Колючее сердце - С. Дж. Сильвис

что она только что проглотила мою сперму — а может, в этом вся причина. Потому что ей не нужно было этого делать. Потому что мы одни, и никак не можем перестать нарушать собственные проклятые правила. Но наши губы сливаются, языки переплетаются, и мое сердце, черт возьми, колотится.

Когда мы отрываемся друг от друга, то оба тяжело дышим.

Я отступаю, привожу себя в порядок — подтягиваю боксеры и брюки, после чего заправляю футболку. Но взгляд то и дело возвращается к Брайар. Она сидит на раковине и молча наблюдает за каждым моим движением, пока я не заканчиваю.

Затем спрыгивает вниз, стараясь приземлиться на здоровую ногу, и разворачивается к зеркалу, чтобы оценить ущерб.

— О, черт, — смеется она. — Придется всё переделывать.

Я морщусь.

— Всё в порядке, Торн. Я знала, на что иду. Увидимся после игры, ладно?

— На поле, — подтверждаю я, нахожу спецпропуск, который подготовил для нее, и вешаю шнурок ей на шею. — Ты точно справишься?

— Конечно. — Она целует меня в щеку и поспешно уходит.

Я смотрю на ее задницу и тихо усмехаюсь.

Но я недолго остаюсь один.

Через секунду появляется Риз и закатывает глаза.

— Вы двое увязли по уши.

— Что?

Он фыркает.

— Фальшивые отношения? Не смеши.

Я оставляю его слова без внимания и хватаю ключи и телефон. Так как это домашняя игра, с собой ничего брать не нужно. Вся экипировка уже в раздевалке. Беспроводные наушники лежат в машине. Перед каждым матчем нас проводят по коридору, а представители СМИ фотографируют нас. Это немного нервирует, поскольку никогда не знаешь, что за снимки получатся. И, конечно, эти фото потом раскручивают везде. Наушники помогают отгородиться от лишнего шума.

И компания Риза тоже.

— Поехали, — говорю я. — Кто-нибудь еще едет с нами?

— Нет, они знают, что у тебя сегодня важный ужин с родителями.

Отлично.

Я проверяю телефон и быстро отправляю Брайар сообщение:

Я: Спасибо, что дала мне выпустить пар.

К моему удивлению, она сразу же начинает печатать.

Брайар: Сделай так, чтобы это того стоило, красавчик.;)

Риз фыркает.

— Вы, ребята, чертовски милые, признаю. Но серьезно?

— Заткнись.

Приходит новое сообщение, и я улыбаюсь еще до того, как читаю его. Но так же быстро улыбка сходит с лица.

Отец: Столик забронирован. Постарайся, чтобы это был праздничный ужин, а не ужин из жалости, ладно?

— Он мудак.

— Перестань читать мои сообщения, — я качаю головой. — Но да. Мудак.

Риз хлопает меня по плечу.

— Тогда поехали, блядь, выигрывать матч.

25. БРАЙАР

Я сказала Торну, что всё будет в порядке, но на самом деле я нервничаю.

К счастью, я умею держать лицо — этот навык мне еще пригодится, когда всё закончится, и мы «расстанемся». После всего этого времени вместе, постоянных прикосновений, боюсь, мое закрытое на замок сердце в итоге окажется усеянным маленькими шипами.

Каламбур засчитан15.

— Ты выглядишь... мило, — замечает Лидия.

Марли смеётся:

— Год назад я бы ни за что не поверила, что увижу тебя на футбольном матче в таком виде.

— Прекратите, — шикаю я. Неужели я так сильно выделяюсь?

— Не пойми меня неправильно. — Марли пробирается во второй ряд, а мы с Лидией следуем за ней. — Ты выглядишь просто потрясающе.

— Я выгляжу, как всегда.

И это правда. Да, свитер мягкий и тёплый, но он не так уж отличается от остальных моих свитеров.

— Ого, кто-то преобразился, — раздаётся голос сзади.

Мы втроём оборачиваемся, и я встречаюсь взглядом с какой-то девушкой, которую я бы в жизни не узнала, даже если бы мне за это заплатили. Она как будто скопирована с остальных девушек из ее банды.

Банда — потому что все четверо смотрят на меня с одинаково нахмуренными бровями, ярко-красными губами и ресницами, толщиной с гусеницу.

Из моего рта вырывается резкий смешок, и внезапно все взгляды устремляются на меня.

— Прошу прощения. — Я сжимаю губы.

Марли и Лидия тихо прыскают.

— Вы разве… не играете в хоккей или что-то в этом роде? — спрашивает одна из клонов, уставившись на нас троих.

Клянусь, в этот момент боль в колене дает о себе знать.

— Они играют, — голубоглазая указывает на Лидию и Марли, намеренно выделяя меня. — А вот она больше нет.

В памяти мелькают отблески красного и оранжевого пламени. Я сжимаю кулаки, чтобы сохранить спокойствие.

— Ой, а почему? — интересуется другая.

Голубоглазая девушка бросает мне жестокую ухмылку, и тут я замечаю, что на ней майка с номером Торна. О, это должно быть занятно.

Она «шепчет» так громко, что слышат все, и это, конечно, ни разу не шепот:

— Это та, что пострадала в пожаре в прошлом семестре, помните?

Раздается коллективный вздох, и я пылаю от смущения.

Следом приходит гнев, и если бы не родители Торна, сидящие где-то рядом, я бы, возможно, уже вцепилась ей в волосы и наглядно объяснила, как надо держать язык за зубами.

— Скажи, что завидуешь, не говоря этого прямо, — Марли даже не пытается скрыть смех.

Сдавленный возглас, больше похожий на визг, привлекает внимание всех вокруг.

— Завидую? Ей?

Я мило улыбаюсь компании девушек, которых мистер и миссис Торн наверняка предпочли бы видеть рядом со своим сыном вместо меня.

— Ну, на тебе ведь номер моего парня. — я выпячиваю нижнюю губу и изображаю фальшивое сочувствие. — Это так мило, что ты его фанатка, даже если он не знает, как тебя зовут.

— Он знает! — Она топает ногой, как капризный ребенок, а я протягиваю руку, чтобы похлопать ее по руке.

Вот только у меня не получается — она резко отстраняется. Отбрасывает распущенные волосы за плечо и покидает свое место. Ее подружки семенят следом, как утята.

Когда я убеждаюсь, что они ушли, наконец выдыхаю. Я поворачиваюсь обратно к полю, стараясь унять бешеное сердцебиение.

Практика.

Это была всего лишь практика.

Настоящее испытание ждет меня после матча, когда я окажусь лицом к лицу с родителями Торна.

Лидия наклоняется ко мне и кричит, перекрывая нарастающий гул трибун:

— Это было впечатляюще. Никогда не видела, чтобы ты проявляла такое самообладание. Ни на льду, ни за его пределами.

Я кричу в ответ, не отрывая взгляда от выхода на поле, откуда вот-вот появится команда Шэдоу Вэлли:

— У меня есть роль, и я должна ее сыграть.

К сожалению, это только начало.

* * *

Горло пересохло, будто наждачная бумага.

Точно как в те времена, когда я кричала своей команде на льду, чтобы они собрались и выиграли матч.

Шэдоу Вэлли на одно очко впереди команды из Уайлдера, и времени