На полпути к падению - Виктория Цой

— Где его родители? — первым делом спросила директриса. Высокая худая женщина с носом как у старухи Шапокляк (между собой ученики ее так и называли) была правительницей их небольшого государства. У неё были маленькие глаза и тонкие губы. За спиной приоткрытые жалюзи, на которые падал пасмурный дневной свет, отчего силуэт директрисы добавлял ей более устрашающий образ.

— Вова проживает с бабушкой и дедушкой.

— Неудивительно, — хмыкнула она. — Итак, что произошло?

Пренебрежительный, не моргающий взгляд. За десять лет Альберт часто удивлялся, каким образом эта женщина могла получить должность, если абсолютно не умела общаться с детьми. Откуда столько высокомерия и цинизма?

— Одноклассники сказали, что Вова набросился на Альберта и стал душить.

— Это правда? — вопрос был адресован к обоим, но ответил лишь Алик.

— Нет.

— Нет? — опасливо тихо переспросила она. — Не хочешь ли ты сказать, что твои одноклассники лгут?

Вовка молчал, опустив голову на грудь. Спокойный, без злобы, тихо сидел, как будто за собой чувствовал вину.

— Они неправильно всё поняли. Мы просто дурачились.

— Альберт, — вмешалась классная.

Директриса кивнула Валентине Петровне, та вышла и вернулась уже с Наткой.

— Наташа, расскажи, пожалуйста, что ты видела.

Альберт смотрел на Манину в упор, когда все не сводили глаз с него. Слегка покачал головой, чтобы она молчала.

— Я вышла в коридор, хотела пойти в столовую. Но забыла деньги, захожу в класс и вижу синеющего Алика. Вова душил его двумя руками. Если бы мы вовремя не зашли в класс, то..

- Достаточно! - грубо прервала Шапокляк.

Провал. Вовка даже не поднял головы.

— Спасибо, Наташа. Можешь идти в класс.

— Дурачились значит? — повысила голос директриса. — В моей школе?! Вы оба будете исключены за такое!

«Велика потеря», — подумал Альберт.

В дверь постучали. Серафима Петровна и мать Альберта одновременно вошли в кабинет директора.

Глава 17, Аня

Глава 17, Аня

Глава 17, Аня

"Речь пойдет о Вовке"

Вечер этого же дня.

Альберт сегодня был каким-то отрешенным. Вел себя странно, словно его что-то беспокоило. Говорил мало, слушал и не слышал. Проводив Аню до дома после школы, пообещал зайти за ней вечером поговорить. На вопрос: о чем, ответил: все вечером. Интрига на оставшийся день в итоге достигла апогея. Девушка не находила себе места, стараясь прогнать непрошеные мысли. А что, если он решил с ней расстаться? Хотя с чего вдруг, ведь у них все было хорошо.

Ровно в девять в прихожей раздался звонок, заставивший подпрыгнуть Аню, тетю Таню схватиться за сердце, а также всполошить трёх хвостатых.

- Ты кого-то ждешь? – ворчливо покосилась на дверь опекунша.

- Да, - и поспешила открывать.

На пороге стоял Альберт. Уставший, но с улыбкой. На сердце отлегло.

- Привет. Твоя тетя дома? – спросил прямо с порога.

- Да, проходи.

Она так распереживалась, что знакомство с теткой теперь казалось сущим пустяком. Разувшись, парень прошел в квартиру, где бывал не раз. Аня засеменила за ним.

- Тетя Таня на кухне.

- Здравствуйте, - поздоровался он. – Я Альберт, парень Ани.

Аня тут же покраснела, но не могла отрицать как приятно звучали эти слова: парень Ани. Ее Альберт.

Тетя Таня была человеком о которых говорят «сам себе на уме». Там, где не надо умела промолчать, где надо – сказать. Все зависело от ее настроения. При виде парня открыто просканировала его, словно рентген аппарат. Начала с носков, закончила темно-рыжими волосами.

- Здрасьте, здрасьте. Хорош собой, ничего не скажешь. В мое время за такими парнями девчонки готовы были волосы друг другу повыдирать, - хмыкнула она, ставя чайник. – Что-то поздно ты пришел знакомиться, голубчик. Время как бы не детское уже.

- Я пришел забрать Аню на пару часов.

- Забрать? Куда это?

- Познакомить со своей мамой. Обещаю до двенадцати Аня будет дома.

Новость о знакомстве с мамой Альберта для Ани стало, мягко говоря, шоком. Она запаниковала. Не думала, что это будет так скоро, ведь не успела подготовиться. Вопросы при тете Тани задавать не стала, та точно сочтет это подозрительным.

Сказано – сделано. Тетка не спорила, лишь пригрозила племяннице напоследок, чтобы та не смела принести в подоле. Иначе сеструха ее со свету сживет. От ее наставлений Аня готова была провалиться сквозь землю. Они с Альбертом целовались и это был максимум что они себе позволяли. Бывало конечно в порыве чувств увлекались, но вовремя останавливались. Аня осознавала дальше – серьезный шаг. В Романовском была уверена, но морально пока не готова к этому.

Их встретила тишина панельного района. Ноябрь трусливо сдавал посты декабрю. На улице стоял слабый морозец, обжигая холодным воздухом легкие. Тишина, ночь и лишь свет от окон домов говорили о том, что сейчас не глубокая ночь.

- Алик, ты можешь сказать в чем дело и о чем ты хочешь поговорить? Почему не сказал днем? А знакомство с мамой? Вдруг я не понравлюсь ей? Я не при параде, к чаю ничего не купили, магазины закрыты, - тараторила девушка.

- Не волнуйся. К чаю все есть, а разговор предстоит о Вовке. Не от меня ты должна это услышать. Честно мне и самому мало что известно, - крепко сжимая ее руку в перчатке ответил Алик.

- Ты меня пугаешь, - сглотнула Аня.

- Не хотел, прости. На счет моей мамы не переживай. Она очень добрая. Ты ей обязательно понравишься, - успокоил Альберт.

- А почему мы будем говорить о твоем брате?

- Одетта, - Романовский остановился, заглянул ей в глаза и поцеловал ее в прохладную ладонь. – Чем больше я даю тебе информации, тем больше у тебя появляются вопросы. Потерпи, я обещаю, ты все узнаешь.

Она поверила, хотя продолжала теряться в догадках.

Входную дверь им открыла невысокая, очень красивая женщина с таким же цветом волос как у парня. Черты ее лица были очень похожи с сыном. Нос с едва заметной горбинкой, темно-карие глаза с длинными ресницами. И россыпь веснушек в районе скул и носа. Одетая в домашнее платье с длинным рукавом ниже колен, встретила Аню с улыбкой, которая сразу же успокоила ее нервозность.

- Мама, это Аня. Моя девушка, - представил Альберт. – Аня, это моя мама Екатерина Ивановна.

- Здравствуйте, Екатерина Ивановна, - робко произнесла Аня.

- Здравствуй,