Безликий - Е. Юань

В её арсенале еще оставалась уйма Потусторонних патронов, вот только пуль, способных навредить бестелесным тварям, насчитывалось меньше трех. Именно поэтому девушка благоразумно зачехлила револьвер, всецело положившись на вспомогательное оружие.

Клейн привычным, отработанным движением сгруппировался и ушел в перекат, виртуозно уклоняясь от смертоносного выпада. Кожаный хвост со звонким щелчком ударил по каменным плитам в жалком дюйме от него.

Кэти уже изготовилась для широкого, горизонтального взмаха, как вдруг ее горло свело острой судорогой. Разразившись сухим кашлем, она безнадежно упустила шанс на непрерывную серию атак.

Впитанный токсин наконец-то дал о себе знать!

Херас, улучив момент для короткого вдоха, вновь наглухо перекрыл кислород. Резко вывернув кисть, он указал пальцем прямо на собственную грудь:

— Объект кары: мстительные духи и призраки!

Его тело в мгновение ока окуталось сиянием, подобным первым лучам рассвета. Даже сжатые кулаки заискрились кристально чистым, первозданным светом.

Бум!

Мраморная плитка под ботинком Хераса бесшумно покрылась паутиной трещин. Его долговязая, худощавая фигура с неистовой скоростью сорвалась с места, в единый миг оказавшись прямо перед Клейном.

В эту секунду старик походил на закованного в броню рыцаря куда больше, чем сама Кэти!

Бам! Сокрушительный удар кулака разорвал воздух с оглушительным хлопком. Однако Клейн, словно прочитав замысел врага, успел скользнуть на шаг назад, позволив потоку воздуха отбросить себя с линии атаки.

Хлесть! Кэти, виртуозно подыгрывая напарнику, обрушила свой бич ровно в ту точку, куда отступил сыщик.

Загнанный в угол, Клейн был вынужден пуститься в бесконечную череду перекатов, перейдя к изматывающему маневренному бою. Параллельно ему приходилось держать ухо востро, дабы вновь не угодить в силки парализующих чар Хераса.

Бам, бам, бам! Хлесть, хлесть, хлесть! Под непрекращающимся, шквальным прессингом Хераса и меткими выпадами Кэти не прошло и двух минут, как Клейн оказался прижат к стенке. Пространства для маневра попросту не осталось, и даже кувырки потеряли всякий смысл.

Хлесть!

Черный хлыст Кэти хлестнул прямо в лицо. Клейн успел лишь отшатнуться в сторону, как кожаный хвост со свистом впился ему в руку.

Разрывающая разум агония вновь обрушилась на душу, заставив юношу застыть как вкопанному, а его эфирный силуэт еще больше истончился.

Воспользовавшись этой заминкой, Херас намертво сжал левый кулак и властно, словно судья, вынес приговор:

— Смерть!

Его фигура в ту же долю секунды слилась воедино с какой-то диковинной, пугающей мощью. Оставляя за собой шлейф остаточных теней, старик сокрушительно протаранил Клейна.

Хрясь!

Окутанный черными латами силуэт в мгновение ока разлетелся на куски, обратившись роем порхающих, словно бабочки, бумажных обрывков.

Клейн пожертвовал уже третьей бумажной марионеткой!

Херас хищно обвел зал взглядом, молниеносно выхватил соткавшегося в углу врага и холодно усмехнулся:

— И много ли еще у тебя таких фокусов в рукаве?

Пока старик выискивал цель, он уже успел краем глаза заметить, как Паркер извивается прямо на теле Капина. Зрелище было до тошноты кровавым и омерзительным — первобытная жестокость, от которой стыла кровь.

Однако бросаться на помощь подчиненному Херас не собирался. Он кристально ясно осознавал, что яд всё глубже въедается в его собственный организм. Нужно было прикончить ублюдка в кратчайшие сроки, и отвлекаться он не имел ни малейшего права.

В противном случае ему пришлось бы первому отступить из столовой, чтобы перевести дух и сбить действие токсина, а это позволило бы лазутчику дать деру, так и не выдав ни крупицы ценных сведений.

Он вновь подал знак Кэти, веля ей связать боем лишенного способности летать и парить Клейна, а сам сделал короткий, жадный вдох, давая себе секунду на передышку.

«В воздухе висит какой-то странный душок… Должно быть, концентрация отравы всё растет…» — эта мысль лишь тенью мелькнула в разуме Хераса, так и не удостоившись должного внимания.

Вскинув левую ладонь, он торжественно провозгласил:

— Незаконное проникновение в чужое жилище есть преступление!

— Незаконное проникновение…

На втором круге дыхание Хераса дало сбой. Глотку словно сдавило невидимой петлей, и он, так и не сумев втянуть воздух, был вынужден прервать заклинание на полуслове.

Сделав еще один глубокий вдох и силой воли вернув телу равновесие, старик вновь заговорил:

— Незаконное проникновение в чужое жилище есть преступление!

Он отчеканил эту фразу трижды подряд. Тем временем Клейн, так и не сумевший вырваться из-под града ударов Кэти, внезапно ощутил, как по спине пробежал ледяной, необъяснимый холодок.

— Кха-кха-кха!

Кэти вновь зашлась в сухом кашле, и рука с хлыстом предательски дрогнула, теряя смертоносный темп.

Улучив момент, Клейн выскользнул из-под ее прессинга. Впрочем, переходить в контратаку он не стал: вместо этого юноша запрокинул голову и, широко разинув рот, исторг пронзительный, недосягаемый для человеческого слуха вопль!

Дзынь! Кэти отбросило назад. Девушка пошатнулась, и ей на миг почудилось, будто пол под ногами ходуном заходил, вздымаясь волнами.

Херас отделался лишь легким головокружением и тут же пришел в себя. Обдав Клейна ледяным, полным презрения взглядом, он властно изрек:

— Преступник да будет закован в кандалы!

Уже изготовившийся к рывку Клейн внезапно обнаружил, что его лодыжки сковали невидимые колодки. Движения парня вмиг стали вязкими и неповоротливыми.

Тем временем пришедшая в себя Кэти откинула барабан револьвера, сноровисто вытряхнув из него стреляные гильзы и неиспользованные патроны.

Следом девушка выудила спидлоадер и одним выверенным движением вогнала в каморы шесть новых зарядов, включая последние оставшиеся «очищающие» пули.

Херас, синхронно с ней сжав левый кулак, начал концентрировать мощь для нового удара.

Старик вознамерился выстроить перекрестную атаку вкупе с огнем Кэти, дабы раз и навсегда прикончить ублюдка или хотя бы выжечь дотла весь запас его двойников.

И в эту самую секунду губы закованного в черные латы Клейна тронула лукавая улыбка.

Потому что момент, которого он так терпеливо выжидал, наконец-то настал!

Он прекрасно осознавал: чтобы «Флакон с биологическим токсином» раскрыл свой убийственный потенциал, требовалось время. А любой мало-мальски толковый Потусторонний почуял бы неладное с первых же симптомов и тут же предпринял контрмеры: либо начал бы рыскать в поисках отравителя, либо убрался бы прочь из отравленной зоны. Положить таких матерых врагов одной лишь отравой было немыслимо. Именно поэтому истинный замысел использования флакона крылся совершенно в ином:

Во-первых, вымотать и ослабить врага.

А во-вторых — замаскировать другой запах. Сделать так, чтобы Херас с приспешниками списывали любую подозрительную вонь исключительно на пропитавшую воздух отраву, тем самым намертво приковав их внимание к этой обманке!

И это был самый грандиозный, ключевой элемент его «магического представления», от которого