Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ

В прихожую вышел молодой врач, бледный и весь в поту. Не сказав ни слова, он исчез за дверью. В спальне Артур Миллер яростным шепотом обвинял в чем-то миссис Страсберг. Потом он тоже ушел, хлопнув дверью.

— Займетесь уборкой в другой раз, — объявила Милдред. — Сейчас нам, пожалуй, лучше уйти.

Полин была на грани; у нее совсем не осталось сил. В ушах звучали пронзительные крики, руки дрожали, она с трудом держалась на ногах и чувствовала себя так, словно ее избили. Милдред сказала ей спуститься на пятый этаж и помогать Линде. Полин послушно пошла к лестнице.

В обеденный перерыв в столовой только и говорили, что о происшествии в апартаментах 614. Всем хотелось выяснить, что узнала Полин. Но она держалась стойко и повторяла одно и то же: Милдред Джонс всегда настороже, она сразу отправила Полин этажом ниже. Нет, она ничего не видела и ничего не слышала. Вдруг в столовую влетел Линкольн; он сиял, у него были новости: Мэрилин Монро увезли в аэропорт. Кто-то спросил, не положат ли ее в больницу. Линкольн ответил, что, судя по ее виду, это вполне возможно. Съемки были приостановлены. Никто не знал, на какое время. Хьюстон, должно быть, рвет на себе волосы. «Скоро он станет частью декора казино», — прибавил кто-то, и все расхохотались.

— Из-за чего она так страдает? — спросила Китти у Полин.

Что могла ответить Полин, не предав самую знаменитую клиентку «Мэйпса»? Но ей и не пришлось отвечать. Китти с остальными горничными принялась обсуждать то, что было всем известно: брак, который разваливался, сценарий, который переписывали каждую ночь, реки алкоголя и горы снотворных. Полин казалось, что на ее глазах реальность превращается в фильм, а Мэрилин Монро становится Розлин, героиней «Неприкаянных», уязвимой женщиной, заблудившейся в мире, которого не понимала, с которым не способна поладить, в котором не может осуществить свои мечты. Пока все продолжали обедать, параллельно обсуждая жизнь кинозвезды, Полин вспомнила сцену, которая произошла несколько дней назад. Фотограф агентства «Магнум», освещавшего съемки, пришел в 614-й номер, чтобы сделать фотографии четы Миллер. Полин как раз наводила порядок на кухне. Миссис Миллер в черном облегающем платье наотрез отказалась фотографироваться с мужем. Она отшатнулась от него, словно испытывая отвращение. Артур Миллер продолжал невозмутимо курить сигарету, а фотограф, высокая кудрявая брюнетка с немецким акцентом, все же старалась заснять его с женой. Но задача оказалась невыполнимой: миссис Миллер ускользала, поворачиваясь к ним спиной и глядя в окно. На той же неделе Полин услышала, что во время съемок на озере Пирамид миссис Миллер захлопнула дверцу лимузина прямо перед носом супруга и уехала, оставив его на площадке.

После отъезда миссис Миллер Милдред приказала Полин сделать в номере генеральную уборку: вытереть пыль, вымыть специальным средством ковер, выбить матрасы. Серьезная работа. Никто не знал, когда миссис Миллер вернется в Рино; нужно было воспользоваться ее отсутствием. Полин спросила, уехал ли с ней муж. Милдред не ответила на вопрос, но сказала, что для мистера Миллера зарезервирован другой номер, этажом ниже. А значит, в ближайшее время апартаменты 614 будут пустовать.

Когда Полин осталась одна в анфиладе залитых солнцем комнат, к которым успела привыкнуть, она была поражена их безмолвной пустотой: исчезли цветочный аромат духов и запах кофе, не слышался голос Рэйфа, который обычно приходил раньше всех. Сегодня она не увидит ни улыбок Уайти и Агнес, ни одетых в черное миссис Страсберг и Мэй Рейс.

Отъезд миссис Миллер явно был поспешным: на незастеленной кровати валялись губная помада и темные очки, по полу были раскиданы туфли, шелковые шарфы, блузки. Все, что имело отношение к Артуру Миллеру, исчезло, даже его туалетные принадлежности из ванной комнаты. Открытый пустой чемодан лежал у дверей, загромождая проход. Миссис Миллер, видимо, взяла с собой чемодан поменьше.

Странная атмосфера, царившая в номере, действовала на Полин угнетающе; она включила в гостиной проигрыватель. Зазвучала бодрая мелодия Би Би Кинга «Everyday I Have the Blues», и ей стало не так одиноко: как будто миссис Миллер говорила по телефону в соседней комнате. Полин распахнула настежь окна и принялась за работу: подняла все, что валялось на полу, сменила простыни и полотенца, а старые бросила в корзину для белья. Не без труда сдвинула двуспальный матрас и пропылесосила металлическую сетку. Под кроватью она обнаружила ночную рубашку, надкусанный бутерброд, бутылки от шампанского и яблочные огрызки.

На ночном столике миссис Миллер лежала потрепанная книга. Уолт Уитмен, «Листья травы». Полин открыла ее, увидела на титульном листе надпись — «Норме Джин». И вспомнила, что это настоящее имя актрисы. Почти на каждой странице были комментарии от руки, некоторые строки были подчеркнуты. Полин читала в основном романы о лошадях, например «Мою подругу Флику» или «Черного Красавчика». Поэзией она мало интересовалась.

Туалетный столик у окна был по-прежнему завален косметикой. Именно здесь бережные и умелые руки Уайти каждое утро воскрешали восхитительную Мэрилин Монро. Полин часто видела, как после этого миссис Миллер, сидя перед зеркалом, любовалась собой, поворачивая голову то вправо, то влево и тихо улыбаясь.

«Вернется ли она сюда?» — думала Полин, вытирая зеркало. Возможно, миссис Миллер захочет навсегда оставить в прошлом «Мэйпс», фильм, мужа и все, что связывает ее с Рино.

На столе в гостиной лежала толстая пачка писем. Полин знала, что большинство из них — от поклонников со всего мира. Интересно, миссис Миллер читала их? Отвечала? Рядом лежала пачка фотографий, которые миссис Миллер подписывала фанатам. На снимках было указано: «Фото Сесила Битона, Нью-Йорк, 1956 год». На фото актриса полулежала на кровати, откинувшись на подушку. К груди она прижимала цветок; ее рот был слегка приоткрыт, демонстрируя идеальные зубы. На лице застыло нежное мечтательное выражение.

Рядом с посланиями от фанатов лежали письма самой миссис Миллер. Полин привыкла к царящему на столе беспорядку и, как могла, боролась с ним. Она понимала, что не должна заглядывать в личную переписку миссис Миллер, но не всегда выдерживала. Неровный почерк кинозвезды порой было трудно разобрать. «Я чувствую, что камера должна смотреть глазами Гая всякий раз, когда он в кадре, и даже тогда, когда его там нет, мы должны чувствовать его присутствие. Он в центре, все вращается вокруг него. Думаю, Хьюстон следит за этим». Миссис Миллер писала это для себя? Как заметку в дневнике? Полин знала, что Гай — уменьшительное имя Гайлорда Ленгленда, персонажа, которого в «Неприкаянных» играл Кларк Гейбл. Она заметила открытку от Тельмы Риттер, одной из актрис фильма. Тельма горячо благодарила «Милли Монро» за подарок.