Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

— Ну да. Можно сказать, ностальгирую. Где пациент? — спросил Шрам.

Костян втолкнул Ферзя в комнату и силой усадил на стул. Витёк вкратце доложил обстановку: про Гнилого, про повешенного Скворца, про телефон с перепиской про амулет.

Шрам слушал молча, крутя нож между пальцами. Затем подошёл вплотную к пленнику и наклонился к самому его уху.

— Ну что, Ферзь. Начнём с простого. Кто тебе заплатил?

Разговор вышел долгим. Ферзь поначалу молчал, потом юлил, называл ложные имена, но Шрам своё дело знал. К утру пленник сломался и выложил всё, что ему было известно — цепочку посредников, кодовые слова, суммы. А в самом конце этой цепочки всплыло имя того, кто и отдал приказ взорвать склад барона Чагина.

— Как интересно… Пацаны, везите его в полицию. Скажите, днём от юристов рода Серебровых придёт заявление по всей форме. А это вам. Спасибо, — Богдан вытащил из внутреннего кармана две пачки наличных.

— Ништяк, — улыбнулся Витёк.

Они с Костяном подхватили обмякшего Ферзя под руки и потащили прочь, а Шрам достал телефон и набрал номер графа.

Российская империя, город Новосибирск

Давненько я не бывал в офисе «Целительского вестника». Впрочем, здесь ничего не изменилось — те же ряды компьютеров и трудящихся за ними людей. В целом, можно подумать, что здесь и правда офис информационного сайта.

Хотя на самом деле здесь находился офис сильнейшей службы информационной безопасности в Новосибирске. Да, именно так, без ложной скромности. Пока шли княжеские выборы, мои ребята уже не раз показали, на что способны.

Даже более того — теперь они могли считать себя спецами по международной безопасности, поскольку помогали с аналитикой и обработкой данных агентству Мюллера.

В кабинете Васи и Ефима царил привычный бардак: путаница проводов, куча гаджетов, коробки из-под пиццы и ряды банок «Бодреца».

Я устроился в кресле для посетителей, а Василий развернул ко мне один из экранов и начал:

— Значит, так, Юрий Дмитриевич. Вы просили узнать, кто заказал ту грязь про Светлану Дмитриевну. Мы копнули. И знаете, что нарыли?

— Судя по вашим довольным лицам — что-то стоящее.

— Ещё какое, — вклинился Ефим, отхлебнув «Бодреца» из банки. — Мы вышли на канал, через который эту дрянь заливали в паблики. Деньги шли через криптокошельки, куча пересадок, всё запутано так, что нормальный человек с ума сойдёт.

— Но мы не нормальные, — улыбнулся Вася.

— Это точно, — рассмеялся я.

— В общем, ниточка потянулась в Таиланд. Там живёт один хакер, чистит следы за деньги, и он в нашем деле участвовал. Мы с ним связались, предложили сумму побольше той, что ему заплатили за молчание. Он подумал ровно три минуты и всё слил.

Ефим ткнул пальцем в монитор, где выстроилась схема из блоков и стрелок.

— Вот заказчик. Точнее, цепочка его людей. Прямого имени, конечно, нет. Но есть переписка, есть реквизиты, есть привязка к структуре. И всё сходится в одну точку.

— К кому? — спросил я, хотя уже догадывался.

— К графу Вяземскому, — ответил Вася. — Это его помощники заказали кампанию против Светланы Дмитриевны. Плюс мы нашли ещё пару косвенных подтверждений — почтовый сервер, с которого рассылали техзадания журналюгам, тоже завязан на их контору. По отдельности каждая улика слабовата, а вместе картина выходит цельная.

Я откинулся в кресле, обдумывая услышанное. Вяземский. Судя по всему, всё было именно так, как я и думал — граф обиделся на то, что я отказался поддержать его и встал на сторону Кутайсова. Именно поэтому он решил отомстить и смешать имя моей сестры и рода Строговых с грязью.

— Хорошая работа, парни. Соберите всё в один пакет, зашифруйте и придержите. Пока в дело не пускаем, но пусть лежит наготове, — произнёс я.

— Сделаем, — кивнул Ефим.

В этот момент завибрировал телефон. Шрам.

— Слушаю, — ответил я, отойдя к окну.

— Юрий Дмитриевич, есть новости по складу барона Чагина, — раздался в трубке его хрипловатый голос. — Мои старые пацаны раскрутили всю цепочку…

Он вкратце рассказал, какую работу провернули Костян и Витёк.

— И кто же так постарался? — спросил я.

— Приказ отдал граф Вяземский. Через несколько посредников, но концы сходятся к нему, — ответил Богдан.

Я усмехнулся и покачал головой. Надо же. Столько интересного про Вяземского в один день.

— Слушай, что надо сделать. Собери всё, что есть по складу. И отправь князю Вяземскому. Анонимно, само собой, — велел я.

— Зачем?

— Вместе с доказательствами передашь ему условие. Он должен так же анонимно компенсировать барону Чагину все убытки от взрыва. До копейки. Иначе эти доказательства лягут на стол прокурора, а копии разлетятся по всем СМИ.

Шрам усмехнулся.

— Красиво, Юрий Дмитриевич. Сегодня же всё устрою.

— Договорились, — ответил я.

Не успел я выйти из офиса, как телефон зазвонил снова. Ого, а вот это уже совсем неожиданно.

«Тёзка», было написано на экране.

— Слушаю, Юрий Михайлович.

— Добрый день, Юрий Дмитриевич. Есть дело по вашей части. Деликатное и срочное. Надеюсь, вы не откажете мне в просьбе? — спросил полковник.

— Что случилось? — я отрицательно помахал рукой своему водителю, который собирался открыть дверь машины, и отошёл в сторону.

— Трое моих офицеров вернулись из… из Европы. И вернулись, скажем так, не в лучшем виде. Провалы в памяти, кошмары каждую ночь, а главное — приступы неконтролируемой агрессии. Один вчера чуть не покалечил сослуживца, толком не понимая, что творит. Наши лекари не могут им помочь.

— Понимаю. Готов посмотреть. Где они сейчас? — уточнил я.

— В Петербурге. Можем доставить их туда, куда удобно вам, — ответил Воронцов.

Какой-то он удивительно вежливый. Или ему так важны жизни этих офицеров, или СБИ затеяла против меня какую-то новую игру.

— Тогда доставьте их в «Ренессанс». Сегодня же буду в столице.

— Спасибо, ваше сиятельство. Жду, — сказал полковник и сбросил звонок.

Российская империя, город Санкт-Петербург, клиника «Ренессанс»

Троих офицеров разместили в отдельной палате под охраной людей Воронцова и моих гвардейцев. Сам полковник тоже оказался здесь и ждал меня в коридоре.

— Спасибо, что откликнулись так быстро, — он пожал мне руку.

— Пожалуйста. Мы всё ещё друзья, несмотря на небольшие разногласия, — ответил я.

— Несомненно. Вот анамнез, который собрали наши целители, — Юрий Михайлович протянул мне папку с документами.

— Отлично.