Сказ о Владе-вороне - Светлана Алексеевна Кузнецова

– Может быть… – проворчала Яга. – А когда ты в последний раз меч в руках держал, соколик? – спросила она Влада.

– Разве не разнесу я здесь все, вздумай мечом помахать? – изумился тот. – А на двор мне нельзя, сама ж предупреждала.

Яга аж крякнула.

– Да… – протянула она, чуть подумав, – плохо я все же тебя учила. Надо было не ждать и от волхвов прятать, а самой браться за наставления. Ты хоть и оборотень необычный, а мозгов это не прибавляет. Помнишь, сколько я тебе сказывала про то, как богатырь с Ягой в ее избе сражался?

– Но…

– Сказка, – фыркнула Яга и наказала: – Ну-ка, встань. Меч свой за печкой возьми да вынь из ножен.

Влад не стал перечить, сделал все, как Яга говорила, а потом собственным глазам не поверил. Отъехал от него стол вместе с частью стены, да и остальная изба расширилась. Потолок вверх взметнулся, дабы не мог до него Влад дотянуться, даже если бы руку с мечом поднял.

– Захоти я, здесь и в ступе полетать смогу, – усмехнулась Яга.

– Что ж я столько времени промаялся… – проронил Влад чуть ли не с ужасом.

– На день раньше – снова рана открылась бы и слег бы еще на месяц. Ни тебе, ни мне этого не надобно, а уж Кощею особливо.

– Но теперь можно? – на всякий случай уточнил Влад.

– Как сочтешь себя готовым и в полную силу пришедшим, скажи. Уж я тебя испытаю…

* * *

– Сивка-бурка, вещий каурка! Встань передо мной, как лист перед травой!

С призывом Влад вполне справился, а до этого – с испытанием Яги. Та сама против него встала с тяжеленым огромным мечом. Влад таким точно долго махать не сумел бы. Зато уже после того, как появился перед ним чудо-конь – крупный, глаза огнем горят, из ноздрей дым валит, одна шерстинка золотая, другая серебряная, и даже на чудовище Кощея не похож, хотя и смахивает, видно, порода одна, – слегка опешил. Стоило же Яге потребовать, чтобы Влад в ухо к коню влез, – так и вообще.

– Иван-дурак, глупый деревенщина, смог, а ты нет? – фыркнула Яга. – Не ты ли птицей оборачиваешься и в поднебесье летаешь?

Так-то оно так, но Влад до сих пор не имел ни малейшего понятия, как именно он это проделывает, а здесь от него вовсе не вороном стать требовалось, а в ухо к коню залезть.

– Может, я по старинке лучше? Ну… как-нибудь.

Яга руками всплеснула.

– Ты ведь говорила, Сивка меня вмиг домчит докуда надобно, – напомнил Влад.

– Он-то домчит, – покивала Яга. – Да только стоит тебе в Навь проникнуть, верхом на нем сидя, тотчас углядит тебя Моревна. Думаешь, ей взгляд бросить долго?

Влад вздохнул.

– А коли увидит, поймет, что ты жив-живехонек, нипочем дворец свой не покинет, а ты пробраться во владения ее не сумеешь, – начала растолковывать Яга. – Твой единственный шанс – в хитрости. Моревну тебе не победить и уж точно встречаться с ней не следует. Не одолеть ее в бою, да и не рождалось еще на свете молодца, который не прельстился бы такой красой.

– Мужики, – пискнула из избы Веста, – нижней головой завсегда больше, чем верхней, думают.

– Цыц, пигалица! – прикрикнула на нее Яга. – Не твоего ума дело, сиди за печкой, помалкивай.

– А если в ее земли Сивка прискачет? Неужто Моревна не обратит внимания? – спросил Влад.

– А что на него обращать? – фыркнула Яга. – Кони волшебные по всем мирам спокойно бегают и границ не видят. Пусть Сивка тебя только в земли Моревны отвезет, а там сразу вороном оборачивайся. Она тебя в Яви да Нави ищет, под носом не разглядит.

– Хорошо, нянюшка… я попробую.

Собственно, план они уже давно составили. Слухи долетали, что воронья в царстве Моревны видимо-невидимо. Одной птицей больше, другой меньше, кто ж разберет? С тех пор, как на Руси их злыми вестниками прозвали, привечала Моревна черных птиц и даже позволяла им жить в своем дворце. Потому от Влада многого не требовалось: поселиться где-нибудь на чердаке вместе с такими же пернатыми и ждать.

Все они сходились на том, что Моревна во дворце сиднем сидеть не будет. Она чудодейка великая и очень рассчитывает Навь захватить. А как же это сделать, если на границе лично не присутствовать? Как уедет Моревна, так Владу время действовать и настанет.

Далее уже никто не заглядывал, боясь спугнуть удачу. И то план больно зыбким казался – совсем как болото топкое. Однако никакого другого у них не имелось. Авось повезет.

Глава 9

– Подойди ко мне, добрый молодец, – молвил Сивка человеческим голосом и с ехидцей добавил, волчьими зубами прямо перед носом у Влада щелкнув: – Чай, боишься меня?

«Не родился еще конь, которого я бояться начну!» – подумал тот, но вовремя прикусил язык. Шагнул раз, второй, руку на гриву положил. Земля покачнулась внезапно и ушла куда-то вниз – далеко-далеко, едва успел Влад за волос гривы ухватиться. Не иначе, с перепугу залез в ухо Сивке и уже оттуда пискнул:

– Не поминайте лихом!

Ответила ли Яга, он не расслышал. Сивка ухом дернул, едва Влада не вытряхнув, а затем покачнулось все, смазалось, раздалось громоподобное конское ржание. Мельком увидел Влад болото. Затем – поле с пшеницей золотой. Не столько ел ее Сивка, сколько топтал.

Мимо старого дуба пробежал, который и семеро обхватить не сумели бы, за руки взявшись. У корней сидел великан, Дубыней зовущийся, и думал: вогнать тот по маковку в землю – силушку свою показать – или рано, пусть растет.

– Пусть растет! – крикнул ему Влад из конского уха.

Неясно, послушался ли его великан или чего сам удумал, но отошел, а дуб зашевелил веточками, зашелестел листочками, словно благодаря.

Долго ли, коротко ли скакали – впереди горы выросли. На вершине одной из них сидел Горыня, Сивку взглядом проводил и снова о чем-то задумался. А там и река Смородина показалась. Усыня, на камне сидевший, ахнул, усы встопорщил, руки в стороны вытянул, намереваясь Сивку остановить, да чихать тот хотел на богатыря неуклюжего: взвился в воздух, одним махом реку перемахнул.

«Ох и красиво же в Нави! – подумал Влад. – Вроде ж в ней все почти обычно: и реки, и горы, и поля, и леса, а дышится как-то совсем по-особому. Или только для меня?..»

Ответа не было. Русь он тоже любил, но как-то иначе. В Яви были дом и родина, здесь – места, к которым душа рвалась каждую свободную минуточку, а затем, оказавшись там, пела и радовалась.