Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна

Готового спасения не существовало. Но впервые после проверки я задала вопрос не о том, как дорого уйти, а о том, сколько будет стоить остаться.

ГЛАВА 13. Дом за согласие

Оценщик осмотрел дом семнадцатого сентября. Сфотографировал фасад, комнаты, участок, котельную и документы на ремонт. Олег приехал отдельно и провел его по гаражу, где хранились инструменты и два комплекта шин. Мы не спорили при специалисте о том, кто выбирал плитку и сколько стоила кухня. Эти подробности интересовали оценщика только как состояние объекта.

На следующий день Олег попросил встретиться дома после работы.

— По делу или лично? — спросила я по телефону.

— По дому и продаже. Подготовил предложение.

— Пришли Светлане.

— Сначала хочу объяснить тебе. Потом отправлю.

Я согласилась на семь вечера при условии, что он не останется без отдельной договоренности. После разговора с Раисой о письменных решениях я перестала считать такую формулировку грубой.

Олег приехал с папкой и готовой едой из ресторана, где мы раньше отмечали годовщины. Пакет поставил на кухонный стол.

— Я подумал, ты поздно вернешься и не успеешь поесть.

— Спасибо. Оставь, раз привез.

Я не стала отказываться ради жеста, но и не предложила ужинать вместе. Налила воду и села напротив.

Олег достал два листа.

— Оценщик предварительно назвал диапазон. Официальный отчет будет через несколько дней. Я готов передать дом тебе без компенсации с твоей стороны.

— В обмен на что?

Он не обиделся на вопрос.

— Ты голосуешь за продажу «Южному резерву» по обновленным условиям. Они готовы немного поднять цену, если мы до конца недели подтверждаем согласие всех участников. Ты подписываешь переходный контракт на шесть месяцев. После него свободна. Дом остается тебе, моя доля в нем не учитывается при других расчетах.

— А моя доля в компании?

— Продается вместе с остальными по цене покупателя.

— И имущественные требования по ней?

— Каждый сохраняет деньги от зарегистрированной на него доли. Мы оформляем соглашение, что претензий к долям друг друга нет.

— Михаил и Полина должны сделать то же?

— Это их решение. Полина готова.

— Михаил?

— Пока нет.

Я прочитала предложение. Олег действительно отдавал мне свою часть дома и отказывался от требований к стоимости моей доли. На первый взгляд условия выглядели щедрыми. Внизу стоял срок ответа — двадцать первое сентября.

— Почему так быстро?

— Борис готов вернуть часть цены, если мы показываем согласованность до нового раунда проверки. Иначе их комитет переключится на другой объект.

— Какая часть цены возвращается?

Олег назвал сумму.

— В приложении ее нет.

— Это предварительная договоренность.

— Письмо?

— Он пришлет после подтверждения интереса.

— Значит, ты предлагаешь мне отдать голос за устное обещание покупателя и дом, стоимость которого еще не определена официально.

— Я предлагаю решение, в котором ты не теряешь привычную жизнь.

— Моя привычная жизнь была с мужем в этом доме и с работой в «Каменном склоне». Ты оставляешь стены и убираешь остальное.

— Я не могу вернуть то, что сделал. Могу обеспечить тебе нормальное будущее.

— Ты снова выбираешь его за меня.

Олег потер ладонью край папки.

— Хорошо. Чего хочешь ты?

Я могла бы ответить быстро: дом, компанию, профессию и время до измены. Ничего из этого не составляло реального предложения.

— Получить официальный отчет. Отдельно оценить дом и доли. Понять, выдержит ли компания выкуп. Потом принять решения по каждому активу.

— За это время покупатель уйдет.

— Может уйти.

— И ты готова потерять миллионы ради процедуры?

— Процедура нужна, чтобы понять, сколько именно я теряю и что получаю.

— Светлана говорит твоими словами или ты ее?

— Мы обе умеем читать предложение до подписи.

Он встал и подошел к окну. Развод не изменил двор: у стены лежал шланг, возле садового стола стояли два стула, у ворот была припаркована машина. Дом оставался общим имуществом, а решение о его будущем должны были принять мы.

— Я хотел оставить его тебе, потому что знаю, как ты к нему привязана, — сказал Олег.

— Тогда пришли предложение юристу без срока в три дня. Если оно выгодно, цифры это покажут.

— А если покажут, что выгодно?

— Это не означает автоматическое согласие. Дом не покупает мой голос.

— Я не покупаю. Я делю имущество так, чтобы ты была защищена.

— Защита с условием голосования называется частью сделки.