Магия забытых душ. Книга 3 - Людмила Валерьевна Закалюжная

словно в подтверждение его слов подул ветерок, он будто смахнул серую пелену. Вокруг — холмы, краски не такие насыщенные, как на границе, но под ногами различается зелень травы и даже синева мелких цветов. Впереди виднелись крыши домов. Вот туда меня и повел Генри. Да вот только не успели мы сделать шагов десять, как заметили расплывчатую фигуру, она двигалась нам навстречу. И чем ближе, тем очертания все больше стали напоминать человеческие. И вскоре перед нами предстал сгорбленный мужчина в солдатской форме прошлых времен, он понуро шел, шаркая ногами. Он не излучал угрозы. Он просто смотрел... в никуда. Его глаза — две темные тусклые точки — не выражали ничего, кроме глухой бездонной тоски.

— Потерянная душа, — беззвучно шевельнул губами Генри, — которая не смогла ни удержаться в пограничье между миром душ и миром духов, ни найти свой свет. Они не опасны.

И все же... я не смогла удержаться. Подняла руку, чтобы поприветствовать солдата.

— Рози, — предостерегающе произнес Генри, но мужчина уже... повернул свою бесформенную голову в мою сторону.

Не было взгляда. Было просто ощущение внимания. Медленного, тяжелого. А потом я услышала. Не ушами. Внутри. В голове чужую мысль.

«...холодно... так одиноко... забыл... все забыл... имя... свет... зачем?..»

Это был не голос. Это было чистое необработанное ощущение. Такое отчаяние, что у меня перехватило дыхание.

— Он... страдает, — выдохнула я.

— Они все здесь страдают, — спокойно сказал Генри. — Это мир духов, Рози, а не курорт.

Я сделала еще шаг, и еще, расстояние между мной и солдатом почти сократилось.

— Рози! — Генри был уже рядом, его рука легла на плечо, готовая отдернуть.

И тут хлынули образы.

Не комната. Камера. Сырость, крики на неизвестном языке. Страх, острый, как лезвие. Я — мужчина. Молодой солдат. Захвачен в плен. Меня пытают не для информации. Для удовольствия. Потому что могут. Последнее, что я вижу — лицо палача с карими глазами и кривой усмешкой. Последнее, что чувствую — леденящий холод клинка, входящего в горло. А потом... падение. В эту серость. Годы? Века? Я забыл. Я все забыл. Осталась только боль. И холод. И вопрос: за что?..

Я вскрикнула, отшатнувшись, а солдат сгорбился еще сильнее.

— Что случилось? — Генри развернул меня к себе.

— Он... показал мне. — Я тряхнула головой, пытаясь стряхнуть остатки чужой агонии. — Как он умер. Как он сюда попал. Его... убийцу.

Генри нахмурился, снова взглянув на потерянную душу.

— Они иногда цепляются за сильные эмоции живых. За боль, которую чувствуют в тебе. Ты могла притянуть его память.

— Нет. — Я выпрямилась, все еще чувствуя ледяное прикосновение того клинка на своем горле. — Это было не просто притяжение. Он... поделился. Потому что больше не мог молчать. Потому что он забыл все, кроме этого.

Мы оба смотрели на жалкую трепещущую фигуру. Теперь она вызывала жалость.

— Идем, но больше не вступай с ними в контакт. Иначе погрязнешь в их отчаянии, — предупредил сыщик. — Лучше ставь ментальный блок, чтобы не слышать их мыслей, не видеть образов.

Я кивнула, молча соглашаясь. Генри был прав.

Глава 16

Мы с Генри шагали по мощеной, но потрескавшейся и неровной дороге. С двух сторон нас окружали мрачные строения с темными окнами. Свинцовое небо низко висело, плохо пропуская свет.

— Город Потерянных Душ, — тихо произнес Генри. — Здесь селятся те, кто не смог уйти дальше, но и не желает выглядеть... как та душа солдата. — Сыщик кивнул назад. — Здесь никому нельзя доверять. За каждым углом могут притаиться души преступников. Они боятся света, боятся суда Создателя, поэтому прячутся, надеясь избежать правосудия. А еще это преддверие в мир духов. Как только души осознают, где они, тут же отправляются дальше.

Воздух был тяжелым и густым, пахнущим пылью веков, сыростью и чем-то сладковато-гнилостным, как увядшие цветы на заброшенной могиле. В переулках шевелились тени с бледными прозрачными лицами, плотные сгустки тьмы, которые замирали, когда мы проходили мимо, и затем снова начинали свое бесшумное движение.

Генри вел меня по центральной, если ее можно так назвать, улице, где стояли призрачные лавки с не менее призрачными товарами. На одних прилавках лежали куски тумана, скатанные в шары, на других — похожие на осколки воспоминаний и мерцающие тусклым светом. Души-торговцы в рясах с капюшонами, из-под которых не было видно лиц, молча протягивали к нам руки с длинными бледными пальцами.

— Не смотри им в глаза, — прошептал Генри. — И не вздумай ни к чему прикасаться. Мы не принадлежим этому миру, и лучше свести общение к минимуму, чтобы не нарушить равновесие.

Я кивнула.

— И держись ближе. Мы здесь не просто так, — добавил он, всматриваясь в расходящийся туман. — Тебе пора перейти от теории к практике. Увидеть угрозу вблизи. Будь готова.

Снова узкий безлюдный переулок, где слышался нарастающий шепот. Будто за нами наблюдали тысячи душ. Но стоило мне резко оглянуться, как голоса затихали, чтобы снова зашептать, когда я продолжала путь.

Вскоре мне стало казаться, что мы бесцельно бродим по городку. Бесконечные узкие улицы, призрачные силуэты скользили мимо, порой я различала скорбные лица и полные отчаяния глаза. Когда я спросила у Генри: «Не пора ли нам вернуться?», он раздраженно произнес: «Еще рано!» Спорить расхотелось. Сыщик явно преследовал какую-то цель, и она была мне неясна, пока, завернув за очередной угол, мы не наткнулись на... демона.

Он сидел, прижавшись спиной к черному камню стены, поджав под себя длинные тощие ноги. Кожа кровососа походила на высохшую глину и была покрыта сетью тонких трещин, из которых сочился слабый багровый свет. Демон смотрел на свои длинные когти, хрупкие на вид, и водил ими по мостовой, издавая противный скрежет. Он был жалок и не выглядел опасным.

— Он нас видит? — спросила я.

— Видит, — подтвердил сыщик, останавливаясь и принимая защитную стойку. — И он голоден. Отчаяние делает их непредсказуемыми. Будь готова.

Когда демон поднял голову, в глубине глазниц тлели два красных уголька. Они уставились прямо на меня. Не на Генри. На меня.

Он зашипел.

— С-с-свет... — проскрежетал кровосос. — Пахнешь теплом...

Демон резко поднялся, неожиданно вытянувшись, и сделал широкий шаг вперед, затем еще один.

— Рози, назад, — скомандовал Генри, выдвигаясь ему навстречу.

— Разве он опасен? — тихо