Подъем и упадок демократического движения в Риме в эпоху гражданских войн - Алексей Борисович Егоров

стороной, находились в оппозиции и имели мало шансов прийти к власти. Популяры находились «в обороне», борясь за сохранение «конституционных» демократических норм, которые не соблюдались правящей олигархией или откровенно ей нарушались. Это был один из тех случаев, когда оппозиция боролась не за изменение законодательства (хотя имело место и это), но за то, чтобы заставить власть соблюдать ее же собственные законы. Последнее, однако, является не столько признаком «умеренности» или «неполноценности» и того, что этого «демократизма» было недостаточно, сколько показателем элементарной политической слабости. Популяры не были единственной оппозицией оптиматам — они явно были лишь ее частью.

Судьба большинства этих политиков была трагична, и это есть сильный аргумент против утверждений о стремлении популяров исключительно к карьерной выгоде. Их ожидали репрессии и проскрипции, судебные процессы и политические убийства, внесудебные расправы и клеветнические пропагандистские кампании. Противник был вынужден считаться с их наличием, но едва ли в полной мере признавал их право на существование.

Движение популяров достигло кульминации в ранний период, и мнение Н. А. Машкина о «классическом» периоде движения заслуживает особого внимания. В 133 г. погиб Тиберий Гракх, жертвами внесудебной расправы стали около 300 человек. В 121 г. разгром движения Гая Гракха стоил жизни 3000 его сторонников. Вместе с Гаем погиб самый высокопоставленный популяр «первой волны», консул 125 г. М. Фульвий Флакк.

Сложной была судьба народного трибуна 131 г. Г. Папирия Карбона, бывшего последователем Гракхов и членом аграрной комиссии. В 121 г. он перешел на сторону оптиматов, стал консулом 120 г. и был вынужден защищать Опимия. Несмотря на это, судебные процессы следовали один за другим: в 129 г. его обвиняли в убийстве Сципиона Эмилиана (Cic. De orat., II, 170; Ad Fam., IX, 21, 3), а в 119 г. — в вымогательствах. На сей раз Карбон был осужден на изгнание и покончил с собой (Cic. Brut., 103). Его племянником был соратник Цинны, лидер марианцев и консул 85, 84 и 82 гг., казненный сулланцами после гражданской войны. Обвинитель Опимия П. Деций позже был обвинен в подкупе (Cic. De orat., II, 132; 134; Liv. Epit., 69) и, возможно, оправдан, т. к. в 115 г. он был претором. Более о Деции ничего не известно.

Из четырех трибунов-популяров времени Югуртинской войны мы ничего не знаем о дальнейшей биографии Г. Манлия Манцина, трибуна 107 г. и председателя комиссии для суда над виновниками поражения Г. Мамилия Лиметана. Сам Гай Марий стал главой антисенатской коалиции, победителем кимвров и тевтонов и консулом 107, 104, 103, 102, 101 гг. Этот «принципат Мария» кончился в 100 г. после его шестого консульства и подавления движения Сатурнина. В 88 г. он был изгнан после сулланского переворота, вернулся вместе с Цинной, стал консулом 86 г. и умер во время этого седьмого консульства в тревожной обстановке ожидания Суллы (Plut. Mar., 43).

По-иному сложилась судьба Г. Меммия, трибуна 111 г., члена комиссии Лиметана и, вероятно, самого крупного из популяров этого периода. В 102 г. Меммий был претором, а в 100 г. баллотировался в консулы, соперничая с другим лидером популяров Сервилием Главцией, и был убит (Cic. Cat., IV, 4; Brut., 136; Liv. Epit., 89; App. B. C., I, 32). Возможно, он был первым популяром, ставшим жертвой «своих».

