Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова

Я листаю. У некоторых такие милые детишки! Аж сердце щемит.

Та–а–ак… А это что?

Не верю своим глазам. Приближаю. Разглядываю.

Это Сашка Петров и его жена Аня. Он что, выложил свою жену?!

43

43

Александр

Да чтоб оно все провалилось!

Я только собрался уходить. И вернуться в свою эйфорию.

А тут она….

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю бывшую жену.

– Твоя мама предложила остановиться у нее.

– Конечно! – кивает мама. – Зачем за гостиницу платить? Не чужие же люди! Родня.

– Бывшая.

– Она – мать моего внука, – безапелляционным тоном заявляет мама.

– Ладно, – я поднимаюсь. – Вы родня, вы развлекайтесь вместе. Я пошел.

Аня стоит у двери в кухню, смотрит… Тем самым взглядом, который обычно вызывал во мне чувство вины. Но сейчас не вызывает.

– Давай поговорим, – произносит она.

– Я все сказал.

– А я нет. Выслушай меня, пожалуйста.

Мля…

Ладно. Если это единственный способ от нее отделаться… Выслушаю.

– Вы тут разговаривайте, а я пойду, – с радостным возбуждением произносит мама.

Похоже, она считает, что первый раунд выигран. Возможно, они обе так считают.

Да плевать!

И все же… от моей эйфории уже почти ничего не осталось. Настроение на нуле.

Смотрю на Аню – и вспоминаю годы, прожитые как во сне.

Не то что моя бывшая жена была такой уж ужасной.

Я с ней был амеба. Ничего не хотел, никуда особо не стремился, ничем не горел. Плыл по течению.

Сын был светом в окошке. Но он взрослел, у него была своя жизнь.

А у меня как будто жизни не было. Сплошной день сурка: работа, сон, еда, бесцветные выходные. Ну, ещё я ходил в тренажерный зал. Ебашил как не в себя – где–то же надо отрываться.

– Знаешь, все эти годы я часто думала, что ты меня не любишь, – произносит Аня, глядя на меня через стол.

Я лишь пожимаю плечами.

Я слушаю. Она говорит.

– Ты был со мной только из–за сына.

Это правда. Если бы не внезапная беременность, я бы на ней не женился.

– Ты взял на себя ответственность, повел себя как мужчина, и я была очень тебе за это благодарна.

Я лишь хмыкаю.

– Ты же знаешь, это был мой единственный шанс стать матерью, – продолжает Аня. – И я бы родила в любом случае. Но без тебя… не знаю, как бы я это вывезла.

– Антоха – мой сын, – говорю я. – Конечно, я о нем заботился.

– И обо мне! – восклицает Аня. – Обо мне ты заботился тоже.

– Да.

Ну а как иначе? Заботился, пытался любить.

Наверное, самый лучший период у нас был, когда Антохе было лет пять–семь. С финансами стало получше, я нашел хорошую работу. Аня тоже устроилась туда, куда хотела. Мы немного расслабились после первых лет напряга.

Взяли квартиру в ипотеку, иногда ездили отдыхать. Все было как у всех. Как надо, как положено.

Сын рос и радовал. Может, мы даже были немного похожи на семью из рекламы майонеза...

Но постепенно быт затягивал, новый уровень жизни стал привычным, в отношениях был застой. Все протухало. Главное – я сам протух.

– Я думала, что ты меня не любишь… – повторяет Аня. – А что такое любовь? Это и есть забота. И плечо рядом. И уверенность, что тебя всегда поддержат и помогут.

– К чему эти философские мысли? – спрашиваю я.

– У нас была хорошая семья.

– Все закончилось, Ань.

– Мне кажется, если мы сейчас попробуем начать все с начала, будет ещё лучше.

– Ты же сама хотела развода!

– Я ошиблась. Я многое переосмыслила и поняла.

Вот вообще не хочу знать, что она там поняла. Я тоже многое понял. И у меня теперь совсем другая жизнь.

И, главное, я совсем другой!

А насколько Маринка отличается от Ани… Моя бывшая жена – спокойная разумная женщина. Холодная и рассудочная. С ней может быть удобно, но не более того.

А Маринка… она же фейерверк! Праздник! Она теплая, эмоциональная, в ней бурлит жизнь. И во мне тоже! Вместе мы как два энерджайзера.

Мне никогда ни с кем не было так хорошо, как с Маринкой.

– Влюбленность переоценивают, – говорит моя бывшая жена. – Она быстро проходит. А то, что строилось годами…

– Тоже довольно быстро разрушается, – завершаю я.

– Мы оба погорячились. Ладно, я погорячилась. И очень жалею. Нам не нужно было разводиться!

Лично я считаю развод лучшим решением в моей жизни.

– Саш… Давай попробуем с начала.

– Ань, я не знаю, как тебе ещё объяснить.… Все! Между нами все кончено. И никогда не вернется. Я желаю тебе всяческих благ…

– Давай просто попробуем!

Ее голос дрожит. Неужели сейчас будут слёзы? Это совершенно не похоже на мою бывшую жену.

Мне жаль ее. Но я не отступаю. Наоборот, я произношу слова, которые, возможно, ее добьют. Ну а как ещё? Лучше обрубить сразу и безвозвратно.

– Я люблю другую. И буду строить отношения с ней.

Аня замирает. Сжимает ладони. Дергает плечом, как бы отмахиваясь от моих слов.

– Насколько я помню, она сказала, что ты ей не нужен, – произносит бесцветным голосом.

О, с тех пор много воды утекло… И моя дикая кошечка передумала. Ещё как передумала!

– Моя личная жизнь тебя больше не касается. Все. На этом закончим.

Я поднимаюсь и иду к дверям.

– Влюбленность пройдет! – почти кричит мне вслед Аня.

Я не отвечаю. Прощаюсь с недовольной мамой, выхожу на улицу.

Делаю глубокий вдох. И – набираю Маринку.

Снова и снова.

Но эта зараза не отвечает!

44

44

Марина

Я увеличиваю фотку. Смотрю на Сашкино счастливое лицо. Разглядываю его руку, лежащую на плече жены. Он обнимает ее так нежно…

А мои внутренности все сильнее закручиваются в тугой узел.

Счастливая Надя щебечет по телефону с Зарецким. А у меня так скрутило живот, что аж подташнивает.

Но я не могу оторвать взгляда от фотографии… И тут она внезапно исчезает с экрана телефона. Вместо нее идет звонок.

Сашка… Я не буду с ним разговаривать! Отклоняю