Моя жизнь и мои путешествия. Том 2 - Ной Мышковский

class="p1">Наши места вполне удобные. Мы всё время сидим у окна и смотрим наружу. Чудесная панорама во все стороны, огромные поля с рисом, который растёт в воде, и китайцы со своими женщинами и детьми, даже совсем маленькими детьми, очень усердно работающие среди риса, по колено в воде. И такие группы работающих можно увидеть на каждом крошечном поле. За провинцией Гирин возвышаются густые леса и крутые горы, которые сопровождают нас вплоть до полуострова Ляодун, где леса ещё гуще, а горы ещё выше.

И вот мы уже в них. Нам придётся переночевать здесь, а завтра нам будет нужно сесть на корабль, который отвезёт нас в Шанхай. Я опять ищу европейский отель, и меня отвозит в него китаец из Дайрэна. Приезжаем в отель. Во-первых, хозяйка из Европы — еврейка, и при том такая еврейка, как будто вчера прибыла из Минска. На самом деле, она живёт здесь, в Дайрэне, уже давно, приехала ещё до войны, и очень хорошо зарабатывает на своём «отеле», лучше сказать, доме и ресторане, где питается большинство белых, живущих в Дайрэне. Также мы встретили там четверых или пятерых евреев, которые квартировали и столовались у неё, с которыми мы сразу познакомились и все вместе поужинали — истинно еврейская трапеза, которая нам очень понравилась. Само собой, за таким столом невозможно молчать. Нас засыпали вопросами, и нам приходилось на всё отвечать. А потом заговорили о банде атамана Семёнова. И хозяйка, госпожа Стоклицкая, так её звали, рассказала нам:

Две-три недели назад к ней приезжал шофёр атамана Семёнова — типичный казак-антисемит. Он ел и пил весь день. Когда наступил вечер, он сделал ей позорное предложение, и, хотя в доме никого не было, а её муж был где-то в отъезде, она ни на минуту не испугалась. Она схватила утюг и несколько раз ударила его им, так что он свалился. «Тогда я отомстила ему за пролитие еврейской крови». Затем она схватила его и вышвырнула из дома. Но хулиган остаётся хулиганом. Через час он пришёл к её дому с камнями, разбившими несколько окон. Затем она позвонила в полицию, которая связала его и увезла в полицейский участок. По дороге она дала ему очень приятную пощёчину, о которой он запомнит надолго. На следующий день полиция отправила его больного в Порт-Артур, где в это время находился Семёнов.

Я с друзьями пошёл гулять по городу. Дайрэн (по-русски Дальний) произвёл на меня хорошее впечатление. Большой город, очень красивый и чистый, более европейский, чем другие города, которые я видел в Китае. Улицы в основном прямые и не такие узкие. Мои спутники рассказали мне, что всего здесь шесть еврейских семей и несколько молодых евреев. Они все занимаются экспортом и импортом, на чём неплохо зарабатывают.

Тогда все евреи Дайрэна были в сомнениях, нужно ли им кладбище и, если да, то нужно ли еврейское.

И сразу после этого к нам пришли гости — два молодых еврейских мальчика с острова Сахалин. Они там занимались рыбоводством, были сионистами и принадлежат к нашей группе, которая едет в Израиль. Для меня неожиданностью стали еврейские молодые люди с Сахалина, да ещё и сионисты. У нас была такая встреча: они просят японское правительство разрешить им открыть еврейское кладбище. Но правительство не может понять, какую радость они от этого получат, и мы с ними сразу стали добрыми братьями. И ещё долгое-долгое время после этого я смотрел на них так, словно они свалились с другой планеты.

Мы были очень довольны. Корабль «Кобе Мару», курсирующий между Дайрэном и Шанхаем, отправляется из Дайрэна раз в неделю, а мы прибыли всего за день до отхода корабля, и нам пришлось провести в Дайрэне всего одну ночь.

И действительно, на следующий день мы покинули Дайрэн.

Наш корабль курсирует между Кореей и Китаем через Жёлтое море. У нас на корабле есть японский оркестр, который играет для нас во время еды и по вечерам. Я не интересуюсь японской музыкой и даже не люблю её слушать. По духу она восточная, но в ней грусть смешана одновременно с радостью. Кроме того, я её не понимал и ничего не мог от неё получить. Она не повлияла на меня, не оставила никакого впечатления. Мы, белые, ели на корабле европейские блюда. Относились к нам благородно и корректно. Но сухо и официально.

Море было спокойное, и поездка доставляла нам огромное удовольствие. Ребекка и ребёнок чувствовали себя очень хорошо.

Настроение в связи с тем, что это начало нашего пути в Землю Израиля, было приподнятое. Особенно в восторге были два моих сахалинских мальчика. Они мне много рассказывали о своей жизни на острове Сахалин. Странно, они насквозь русифицированы, настолько русифицированы, что признать их евреями почти невозможно, а между тем они горячие евреи, сознательные еврейские националисты. Вот они, подумал я, хороший элемент для пионерской работы. Молодые, красивые, здоровые, мечтающие о тяжёлом труде в Земле Израиля, не боящиеся опасностей, которые ждут впереди, и готовые отдать свою жизнь за идеал восстановления старой новой Земли Израиля для еврейского народа. И так мы плыли день и ночь и вот уже приближаемся к Циндао, где наш корабль остановится на ночь и где мне надо будет пойти к доктору Деборе Фризер, присоединившейся к нам.

Циндао

Циндао — один из красивейших городов Дальнего Востока. Он расположен на берегу Жёлтого моря, имеет очень удобный порт и отличается тем, что насквозь европейский. Когда-то он принадлежал Германии, и его владельцы превратили его в прекрасный курорт — приют для дальневосточной буржуазии. Во времена Первой мировой войны его захватили японцы, и чтобы лучше рассмотреть город, я не беру рикшу, а хожу пешком, и чем больше гуляю по красивым улицам, переулкам, паркам, мимо чудесных вилл, бывших монастырей, немецких памятников, статуй, бывших пивных ресторанов, кафетериев, тем более меня удивляет, как умело японцы уничтожили все, что носило немецкий характер. Всё было отремонтировано так, что от немецких надписей, рисунков, форм, гравюр не осталось и следа, а японцы заменили всё японскими подделками и письменами. Тем не менее город европейский, город меня настолько заинтересовал, что я совершенно забыл, зачем сюда приехал и что мне предстоит здесь находиться лишь короткое, ограниченное время.

И вот я вышел на главную деловую улицу. Я рассматриваю журналы, рестораны, дома, все магазины и товары, которые там продаются. И хотя я уже провёл долгое время в Японии и японских городах, этот город заинтересовал