Женский вопрос в СССР. Как женщины покоряли вершины, руководили заводами и делали научные открытия - Коллектив авторов -- История

человек: вышла замуж за однокурсника, работала врачом, родила дочь и сына, периодически печаталась. Жизнь Боннэр приобрела иное направление в 1965 году: она разошлась с мужем, переехала в Москву и вступила в партию.

Отстаивать права других

В 1968-м советские войска вошли в Чехословакию, и это событие стало поворотным в жизни Боннэр. С тех пор она больше не могла равнодушно наблюдать, как попирают права других. Боннэр поняла, что с политическим произволом нужно и можно бороться даже в условиях советской диктатуры. На тот момент ей было 45 лет.

Елена стала посещать политические процессы над диссидентами. В 1970-м она приехала в Калугу на суд над Борисом Вайлем, Револьтом Пименовым и Валентиной Зиновьевой – их обвиняли в распространении самиздата. На процессе она познакомилась с правозащитником Андреем Сахаровым, создателем советского термоядерного оружия. В 1972-м они поженились. В том же году Елена вышла из партии.

Вручение Сахарову Нобелевской премии мира в 1975 году придало новый импульс политическому активизму Елены: спустя год она стала одной из создателей Московской Хельсинкской группы (в январе 2023 года ликвидирована решением Мосгорсуда). МХГ следила за соблюдением Хельсинкских соглашений, которые были приняты по итогам Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе в 1975-м: отныне все страны Европы, США, Канада и СССР должны были соблюдать международные стандарты в области прав человека.

МХГ фиксировала нарушения соглашений, привлекала внимание прессы к политическим процессам, участники НКО составляли протоколы судебных заседаний, публиковали ежегодные доклады о нарушениях прав человека.

Благодаря присуждению Сахарову Премии Чино дель Дука, Боннэр смогла осуществить свою давнишнюю мечту: основала Фонд помощи детям политзаключенных, не понаслышке зная, что им приходится переживать. Преодолевая невероятные бюрократические сложности, Фонд работал исключительно благодаря инициативе правозащитницы и ее неравнодушных друзей в Европе. Боннэр присылала доверенным лицам адреса нуждавшихся семей, затем их адреса направляли во Внешторгбанк для денежных переводов. Изначально организация помогала только гражданам СССР, но со временем Фонд вырос и материально поддерживал детей из Чехословакии и Польши, вплоть «до конца горбачевской эры и времени бархатных революций», как вспоминала сама правозащитница.

Давление на семью

В 1979-м Елена Боннэр и Андрей Сахаров осудили ввод советских войск в Афганистан. В июле следующего года академик написал открытое письмо советскому руководству, в котором описал ужасы, которые в Афганистан принесла война, – ответом стало лишение всех государственных наград и ссылка в Горький (Нижний Новгород). Елена Боннэр последовала за ним.

Ссылки в виде наказания советской власти показалось мало, давление на Сахарова и Боннэр продолжалось. Например, к сыну Боннэр, эмигрировавшему в США, не выпускали жену. Чтобы добиться для нее визы, Боннэр и Сахаров объявили голодовку. Виза была санкционирована на 18 день голодовки.

Сахаров вновь голодал, протестуя против уголовного преследования Боннэр: в 1984-м ее осудили по статье о распространении ложных сведений о советском государстве и уже «официально» отправили в ссылку в Горький. До этого она была связующим звеном между Сахаровым и всем остальным миром: постоянно ездила в Москву, передавая из ссылки рукописи мужа, была «голосом» академика. «Говорят, человек, лишенный связи с внешним миром, становится живым мертвецом. Мне кажется, я в своей фантастической горьковской изоляции не стал мертвецом; если это так, то только благодаря Люсе», – вспоминал Сахаров.

Третья голодовка Сахарова в 1985-м была критической во всех смыслах: постоянное сопротивление государству сказалось на здоровье обоих. Боннэр требовалась операция на сердце, довериться советским врачам она не хотела и не могла: они просто отказывались ее лечить. Сахаров не принимал пищу суммарно 178 дней, его периодически госпитализировали и насильно кормили по распоряжению главврача Горьковской областной больницы. В итоге власти пошли на уступки, и Боннэр выпустили в США на операцию.

Верность себе

По возвращении из горьковской ссылки в 1987 году Сахаров и Боннэр приняли участие в создании «Мемориала» (организация признана иностранным агентом и ликвидирована). «Мемориал» занимался сохранением памяти жертв репрессий: сотрудники НКО старались создать наиболее полный архив репрессированных, оказывали юридическую помощь жертвам репрессий, вели просветительскую деятельность. В 2022 году «Мемориал» получил Нобелевскую премию мира. Учитывая, что именно Боннэр добилась регистрации «Мемориала», можно считать, что премию получила и сама правозащитница, пусть и посмертно.

После распада СССР Елена Боннэр активно участвовала в построении новой страны. Она входила в Комиссию по правам человека при президенте России, но вышла из нее в 1994 году, протестуя таким образом против ввода войск в Чечню.

После смерти мужа (Сахаров умер в 1989-м) Елена Боннэр старалась увековечить память о нем и его общественной деятельности: она была основателем Сахаровского центра (организация признана иностранным агентом и ликвидирована), который занимался сохранение наследия академика.

Последние годы жизни Елена Боннэр, сохраняя российское гражданство, провела в Америке, где жили ее дети. Она умерла в 2011 году. За самоотверженность в защите прав человека ей присуждена не одна международная награда: в их числе медаль «За Свободу прессы» и премия Ханны Арендт.

Научный Эверест: как Наталья Бехтерева больше полувека исследовала мозг человека

Текст: Сабрина Гаврилова

Наталья Бехтерева руководила фундаментальными исследованиями мозга и разрабатывала методы его лечения, получила признание и подвергалась травле, совершала открытия и верила в существование души.

Наталья Бехтерева родилась 7 июля 1924 года в Ленинграде. Ранние годы она вспоминала с теплом, но счастливое детство кончилось в 13 лет, когда оба родителя Натальи были репрессированы. Отец, инженер и изобретатель, главный конструктор отдела Остехбюро (Особое техническое бюро по военным изобретениям специального назначения), в 1938 году был расстрелян (в 1956-м – реабилитирован). Мать, работавшую врачом, приговорили к восьми годам в Мордовском исправительно-трудовом лагере. Трое детей – Наталья, брат Андрей и младшая сестра Эвридика – воспитывались в детском доме. Квартиру семьи на Греческом проспекте, по словам внучки Натальи Бехтеревой, разграбили.

Ученая признавалась, что именно благодаря матери смогла пережить блокаду, да еще и окончить институт: «У меня была очень умная мать, она прошла через лагерь, тяжело болела. Она мне говорила: „Ради Бога, не заблуждайся, не считай себя умной. Ты просто очень способная“».

Именно тогда Наталья заинтересовалась медициной: в блокадном Ленинграде она дежурила в госпиталях и ухаживала за ранеными. В 1947 году Бехтерева окончила 1-й Ленинградский медицинский институт имени И. П. Павлова, затем – аспирантуру Института физиологии Центральной нервной системы АМН СССР. Работала младшим научным сотрудником в Институте экспериментальной медицины (ИЭМ) АМН СССР, прошла путь до замдиректора Нейрохирургического института имени А. Л. Поленова. В 1960 году защитила докторскую диссертацию. Следующие 30 лет жизни Бехтерева посвятила ИЭМ, с которого началась ее карьера, и в конце концов стала его