Апогей пурпура и порчи - Павел Николаевич Корнев

По краям площади перед главным корпусом толпились многочисленные зеваки, большую часть которых составляли отнюдь не студенты, а собравшиеся со всего города бездельники. Стрельцы особо не злобствовали и ротозеев не разгоняли, им даже не приходилось никого сдерживать, поскольку подходы к месту происшествия огораживали магические барьеры, а проверять на себе действие церковной магии дураков не нашлось.

Брусчатка так и оставалась вспученной, священники в тёплых серых балахонах что-то вымеряли и чертили на ней — уже были видны намалёванные на булыжниках фрагменты некоей сложной схемы. Разглядел я их с крыльца главного корпуса, куда посторонних не пускали и где не приходилось толкаться локтями.

— Пространственные искажения, оставшиеся после червоточины, вычищать будут, — пояснил мне куривший там Борич. — Иначе в небесный прилив может резонанс случиться, а уже на него демоны наведутся.

— Не каркай! — потребовал студент из простецов.

Борич глянул свысока и вновь отвернулся ко мне.

— Тут работы ещё на пару дней, — заявил он с видом знатока.

— Разбираешься в этом? — удивился я.

Темноволосый крепыш покачал головой.

— Не! Бахарь сказал. Он же на звездочёта учился, понимает.

«А нам как раз штурман нужен», — подумал я и спросил:

— Он учиться-то продолжит или все деньги спустит и опять на заработки уедет? Каждый день же гулянки закатывает!

Борич пожал плечами.

— Не такой уж он и мот. К нему просто люди тянутся — выпивку приносят, девиц приводят. Не отказываться же? — И студент вдруг пихнул меня в бок. — О! Магические возмущения чуешь?

Я и до того достаточно чётко ощущал производимые священниками искажения, а тут они и вовсе до предела усилились, проявились накрывшим центр площади голубоватым свечением. То зеваками незамеченным не осталось, толпа заволновалась, до нас донёсся многоголосый гомон.

— Ну всё, — вздохнул кто-то из студентов. — Теперь точно во всех газетах напишут, что у нас тут врата в астрал!

— На небеса же! — хохотнул Борич. — Небесное же свечение!

— Смотри — дошутишься! — буркнул стоявший по соседству молодой человек.

— За собой последи! — не полез за словом в карман мой знакомец.

Я ни участвовать в начавшейся перебранке, ни даже всего лишь наблюдать за ней не пожелал и отправился в библиотеку, но уж лучше бы сторону Борича принял или сразу домой пошёл. Что свалял дурака, понял сразу, как только увидел смотрительницу читального зала. Барышня выглядела даже строже и мрачнее обычного, а тишина в просторном помещении стояла такая, что был слышен скрип перьев по бумаге.

Но понадеялся на удачу, подошёл и попросил подобрать труды о порче и проклятиях, которые находятся в свободном доступе.

— У нас таких не имеется! — объявила Мара.

— Вообще?

— Вообще.

— Я учусь в том числе и на медицинском факультете, а…

— Ничем не могу помочь! — отрезала барышня и поглядела с нескрываемым вызовом, захотелось даже отвесить ей леща.

Вместо этого я кивнул и потопал на выход, решив при случае потолковать о доступе к медицинской литературе с магистром Любором. На первом этаже наткнулся на вышагивавшего от стены к стене Дарьяна. Дух его производил непривычно сильные возмущения, но я был слишком раздражён, чтобы обращать внимание на такие пустяки, вот и спросил:

— С Марой так и не помирился?

— Нет! — коротко бросил в ответ книжник.

— А пытался?

— Серый, ну ты чего привязался? — горестно вздохнул Дарьян.

— Чего⁈ — Я подступил к товарищу и заглянул ему в глаза. — Из-за тебя мне книги выдавать перестали!

— Ну ты хоть с кем-нибудь другим договориться можешь! А мне теперь — никак! Мара всех в библиотеке подговорила со мной дел не вести.

— Так тебя ещё и пожалеть надо?

— Достаточно будет и простого человеческого сочувствия!

— Так это ты уд в штанах не удержал, не кто-то другой!

— И долго ты меня этим попрекать собираешься?

— Ещё даже не начинал! — зло выдал я и двинулся на выход.

Дарьян припустил следом.

— Серый, подожди! — Он нагнал меня и зашагал рядом. — Я так и не нашёл Агну! Она как сквозь землю провалилась! Я начинаю волноваться! Вдруг с ней что-то случилось?

Я остановился и уставился на книжника.

— Не знаю, что случилось с ней, но самый большой подарок, который она могла тебе сделать — это исчезнуть. Лучше бы, конечно, сначала дала…

Дарьян не удержался и двинул мне кулаком. Но он хоть и вымахал в здоровенного детину, драться не умел — я легко уклонился от размашистого удара, а после коротко ткнул товарищу в бок. Тот округлил глаза, согнулся и начал оседать на пол, пришлось ухватить под руку и отвести к окну.

— Ну ты совсем удар не держишь! — укорил я книжника, взгромоздив его на подоконник.

— Ты просто меня врасплох застал! — просипел тот в ответ.

— А это не ты в драку полез?

— Ты спровоцировал!

— Люди так и делают, нет? — Я похлопал товарища по плечу. — Мой тебе совет: забудь об Агне! Не ищи её! Припечёт — сама объявится. А пока у неё всё хорошо.

— Не объявится, — уверил меня Дарьян. — Я обидел её. Я её подвёл. Всё испортил!

— А что ты мог в той ситуации сделать? Вызвать Цареслава на дуэль или начать дерзить ему с тем расчётом, что аспиранту не дадут разрешения на поединок с аколитом? Первое глупо, второе недостойно. И либо мы похоронили бы не Волота, а тебя, либо ты упал бы в глазах Агны до уровня брехливой собачонки.

— Ты к ней предвзят!

— Да просто она дворянка!

Дарьян опустил голову.

— И как мне нужно было поступить?

— Ты всё сделал правильно! — уверил я товарища, а когда тот резко вскинулся, воздел к потолку указательный палец. — За исключением того, что совсем забросил возвышение. Был бы аспирантом, и всё сложилось бы иначе.

— И ничего я не забросил…

— Мне-то не ври.

— Пораньше тебя преломление пройду!

— Дерзай! — ухмыльнулся я.

Подначка достигла цели, книжник вспыхнул.

— Серьёзно! Я абрис полностью сформировал и даже ядро по всем правилам трансформировал, не напортачил! Ещё треть таланта наращу, и можно будет в аспиранты прорываться!

Я озадаченно нахмурился.

— Тебе таланта мало?

Дарьян с мрачным видом кивнул.

— Мало. Мне либо взрывное преломление