О войне, Тегеранской конференции и маршале Рокоссовском. Глазами отца - Сергей Арташесович Арутюнов

Без излишней скромности и эмоций постараемся восстановить и донести до читателей ту информацию из дневниковых записей моего отца, фрагменты его рассказов, которые посвящены этому замечательному человеку. Частично воспользуемся и страницами воспоминаний самого маршала.

Рассказы о Рокоссовском и, как обычно, комментарии и выводы представляю сегодня от своего имени.

С. А.

В Польше. Освобождение Варшавы и другие события

Медаль «За освобождение Варшавы» (город освободили от фашистов 17 января 1945 г.) отец носил с гордостью, хотя среди многих боевых наград она не сильно выделялась на его парадном мундире.

Сам по себе исторический факт освобождения Красной армией столицы польского государства в январе 1945 г. в ряду многих подобных событий не является сегодня для историков каким-то особенным, сенсационным. Вспомним, что от фашистов также были освобождены Бухарест и Белград (осень 1944 г.), София (осень 1944 г., без единого выстрела), Братислава (весна 1945 г.), другие европейские столицы…

Заметим при этом, что большинство поляков приветствовало Красную армию как армию-освободительницу.

После перехода советских войск через реку Западный Буг правительство СССР опубликовало следующее заявление:

«Советские войска вступили в пределы Польши, преисполненные решимостью разгромить вражеские германские армии и помочь польскому народу в деле его освобождения от ига немецких захватчиков и восстановления независимой, сильной и демократической Польши!

Советское правительство не намерено устанавливать на территории Польши органы своей администрации, считая это делом польского народа».

(Из газеты «Красная звезда», № 176 от 26 июля 1944 г.)

Однако события вокруг факта освобождения польской столицы – Варшавы – имели непростой и даже поначалу трагический характер. Вернемся в год 1944-й.

Итак, конец июля 1944 года. В городе Люблине на Замковой площади несколько тысяч горожан собрались на митинг, посвященный образованию Польского комитета национального освобождения.

Общая тональность речей польских патриотов была такая: «Мы ждали освобождения с Востока и не ошиблись». Но вот к микрофону подходит командующий 1-м Белорусским фронтом Константин Рокоссовский. Толпы горожан с повышенным вниманием прислушиваются к его словам. Рокоссовский говорил о судьбе многострадальной Польши, о наступлении часа освобождения поляков от фашизма, о победах Красной армии, которая успешно громит врага, и плечом к плечу с советскими воинами сражаются солдаты Войска Польского.

Рокоссовский говорил на польском языке. И это было очень символично и глубоко тронуло патриотически настроенных поляков.

Восстание польских патриотов в Варшаве началось 1 августа 1944 года. Эти действия антифашистов не были согласованы с советским командованием, возникла проблема помощи повстанцам, и тут факты красноречиво говорят сами за себя.

Широкого и быстрого наступления за рекой Висла 1-й Белорусский фронт предпринять не мог. Дело в том, что, продвинувшись из Белоруссии на 600 км, советские войска понесли немалые потери, особенно в танках. Отставшие тылы нуждались в срочной переброске на запад, а их базы – в пополнении снарядами и продуктами. Было предпринято наступление – в середине сентября 1944 г. – в направлении восточной части Варшавы (пригород с громким названием Прага). Но понеся большие потери, наши войска и поляки из пехотной дивизии имени Костюшко вернулись обратно.

Сегодня, после многих десятилетий, читателям очень важно знать следующее.

Повстанцев-поляков активно поддерживали: по воздуху советскими силами сбрасывались необходимые грузы. Только за вторую половину сентября 1944 г. летчики советской 16-й воздушной армии (командующий С.И. Руденко) совершили около 5 тыс. вылетов – это бомбежка позиций гитлеровцев в районе Варшавы, это доставка боеприпасов и продовольствия повстанцам и т. д.

