Освобождение от школ - Иван Иллич

Протекционистские попытки возродить район как культурную единицу только поддерживают этот бюрократический империализм. В условиях искусственного удаления людей из их локальных контекстов ради абстрактного группирования подбор партнеров должен помочь восстановлению локальной жизни города, которая сейчас исчезает. Заново обретя возможность собрать своих товарищей на исполненную смысла беседу, человек, быть может, перестанет мириться с тем, что его отделяют от них официальными правилами или пригородным этикетом. Обнаружив однажды, что решение о совместных действиях зависит только от них, люди могут даже захотеть сделать местные сообщества более открытыми для творческих политических изменений.

Надо сказать, что городская жизнь становится беспредельно дорогой, потому что городские жители приучены полагаться в каждом случае на институциональные службы. А это чрезвычайно дорого — поддерживать их существование даже на мало–мальски приемлемом уровне. Служба подбора партнеров в городе может быть первым шагом по пути разрушения зависимости горожан от бюрократических гражданских служб.

Это будет также важным шагом на пути установления новых способов общественного доверия. В вышколенном обществе мы все больше полагаемся на профессиональное суждение педагогов в вопросах, касающихся их же собственной работы; мы идем к врачу, адвокату или психологу, потому что привыкли считать, что человек с необходимым количеством специальной образовательной подготовки достоин нашего доверия.

В освобожденном от школ обществе профессионалы больше не смогут завоевывать доверие своих клиентов простой ссылкой на свой диплом или заручаться их постоянным подтверждением со стороны других профессионалов, что они действительно в свое время прошли обучение. Вместо этого станет возможно любому потенциальному клиенту в любое время проконсультироваться с клиентом этого профессионала, имеющим опыт общения с ним, и узнать, удовлетворен ли он его работой. Это можно сделать при помощи другой сети, также легко устанавливаемой в компьютер, или как–то иначе. Такие сети позволят ученикам выбирать себе учителей, а пациентам — врачей.

Профессиональные педагоги

Поскольку гражданин имеет новый выбор, новый шанс для учения, его желание найти руководителя должно возрасти. Можно ожидать, что благодаря независимости их опыт будет более глубоким и потребность в руководстве увеличится. Поскольку ими никто не манипулирует, они научатся пользоваться другой дисциплиной, приобретаемой в процессе жизни. Освобождение образования от школ должно увеличить — увеличить, а не уменьшить — поиск человека, обладающего практической мудростью, который бы хотел поддержать новичка в его образовательном предприятии. Поскольку мастера этого искусства не притязают на превосходство в информированности и не считают себя эталоном того или иного навыка, их претензии на превосходство в мудрости начнут звучать правдивее.

С возрастанием требований к наставникам их возможности также должны возрастать. Исчезновение школьных учителей создает условия, при которых должна появиться профессия независимого педагога. Это может показаться почти оксюмороном, столь неразрывно связаны в нашем восприятии школа и учитель. Однако буквально это получится в результате развития первых трех образовательных изменений — и что потребуется, чтобы полностью ввести их в эксплуатацию, — родителям и другим «естественным педагогам» нужен руководитель, отдельному ученику нужен помощник, а для действия сетей нужны люди, работающие в них.

Родители нуждаются в руководителе, чтобы направить своих детей на путь, который приведет их к ответственной образовательной независимости. Ученики нуждаются в опытном руководителе, когда забредают на неизведанную территорию. Эти две потребности совершенно различны: первая — потребность в педагоге, вторая — потребность в умном руководителе во всех областях знаний. Первая требует знания того, как человек учится, и образовательных ресурсов, вторая — мудрости, основанной на опытности в исследованиях. Оба вида опыта абсолютно необходимы для эффективной образовательной деятельности. Школы соединяют эти функции в одной роли и делают независимое исполнение любой из них в отдельности если не неприличным, то, во всяком случае, подозрительным.

Следует различать три типа специальной образовательной компетентности: первый относится к созданию и действию образовательных изменений — сетей, описанных здесь; второй — это руководство учениками и родителями в использовании этих сетей; третий — необходимость действовать, как primus inter pares, предпринимая трудные интеллектуальные исследования. Только первые два типа можно понимать как независимые ветви одной профессии: образовательные администраторы и педагогические советники. Чтобы проектировать сети и оперировать ими, как я предлагаю, не требуется большое количество людей, но это должны быть люди с наиболее глубоким пониманием образования и управления им, в перспективе совершенно отличные и даже противоположные тем, что работают сейчас в школах.

Такая независимая образовательная профессия будет приветствоваться многими людьми, которых школа отвергла, но и она будет отвергать многих, которым теперь школы дают право работать. Управление и оперирование образовательными сетями потребуют некоторого количества проектировщиков и администраторов, но числом и характером иных, нежели те, которые сейчас состоят на этой работе. Дисциплина учеников, общественные отношения, прием на работу, надзор и все, что касается преподавания, не будут иметь места в сетях, которые я описал, даже никакого аналога этих видов деятельности не будет. Не будет ни писания учебного плана, ни покупки учебников, ни поддержания в порядке школьного участка и условий для занятий или надзора за межшкольными соревнованиями по легкой атлетике. Не будет ни опеки над детьми, ни планирования уроков, ни ведения журнала, что сейчас отнимает так много учительского времени, будет оперирование образовательными сетями. Оно займет место оперирования сетями уроков и потребует некоторых навыков и способностей, ныне присущих персоналу музея, библиотеки, бюро по трудоустройству или метрдотелю.

Деятельность нынешних администраторов в сфере образования сводится к контролю над учениками и учителями в угоду другим лицам — попечителям, законодателям и управляющим компаниями. Создателям и администраторам сетей, с одной стороны, придется демонстрировать чудеса изворотливости, чтобы их клиенты не мешали другим людям заниматься своими делами, а с другой — всячески содействовать встречам учащихся с моделями навыков, образовательными руководителями и образовательными объектами. Среди тех, кто сегодня занимается преподаванием, немало людей глубоко авторитарных и не способных решить эту задачу; осуществление образовательных обменов позволит людям — особенно юным — устремиться к целям, которые, возможно, будут противоречить идеалам регулировщиков, управляющих сегодня всяким образовательным движением.

Если сети, которые я описал, появятся, образовательная траектория каждого ученика станет строиться, как свободно избранный путь, и только в ретроспективе можно будет увидеть черты определенной познавательной программы. Смышленый ученик будет время от времени искать профессионального совета: помощи в постановке новых целей, при встрече с трудностями, при выборе между различными возможными методами. Даже сейчас большинство людей признают, что важной заботой их учителей было обеспечить им такую консультацию или совет, дать возможность встретиться с нужными людьми, руководить занятиями. В освобожденном от школ мире педагоги тоже станут свободными и будут способны в полной мере делать то, что фрустрированные учителя только пытаются делать сегодня.

Администраторы сетей сосредоточатся преимущественно на создании и поддержании в рабочем виде путей доступа к ресурсам, а педагоги