Путь Строителя 14 - Алексей Ковтунов

Производства чего? А вот тут будем надеяться, что того, что надо. Из всей кучи вариантов я голосую за производство селитры. Если всё пойдет совсем неудачно, то в худшем случае мы получим производство шикарных удобрений, ну а если я полностью ошибся в расчетах, то хотя бы выкопаем самую глубокую яму в истории здешних мест, тоже достижение.

Народ тем временем взялся за дело с энтузиазмом, которого хватило бы на три деревни, и с организованностью, которой не хватило бы и на курятник. Копали все, копали везде, а вот куда копали, вопрос оставался открытым. Одна артель бодро углубляла подводящую канаву, которую углублять никто не просил, вторая затеяла яму в стороне, где земля помягче, и на резонный вопрос, отчего именно там, честно ответила, что тут лопата легче идет. Логика мощная, не поспоришь, с таким подходом яма получится где угодно, кроме нужного места.

Отдельные энтузиасты пошли еще дальше, двое забрались в свежий колодец, решив, что раз дыра уже есть, надо просто сделать ее глубже, и какое-то время оттуда летела земля вперемешку с бодрым сопением. Потом сопение стихло, а на смену ему из глубины поднялась ругань, и колодец разносил ее по округе не хуже печной трубы.

— Тут камень! — гудела дыра голосом старшего энтузиаста. — Здоровый, зараза, не обойти!

— А ты по краю его, по краю! — советовал сверху напарник, свесившись в дыру по пояс.

— Сам ты по краю! Тут края нет, тут камень один!

— Ну так расшатай!

— Чем⁈ Я тут развернуться не могу, у меня лопата и колени, и все это в одном месте!

Хорг подлетел на шум, заглянул вниз, высказался о происхождении обоих, об их родителях высказываться не стал, видимо, поберег голос, и велел доставать. Доставали энтузиаста всем миром, на веревке, и наверх он вылез красный и непобежденный, заявив, что еще бы чуть-чуть, и камень бы поддался. Охотно верю, вот только толку от этой победы вышло бы немного, скважина в метр шириной моему жильцу разве что на один жгут, и то по локоть, а он у нас существо солидное, ему простор нужен.

Смотреть на это можно было долго, земля летела во все стороны, ямы множились, и при таких темпах к вечеру мы рисковали получить не очистные сооружения, а укрепрайон полного профиля. Так что я сполз со своей кучи, взял у ближайшего мужика моток шнура, прихватил из инструментальной телеги охапку мерных жердей и молча направился на середину площадки. Разметка дело небыстрое, зато благодарное, у ямы появятся углы, а у людей смысл.

— Замерли все! — грянул Хорг, углядев мои перемещения. Народ замер кто в чем был, один так и остался стоять с полной лопатой на весу, и земля с нее тихонько сыпалась ему на сапог.

Мастер подошел, понаблюдал, как я вбиваю первый колышек, и озадаченно поскреб бороду.

— А чего тут размечать-то? — протянул он почти обиженно. — Яма и яма, ей глубина нужна, а не красота. Вон, копаем же со всех сторон!

Я мотнул головой и размотал шнур дальше.

— Вот именно, что со всех. А надо с нужных.

Спорить Хорг не стал, крыть было нечем, вокруг как раз доставали из земли второго энтузиаста. Я же неторопливо, можно даже сказать лениво, принялся обрисовывать, как вижу наши будущие очистные. Яма будет одна, зато правильная, прямоугольная, шесть метров в длину, три в ширину, пять в глубину. Посередине оставляем гряду, над ней глубина выйдет метра три с половиной, может четыре, по месту посмотрим, а вот дальние края берем на все пять или даже глубже. В кладку гряды закладываем ровные пазы друг напротив друга, чтобы по ним ходил щит.

— Полозья, что ли? — прищурился Хорг. — Как на воротах наших?

— Ровно такая же система, — подтвердил я. — щит поставим.

— А щит-то там зачем? Воду держать?

— Потом узнаешь. Ты копай давай.

Мастер пожевал губы, покосился на крону за частоколом и уточнять не стал, сообразил, что ответ ему, возможно, не понравится. А задумка на самом деле простая. Канализацию мы делим надвое, в подводящей канаве ставим задвижки, и какое-то время все деревенское добро течет только в одну половину ямы, где сидит наш новый работник.

Ему сыплется угощение, он радуется, кашеварит, перемалывает, и отходы исчезают, но что-то после его готовки обязательно останется, какой-то остаток, ради которого, собственно, весь этот банкет и затевается. А в нужный момент мы переводим задвижки, поток уходит во вторую половину, следом поднимается щит, и жилец сам, без уговоров и рычагов, переползает туда, где кормят.

Щит за ним опускается, а из освободившейся половины мужики спокойно выгребают созревшее добро на поля. Никого тревожить и перетаскивать не придется, гнилоход доволен, деревня с удобрением, и даже запаха нет, с этим гнилоход справляется отменно. Учитывая сколько пахучего угощения за время нашего странствия он успел утащить в дупло, от него должно было разить на километр, но вместо этого воздух вокруг вполне себе свежий.

Мерить пришлось по науке, жерди у нас нарезаны по эталону, по два метра каждая, сам в свое время вводил стандарт и сам же теперь им наслаждаюсь, глубину в пять метров изволь отмерять как две жерди с половинкой. Половинку торжественно отпилили на месте, и дедок с граблями лично заверил, что глаз у него алмаз и пилили честно. Разметка легла без единой заминки, шнуры натянулись, колышки встали по углам, и вся стихийная копка наконец собралась в одном месте.

Дальше народ было уже не удержать, к яме подтянулись работяги со всех концов, половина деревенских строек встала сама собой, и даже с моей стройки бригада снялась в полном составе, о чем мне сообщили с некоторой опаской. Да пусть копают, святое дело, стройка подождет.

Землю далеко носить не стали, отвалы росли тут же, по краям, пригодятся и на обратную засыпку, и на обваловку, чтобы дождевая вода в яму не бежала. А виновник всеобщего трудового подъема сидел себе в лагерной яме, шевелил кроной и наслаждался жизнью, даже отсюда было видно, до чего ему хорошо.

На частоколе в течение дня дежурила уже другая публика. Пацанята расселись по стене рядком и наблюдали за гостем, свесив ноги, у них там шел свой ученый спор, достанет он щупальцем до стены или не достанет, и ставки, судя по азарту, принимались настоящие.

Внизу у ямы спор шел посерьезнее, один из землекопов углядел, куда именно дуб запускает жгуты, и забеспокоился, а ну как