К несчастью, восстание антифашистов-поляков 2 октября было жестоко подавлено фашистами. Жертвами непродуманной и незапланированной акции стали почти 200 тыс. человек (партизаны, подпольщики, польские патриоты).

Заметим, что к этой информации возможны и полезны будут интересные дополнения.

Например, заглянем на страницы мемуаров известного советского военного деятеля периода Великой Отечественной войны генерала Сергея Матвеевича Штеменко. Они были изданы еще к 30-летию Победы, то есть уже после смерти маршала Рокоссовского…

Генерал при описании процесса освобождения польских земель неоднократно упоминает о Рокоссовском. Он приводит интересные и полезные для историков факты. Так, Рокоссовский приказывает участок фронта на реке Висла передать войскам Зигмунда Берлинга (это имя первого командующего Польской дивизией, сформированной в СССР), перегруппировав одновременно наши силы. Далее Штеменко приводит как аргумент в пользу авторитета Рокоссовского разговор его со Сталиным (командующий фронтом в сентябре 1944 г. доложил Верховному Главнокомандующему, что «его войска не готовы сейчас освободить Варшаву». Главнокомандующий Сталин отнесся к этому докладу понимающе и настаивать на наступлении не стал). Рокоссовский, как известно, был очень мобильным и оперативно мыслящим военачальником, и это подтверждают сведения от Штеменко: когда Жуков и Рокоссовский прибыли в район Зелена в предместье Варшавы, на командном пункте 1-й Польской армии Берлинг доложил: удалось переправить в Варшаву стрелковый батальон с девятью пулеметами и шестнадцатью минометами, батальон должен соединиться с группой польских повстанцев, разведать обстановку и подготовить переправу через Вислу.

И еще одно важное упоминание о роли Рокоссовского. В своих воспоминаниях Константин Константинович Рокоссовский (с одобрением опытного штабиста пишет генерал Штеменко), как командующий, волевым решением решил операцию по поддержке варшавских повстанцев прекратить. Многочисленные данные о политических интригах руководства польским восстанием стали настолько очевидны, что ни у кого не возникло сомнений в верности решения Рокоссовского. И советские, и польские войска перешли временно к обороне по восточному берегу Вислы[10].

Очень показательный пример из периода командования Рокоссовским 1-м Белорусским фронтом (освобождение Польши):

«Рокоссовский – Чуйкову (командарм 8-й гвардейской армии). Вам необходимо подготовиться, чтобы через три дня начать форсирование Вислы на участке Мацеевице, Стенжища с целью захвата плацдарма. План форсирования желательно получить кратко шифром к четырнадцати часам первого августа.

Чуйков – Рокоссовскому. Задача мне понятна, но форсировать прошу разрешить на участке устья реки Вильга, Подвебже, чтобы на флангах плацдарма были реки Пилица и Радомка. Форсирование могу начать не через три дня, а завтра, с утра, так как вся подготовительная работа у нас проведена. Чем скорее начнем, тем больше гарантий на успех.

Рокоссовский – Чуйкову. У вас мало артиллерии и переправочных средств. Фронт может вам кое-что подбросить не ранее как через три дня. Ставка Верховного Главнокомандования придает большое значение форсированию Вислы и требует от нас максимально обеспечить выполнение этой сложной задачи.

Чуйков – Рокоссовскому. Мне это понятно. Но я рассчитываю прежде всего на внезапность. Что касается средств усиления, думаю, обойдусь тем, что имею. Прошу разрешить начать завтра с утра.

Рокоссовский – Чуйкову. Хорошо, я согласен. Но продумайте, взвесьте все еще раз и доложите окончательно ваш краткий план. Доведите до сведения командиров всех степеней, что бойцы и командиры, отличившиеся при форсировании Вислы, будут представлены к наградам вплоть до присвоения звания Героя Советского Союза»[11].

Будучи комфронтом, маршал мог поручить эти переговоры своему заместителю, начальнику штаба. Однако он сам, лично, хочет убедиться в готовности командарма к наступлению на конкретном участке. Таким был Рокоссовский. Он сам