Более драматична была судьба сторонников Сатурнина, популяров и реформаторов 90-80-х гг. Трое из шести популяров-сторонников Сатурнина из списка Х. Мейера (Сатурнин, Главция и лже-Гракх, Л. Эквитий) погибли во время расправы 100 г. Народный трибун 103 г. Г. Норбан стал одним из марианских лидеров. В 83 г. он был консулом, участвовал в гражданской войне 83–82 гг. и был поставлен Суллой во главе проскрипционного списка (Liv. Epit., 89; App. B. C., I, 32). Трибуна 99 г., П. Фурия, толпа растерзала за то, что тот протестовал против возвращения Метелла Нумидийского (App. B. C., I, 33), а его коллегу по трибунату С. Тиция отправили в ссылку потому, что он хранил в доме изображения своего друга Сатурнина (Cic. Pro Rab., 24; De orat., II, 48). Жертвой политического убийства был трибун 91 г. Ливий Друз, а народный трибун 88 г. П. Сульпиций Руф оказался жертвой военного переворота Суллы. В конце 80-х гг. все бывшие и новые популяры и их союзники стали жертвами сулланского террора.

На первый взгляд может показаться, что трибуны 70–50-х гг. действовали в более спокойной обстановке. Это скорее впечатление, чем реальность. Мы не знаем о судьбе Г. Сициния, первого трибуна, поставившего вопрос об отмене сулланских реформ, но Саллюстий пишет о его «устранении» (circumventus) (Sall. Hist., III, 48, 5). Трибуну 74 г. Л. Квинкцию повезло несколько больше: в 68 г. он занял претуру. Драматичной была судьба одного из идеологов движения, Г. Лициния Макра. В 68 г. Макр стал претором, а в 66 г. был обвинен в вымогательствах и оправдан (Cic. Ad Att., I, 4, 2). Впрочем, вскоре Макр умер, не исключено, что даже покончил с собой.

Автор антипиратского закона Авл Габиний дошел до самых высот римской иерархии. В 65 г. он стал легатом Помпея, в 58 г. получил консульство, а в 57–55 гг. был проконсулом Сирии, подавил ряд восстаний в Иудее и восстановил на троне Египта Птолемея Аулета. Это необычная для популяра политическая карьера закончилась в 54 г., когда Габиний был одновременно обвинен в оскорблении величия (maiestas), вымогательствах и подкупе избирателей (ambitus). Итогом было изгнание, из которого Габиний вернулся только в 49 г. благодаря Цезарю (Ibid., X, 8, 3). В 48–47 гг. он действовал как легат последнего в Иллирике, где и умер от болезни (B. Alex., 42–43).

Политическая биография трибуна 66 г. Г. Манилия была гораздо короче — в декабре 66 г. его обвинили в вымогательствах (Plut. Cic., 9), а затем и в оскорблении величия (maiestas), после чего трибун-популяр отправился в изгнание. Гай Меммий, сын или внук знаменитого популяра, отошел от движения и в 59 г. начал выступать против Цезаря (Cic. Ad Att., II, 12, 2), в 58 г. стал претором, а в 57 г. был пропретором Вифинии. В 54 г. Меммий снова сблизился с Цезарем и баллотировал-сяся в консулы, опираясь на его поддержку. Стать консулом ему не удалось, а в 52 г. Меммий был осужден по обвинению в подкупе избирателей. Трибун 67 г. Гай Корнелий, один из немногих по-настоящему независимых популяров, был обвинен в оскорблении величия (Asc., p., 50–51) и, хотя бывший трибун был оправдан, его деятельность реформатора прекратилась. После 63 г. ничего не известно о Сервилии Рулле.

Итак, в 70-60-х гг. репрессии против популяров продолжались, приняв более «легитимную» форму. Уцелели только те, кто вовремя покинул лагерь «народной партии». Трибун 62 г. Кв. Цецилий Метелл Непот вернулся в лоно семьи и стал консулом 57 г., а трибун 60 г. Л. Флавий оставался сторонником Помпея, стал претором 58 г. и участвовал в гражданской войне 49–45 гг. в качестве легата Помпея, после чего, вероятно,