Культура древней Вавилонии - Николай Михайлович Никольский

Что касается организации суда, то законы Хаммураби мало освещают этот вопрос, но имеются другие данные, дающие возможность реконструировать судебную организацию, особенно эпохи Древневавилонского царства. В древнейшие периоды истории южного Двуречья, примерно до XX в. до н. э., судейские функции в городских центрах выполняли жрецы, а в сельских общинах — общинные советы. Первые упоминания о царских судьях относятся ко времени III династии Ура (около 2100–2000 гг. до н. э.). Ав эпоху Древневавилонского царства в связи с централизацией государств судебные функции полностью переходят к царским судам. Жрецы начинают выполнять вспомогательные функции в виде проведения допроса под присягой. В сельских общинах судебные функции выполнял общинный совет, во главе которого стоял рабианум, назначенный, по-видимому, царем. Поэтому законы Хаммураби и возлагают на рабианума ответственность за совершенные на территории общины преступления. В случае ненахождения грабителя или убийцы ответственность ложится на всю общину, а рабианум, по-видимому, обязан обеспечить выполнение общиной своих обязанностей перед пострадавшими на ее территории (§ 23–24). В больших городах со времени Хаммураби судебные функции выполняли специальные судьи, назначенные царем из среды господствующей рабовладельческой верхушки. Верховная судебная власть принадлежала царю.

Из наиболее важных областей жизни Древневавилонского царства, которые не получили достаточного отражения в законах Хаммураби, следует упомянуть вопросы орошения, общинного землевладения, форм зависимости общинного крестьянства от царя. Эти важные вопросы, по-видимому, регулировались нормами обычного права.

Значительный интерес представляет заключительная часть законов. Здесь Хаммураби называет себя несравненным царем, которому великие боги дали оружие, мудрость и помощь, благодаря чему он освободил страну от врагов, дал государству благоденствие и обеспечил защиту и мирный труд.

Поэтому законы эти, говорит он, «будущим временам навеки! Царь, который будет в стране, да соблюдает справедливые слова, написанные мною на моей стэле, да не изменит он судебных решений страны, как решались они мною, приговоров страны, как постановлялись они мною, да не разрушит моих предначертаний».

Законы Хаммураби действительно легли в основу не только всей правовой жизни государств Двуречья, но в течение многих сотен лет оказывали исключительно большое влияние на правовые воззрения других народов древнего Востока.

IV. НАЧАТКИ НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ

Практические потребности, хозяйственные, административные и лечебные, привели у всех древних народов к появлению начатков научных знаний. На древнем Востоке наибольшее развитие этих начатков имело место в Египте и Вавилонии; судя по имеющимся у нас источникам, начатки научных знаний в Вавилонии в некоторых отношениях достигли больших успехов, чем в Египте.

Наибольшего развития в Вавилонии достигла астрономия. Это обстоятельство в конце XIX в. послужило основой для возникновения школы так называемого панвавилонизма, которая чрезвычайно преувеличивала астрономические познания древних вавилонян и пыталась доказать, что будто бы вавилонская астрономия достигла высшей точки своего развития еще в самой глубокой древности, что будто бы на этой основе также в глубокой древности сложились астральное мировоззрение и «астральная» религия вавилонян, что эти достижения были якобы заимствованы (entlehnt) от вавилонян всеми остальными народами древнего мира и что астральное мировоззрение было унаследовано даже средневековым европейским обществом. Панвавилонизму — был нанесен решительный удар еще перед первой империалистической войной, и его основатель Гуго Винклер отказался от своего основного положения об изначальном и основном астральном характере вавилонской религии, признав, что астральную систему создала школа жрецов. Из предшествующих разделов уже ясно, что древневавилонская религия была далека от какой бы то ни было астральной системы; однако астральные спекуляции в жреческих богословских схемах действительно — встречались, хотя и не занимали руководящего места. Уже в эпоху первой вавилонской династии в жреческом богословии встречаются некоторые определенные астральные мотивы. Эти мотивы появились в связи с наблюдениями жрецов над небесными светилами и в связи с теми практическими выводами, какие из этих наблюдений были сделаны жрецами.

Чтобы правильно оценить уровень астрономических познаний вавилонских жрецов, достигнутый к началу II тысячелетия, надо исходить из тогдашней базы этих познаний — из космологических представлений, господствующих в Двуречье. Энгельс говорит, что человеческие понятия являются снимками с действительных вещей[80]; при этом, конечно, подразумевается, что качество подобных «снимков» в смысле их соответствия действительному характеру вещей зависит на каждом этапе развития культуры от степени развития производительных сил, особенно от уровня техники и знаний о явлениях природы. При низком уровне техники и знаний о природе космологические представления древневавилонских жрецов недалеко ушли от тех представлений, какие создаются обычно еще в эпоху первобытнообщинного строя. Мы уже указывали, что первое космологическое деление, возникающее в эпоху позднего палеолита, — это деление на землю и небо. При этом, поскольку с неба падает дождь, то и водная стихия у сухопутных народов объединяется с небом; но у приморских народов рано появляется тройное деление: земля, небо и океан. Такое тройное деление мы встречаем в фольклоре американских народов, в эстонском фольклоре[81], к нему же восходят египетская и греческая космогонии[82]. Нa этом же примитивном делении мира базировалась и древневавилонская космология. Земля была тем центром и наблюдательным пунктом, от которою отправлялась древневавилонская космология. Видимый горизонт замыкается морем и горами; отсюда в вавилонской космологии земля считалась чем-то вроде круглой горы, которая стоит посреди мирового океана. Этот океан якобы объемлет мир и сверху и снизу, а земной океан есть часть мирового — небесною и земного океана. Между землей и небесной частью океана находится небесная, или воздушная сфера, которую жрецы делили сначала на три, а потом на семь небесных сфер. Комплекс этих сфер высится над землей подобно опрокинутой чаше, а от небесного океана отделен «небесной плотиной» (Suruk Same), представляющей собою ту твердь, на которой якобы живут и действуют боги. В известном противоречии с этим примитивным представлением о небе и небесном океане стоит древневавилонское понятие о том пути, по которому происходит сообщение между небом и землей. На западе и на востоке находятся две горы с проделанными в них воротами; через восточные ворота солнце поднимается и восходит, через западные заходит и ночью совершает полукруг по подземному миру. Таким образом, с точки зрения этого последнего представления земной океан в противовес вышеуказанному представлению как будто отделен от небесного океана. Кроме того, эта космология осложнялась еще представлением о существовании подземного мира. В этом мире якобы тоже несколько сфер; в самой нижней сфере находится «страна без возврата», окруженная семью или четырнадцатью стенами с соответствующим числом ворот. Эта