Тайны национальной политики ЦК РКП.Стенографический отчет секретного совещания ЦК РКП, 1923 г. - Булат Файзрахманович Султанбеков

понимают, что пролетариат не выдержит, если не свяжется с «крестьянской стихией», не установит с ней правильных отношений. Но когда говорят об Азербейджане или Туркестане, то тут то же самое явление характеризуется выражением «разнуздываете крестьянскую стихию». Но ведь забота о смычке в Азербейджане и Туркестане направлена на ту же социальную категорию — «крестьянскую стихию» — только помноженную на национальные трудности. Мы вскрыли национальный вопрос не в первый раз, но в такой обстановке, когда партия гораздо более свободна от других, затрудняющих ее работу обстоятельств, свободна, прежде всего, от военных фронтов, может оглядеться более спокойно, более внимательно подойти к отдельным сторонам национального вопроса. Вот в чем существо и значение решений XII съезда. А тут делают вывод: «не разнуздывайте крестьянскую стихию». «Великороссы, проводите решения своими руками». Это совершенно неверная постановка вопроса.

Тут тов. Саид-Галиев — тоже свой — читал нам те вопросы, которые он предлагал тов. Ленину. Сперва ответы тов. Ленина он сообщить не захотел (у него, по-видимому, была конспирация с тов. Лениным, они состояли в одной фракции) (смех). Но потом, под настойчивым давлением всего совещания, он прочитал и ответы. Вы помните, как Саид-Галиев хотел наводящими вопросами довести тов. Ленина до такого положения (тов. Саид-Галиев хороший педагог!), чтобы тов. Ленин вынужден был сказать: «да, Саид-Галиев прав». Я должен сказать, что он этот метод применял сегодня и ко мне. Если вы, Троцкий, будете выражать мнения, не совпадающие с моими, то можете попасть в дурную компанию. Вот смысл его предостережения!

Тов. Саид-Галиев в ответ на свое письмо тов. Ленину не получил ожидавшегося им результата. На первый вопрос: должны ли существовать национальные республики, тов. Ленин ответил: «да». На вопрос, долго-ли? — он, вероятно с некоторым сомнением по поводу современности самого вопроса, ответил: «да, долго». (Смех) Третий вопрос — должны ли русские коммунисты выступать по отношению к туземным, как педагоги, получил ответ: «нет, как помощники». Обратите внимание! Я очень опасаюсь, товарищи, что тот тон, которым говорил тут тов. Нимвицкий, очень мало похож на тон помощника.

Нимвицкий. Султан-Галиеву я не хочу помогать.

Троцкий. Если вы мне так отвечаете, не желая меня понять, то я опасаюсь, что вы еще более решительно отвечаете башкирским товарищам на их недоумения и вопросы. И, наконец, на четвертый вопрос (для Саид-Галиева самый интересный): не вытекает ли из этого, что я, Саид-Галиев, стою на правильной точке зрения по национальному вопросу (в этом ведь сущность вопроса), — тов. Ленин ответил: «Сообщите точные факты о деятельности одной фракции и другой». Только всего!

Вот почему, надо думать, тов. Саид-Галиев, примерно в течение двух лет, до настоящего совещания, молчал на счет этих ответов.

Некоторые говорившие здесь товарищи спрашивали: а обязательно ли быть с правыми или с левыми, примыкать к одному из двух незаконных учраспредов? Саид-Галиев, как вы помните, признал, что и у него есть свой учраспред. Значит, кроме учраспреда, который полагается по уставу партии, мы констатировали контрреволюционный учраспред, которым заведовал Султан-Галиев, и, кроме того, есть учраспред (без достаточных финансов, как нам жаловались), который состоял близко к Саид-Галиеву. Так вот, говорю, здесь выступали некоторые товарищи, я записал их фамилии: Хидыралиев, Икрамов, Ходжанов, которые выражали законное сомнение: нужно ли вообще принадлежать к одному из этих двух учраспредов, — и их речи понравились мне более всего. Почему?

Я должен тут сказать по адресу «левых» и таких товарищей, как Нимвицкий, что они недооценивают трудностей работы воспитания коммунистов в этих национальных республиках. Мы имеем там не только отсталую среду в социальном смысле, но имеем и застойную среду: производительные силы там не развиваются, промышленность не растет, а в некоторых районах даже продолжает падать. Вот основа затруднений.

При таком положении левизна, как и правизна, не дает гарантии коммунистической твердости; максимальную гарантию дает зато связь с РКП в целом. Сохранение и развитие этой связи есть первейшее условие. Поэтому и нужно поставить тот столб, о котором я говорил, с надписью: «дальше — обвал». Но именно потому, товарищи, что у нас есть РКП с накопленным величайшим в мире революционным опытом, нужно и должно подходить гораздо более выдержанно, гораздо менее нетерпеливо и непримиримо по отношению к товарищам национальным коммунистам, выходящим с низов, подходить к ним гораздо более педагогически (если взять формулу Саид-Галиева). Я прямо скажу: для нас в Башкирии, в любой из национальных республик, коммунист искренний, хотя бы сегодня еще малосознательный, но вышедший из низов и связанный с ними, в десять раз важнее, чем, скажем, железнодорожный рабочий в том районе. Почему? Потому, что последнего можно воспитать в Москве, а затем передвинуть и перебросить, куда нужно; а башкирский коммунист — совсем другое дело: мы через него завязываем глубокую связь на месте, которая даст драгоценнейший результат в дальнейшем.

Я не говорю уже о том, что в силу логики вещей у нас кое-где на окраинах есть прекрасные рабочие, те же железнодорожники, например, которые через жен, тещ и пр. связаны с русскими кулаками, захватившими большие площади земли и борющимися с туземным населением. Это тоже факт, имеющий крупнейшее значение: он приводит к тому, что пролетарское руководство и старое колонизаторство переплетается иногда и завязываются в тяжкий узел. Отсюда необходимость умелого политического маневрирования. В каком же положении партия и ее центр оказываются перед этим сложным переплетом? Здесь некоторые товарищи, как, например, тов. Ербанов, обвиняли ЦК в том, что он не делает твердых директив относительно того, как в каждом данном случае поступать на местах. Этих твердых директив нельзя, однако, предпослать заранее, нельзя их выдумать, формулировать заранее из центра, а нужно вырабатывать в своеобразной обстановке каждой данной специальной среды. И центр не имел здесь до поры до времени другой возможности, как комбинировать или чередовать правых и левых, поскольку, прямо скажу, более зрелое и сейчас явно растущее коммунистическое партийное течение, которое проявилось и прекрасно проявилось на этом совещании, поскольку оно не поглощало и сейчас еще не поглощает, не впитывает в себя эти уклоняющиеся вправо и влево оттенки. Другими словами: общепартийный центр вынужден был маневрировать, пользуясь то правыми, то левыми — до тех пор, пока передовые элементы коммунистов-националов сами не научатся этому маневренному тактическому искусству. Наше совещание должно ускорить наступление новой главы. Потому что, товарищи, нет необходимости для проведения нашей политики принципиально и в то же время маневренно, выдвигать толевых, то правых, поочередно; одни и те же товарищи-националы могут выдвигать то одну, то другую сторону нашей политики, активно маневрируя в своей национальной