Безликий - Е. Юань

Следом взор обратился к двум предметам, покоящимся прямо перед ним на столе. Обе реликвии источали весьма мощное, пульсирующее духовное сияние.

Первая вещица представляла собой бледно-голубую, полупрозрачную шестигранную призму. В её недрах то и дело вспыхивали тончайшие искры, уподобляясь зарницам грозы, бьющим из самых глубин подсознания. То была Потусторонняя характеристика, оставшаяся от убитой Кэти.

Второй же трофей принадлежал Паркеру — тому самому бедолаге, что так и не успел толком проявить себя в схватке. Его наследие сжалось в плотный комок, размером с кулачок младенца.

Этот «кулак» сплетался из трех красок: угольно-черные и темно-багровые прожилки причудливо обвивали густой, доминирующий серебристо-белый фон.

Не теряя ни секунды, Клейн силой мысли соткал из пустоты пергамент с пером, вознамерившись выудить из этих двух Потусторонних характеристик соответствующие рецепты эликсиров.

До того как шагнуть на седьмую Последовательность, избыточная скверна и чужеродные влияния в подобных трофеях наглухо блокировали любые попытки выпытать из них формулы. Даже спасительная защита таинственного измерения, отсекающая помехи и многократно усиливающая дар прорицателя, не спасала ситуацию.

Именно поэтому в прошлом оставалось полагаться лишь на банальный спиритизм.

И лишь переродившись в «Фокусника», юноша обрел крупицу могущества, позволяющую взламывать Потусторонние характеристики напрямую через гадание здесь, над серой мглой. Впрочем, шансы на успех всё еще болтались где-то на самом дне.

Чудо не произошло и на этот раз: Клейн потерпел оглушительное, позорное фиаско.

Впрочем, без улова он всё же не остался, благополучно выудив названия обоих эликсиров.

«Паркер восседал на восьмой ступени, будучи „Шерифом“, а Кэти была „Дознавателем“ седьмой Последовательности… Разве это не Путь „Арбитра“? Та самая цепочка, что безраздельно принадлежит короне, армейским кругам да горстке древних, знатных родов Лоэна… И за утечкой этих формул вкупе с мистическими материалами власти следят пугающе свирепо… Неужто часть тех невинных девушек, похищенных Капином, предназначалась для отправки в чье-то аристократическое поместье?»

«Но с какой стати ради банальных плотских утех отряжать на подмогу сутенеру целую свиту из четырех Потусторонних? Игра откровенно не стоит свеч… Тот старик Херас был на порядок смертоноснее Кэти. Вполне вероятно, что он шагнул на шестую ступень этого же Пути, а пустив в ход ту жуткую металлическую перчатку, и вовсе дотягивал до пятой… Быть может, всё это завязано на какие-то кровавые, изуверские жертвоприношения, где личности „агнцев“ ни в коем случае не должны всплыть на свет?»

«Хотя, если копнуть за пределы Королевства, то королевская династия Фейнапота, семья Кастия, тоже владеет этим Путем, щедро пичкая зельями свою армию и разведку… Уж не вляпался ли я снова в какую-то масштабную, мутную шпионскую интригу?»

Клейн попытался было прогнать эти гипотезы через гадание, но в очередной раз наткнулся на глухую стену отрицания.

Отложив эти загадки в долгий ящик, юноша принялся неспешно, размеренно отстукивать ритм по изъеденному патиной краю бронзового стола, беззвучно рассуждая:

«Раздобыть бы рецепты да горстку нужных вспомогательных ингредиентов, и эти две характеристики мигом превратят любого смертного в „Шерифа“ восьмой и „Дознавателя“ седьмой Последовательности соответственно… Хм, помнится, у мисс Фокусник была та самая подруга по имени Сио, которая как раз с ног сбилась в поисках материалов для „Шерифа“…»

«Можно будет на следующей сходке спихнуть наследие Паркера этой дамочке, действуя через „Мира“. Чем быстрее сколочу капитал на эликсир „Безликого“, тем лучше… Впрочем, вечно прикрываться „Миром“ — затея скверная, так и подозрения недолго навлечь. К тому же я нарочито усеял труп Капина картами Таро. Стоит мисс Справедливости услышать об этом, как она стопроцентно припишет всё моему избраннику… Что ж, значит, выступим в роли благодетеля: сам господин Шут изволит продать трофей от лица своего верного слуги…»

Молниеносно утвердив этот изящный план, Клейн силой мысли заставил характеристики «Шерифа» и «Дознавателя» послушно упорхнуть в дальний угол, надежно сокрыв их в куче оккультного хлама.

«Интересно, какие же титулы носят шестая и пятая ступени на Пути „Арбитра“… Если их таланты зиждутся на эксплуатации порядка и законов… Неужто „Судья“?» — оборвав поток праздных размышлений, сыщик смежил веки, всецело погрузившись в скрупулезную оценку собственного духа.

Вновь накатило то самое пьянящее чувство: духовность забурлила, эликсир поддался, а процесс усвоения стремительно набрал обороты.

На этот раз чутье Провидца подсказывало железобетонно: выкристаллизована львиная доля «кодекса Фокусника». Оставшиеся мелкие детали, конечно, не помешали бы, но и без них можно прекрасно обойтись — на скорости переваривания зелья это почти не скажется.

Соткав из пустоты пузатую перьевую ручку и лист пергамента, Клейн принялся выводить строки, дабы намертво впечатать их в память:

'Заповеди Фокусника:

Никогда не выходи на сцену без подготовки;

Бросай вызов невозможному, даже если финальный триумф — лишь искусная иллюзия'.

В его понимании именно эти два постулата служили абсолютным стержнем. Ухватившись за них, он брал под контроль само ядро своей силы, а всё остальное оставалось лишь приятным дополнением и шлифовкой.

'3. Чаще бери инициативу в свои руки и устраивай шоу;

Изо всех сил стремись сорвать зрительские овации;

Виртуозно управляй вниманием своей цели'.

……

Отложив темно-красное перо, Клейн еще раз скрупулезно, от начала до конца пробежался глазами по списку, вынося окончательный вердикт:

«Если исправно отыгрывать роль в повседневной рутине, приправив это тремя-четырьмя масштабными, проактивными „выступлениями“, я стопроцентно переварю зелье „Фокусника“ еще до наступления Нового года. А если посреди этого пути выгорит еще один дерзкий бросок с вызовом невозможному, то процесс и вовсе пойдет вскачь… Что ж, именно на такие темпы я и рассчитывал».

До первого января 1350 года оставалось примерно пара месяцев.

Покончив с делами, юноша устало потер виски, морально готовясь к возвращению в суровую реальность.

Бережно рассовав карту «Темного Императора», флакончик с биологическим токсином и прочие артефакты по местам, он внезапно издал тихий смешок, щедро приправленный горькой самоиронией:

— Бросать вызов невозможному… Разве это не изощренный способ свести счеты с жизнью?

Пока эхо этих слов всё еще перекатывалось под сводами храма, силуэт Клейна бесследно растворился в чертогах над серой мглой.

В убогом, дешевом номере гостиницы в районе Баклундского моста парень резко распахнул глаза. Первым, что выхватил взор, было тусклое пламя свечи от того самого парадоксального ритуала призыва самого себя.

Сноровисто зачистив все следы таинства, сыщик натянул добротную рабочую куртку, на которую только что спустил четыре суля, и подошел к окну.

Подхватив заранее припасенный стаканчик сладкого чая со льдом, он устремил взгляд на собственное размытое отражение в темном стекле. Губы изогнулись в искренней,