили мне выбора, но раз так случилось, то у меня вопрос. А король знает о ваших планах?

— Нет, — покачал головой Иван. — И не узнает. Ему неизвестно, нет ли других ушей рядом с ним. Перестраховывается — и правильно делает. Он не хочет ничего знать. Мы — сами по себе.

Разумно. В такой игре лишняя осторожность никогда не бывает лишней.

— Одного не понимаю, — наигранно вздохнул Раннер. — Зачем было отрекаться на публике?

— Ты что, вообще не слушал, о чём мы тут говорили? — Лана всплеснула руками. — Только и можешь улыбаться, а мозгов как…

— Хватит, — перебил я.

Раннер был мне нужен, мы не могли разбрасываться потенциальными союзниками. Так что я смотрел на огонь и думал вслух. Наглядно показывал позёру логику цепочки решений.

— Я не смог бы действовать от лица Алариха, — начал медленно. — Рейнджер Железного Королевства связан турниром и не может делать то, что нужно. Или, например, не сможет залезть в покои иностранного монарха — это уже прямой повод для войны. Любой мой шаг под короной тянул бы за собой политические последствия, которые парализовали бы все остальное.

Раннер внимательно слушал, не перебивая. В свете костра его лицо казалось изваянным из камня.

— Сейчас я просто отступник, — продолжал я, чувствуя странное облегчение от этих слов. — Беглец. Все, что я делаю — делает безымянный человек, которого никто не посылал и за которого никто не отвечает.

— Не может быть, чтобы ты заранее это просчитал! — сказал Раннер. — Я бы поставил сто золотых, что так просто удачно сложилось.

— И проиграл бы. Впрочем, всё сработало частично, — ответил я честно, вспоминая те секунды на арене, когда увидел червя в глазу короля. — Когда увидел паразита — понял, что дисквалификация была не его собственным решением. Значит, меня убирают именно потому, что я серьезно мешаю их планам. Зачем они это сделали? Может монах тоже был заражён паразитом? И они снова попытаются убрать меня? Тогда мне нужно исчезнуть. Попытались убить мою тигрицу — не вышло.

— Знаешь что, — улыбнулся Раннер. — Звучит так, будто ты до конца сам не знаешь, что правильно, а что нет.

— Так и есть. Если бы знал — правил бы миром. Мы не знаем, что затевают друиды — и не узнаем. Поэтому всё, что можем сейчас сделать — обеспечить максимальную защиту.

Я потянулся за валявшейся рядом сухой веткой и подбросил ее в огонь. Пламя жадно ухватилось за новое топливо, взметнулось выше.

— Они хотели меня убрать с доски, — заключил я. — Но я ушел сам. Теперь они не знают, где я нахожусь и когда появлюсь в следующий раз. Не знают, что буду делать.

— И сколько таких Валькирий ещё ходит по городу? — задумчиво спросил Раннер. — Сколько людей сейчас смотрит на нас чужими глазами и не знает об этом?

— Хороший вопрос. Поэтому действовать будем ночью.

Иван смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом в уголке его рта появилось что-то похожее на усмешку.

— Вам бы тоже поберечься, Драконоборец, — предупредила Лана.

— За нас не тревожьтесь.

Вальнор поднялся с бревна и отряхнул золу с потертой куртки.

— Завтра в полночь, — сказал Иван, тоже вставая. — Будьте готовы к выходу.

— Погодите-погодите, — сказал Раннер. — Макс, ты ведь мне должен.

— Знаю, — сказал я.

— Спас тебя в том бою с монахом. Это чего-то стоило.

— Стоило, — согласился я. — Поэтому расскажу тебе всё. Ты рисковал, не зная за что. Теперь будешь знать.

Раннер улыбнулся.

— Интересное понимание долга, — сказал он. — Ну хорошо. Слушаю.

Я говорил без предисловий. Друиды, Семёрка, Тадиус. Псевдо-Альфы. Чёрная Луна. Паразиты.

Раннер слушал не перебивая. Лицо ровное — но я видел, как что-то менялось в глазах по мере того, как детали складывались в картину.

— Есть ещё кое-что, — сказала Лана. — Ника. Девочка с чёрными венами. Ты видел её на рынке вместе со мной.

Что-то в его лице едва заметно изменилось.

— Видел, — сказал он ровно.

— Мы не спрашиваем почему ты так сделал, — сказал я. — Это твоё дело. Но вот, что важно — есть способ вылечить её. Высшее очищение солнечной саламандры. Я вновь