Принцип неизбежности - Алина Аркади

– Вот же сучка!

Укус на моём плече как свидетельство злости Льва, и я слышу, как разрывается фольгированный пакетик. Не сомневаюсь в намерении мужчины проверить наличие девственности и, предчувствуя дикую боль, о которой рассказывала сестра, зажмуриваюсь до тёмных кругов перед глазами. Тяжёлое дыхание, опаляющее кожу, почти нестерпимое, а жёсткий захват не позволяет вырваться из лап чудовища, решившего присвоить чужое.

В следующую секунду он врывается в моё тело, почти не причиняя боли, замирает, и я чувствую, как внутри пульсирует член, требуя продолжения. Почти не испытав ужасных ощущений, хлюпаю носом от обиды и жалости к самой себе, потому что всё должно было быть не так. Но грёбаный наёмник всё испортил своими подозрениями. Мужской орган приходит в движение, покидая моё тело, и я тут же поворачиваюсь, впиваясь взглядом в надменного мужчину, застывшего посреди комнаты.

– Проверил? – шиплю, желая придушить его, и тяжело дышу, словно только что пробежала марафон.

– Тысяча баксов, и ты можешь быть целкой хоть каждую неделю, – подмигивает, наматывая мои нервы на кулак и приводя в бешенство.

Сукин сын определённо испытывает меня на прочность. Особенность семейства Островских: мы ненавидим так же сильно, как и любим. И Лев должен быть наказан за свою наглость усомниться в моих словах. Поэтому, движимая обидой и желанием приструнить хама, протягиваю руку, беру с тумбочки пистолет и направляю на мужчину. По комнате разносится хохот, который подстёгивает к действию.

– Дефектная, хватит решимости выстрелить?!

Выстрел. На левом плече Льва появляется глубокая борозда от задевшей пули, которая, оставив след на мужчине, останавливает своё движение в оконной раме. Замирает, нервно сглатывая и наблюдая за тем, что будет дальше. Но я умею себя контролировать, отодвинув эмоции на второй план, поэтому приближаюсь ко Льву, прожигая взглядом.

– С десяти лет стрельбище стало моим вторым домом по желанию отца, поэтому с меткостью и применением оружия проблем не возникает. И если ты ещё раз позволишь себе подобные высказывания в отношении меня, то в следующий раз, – приставляю дуло к его груди и веду, чтобы остановиться в области сердца, – я возьму немного левее. Не промахнусь. Будь уверен. – Последние слова тонут с пронизывающей стали, показывая Льву, что обещанное будет исполнено.

Спокойно кладу пистолет на место, срываю покрывало с дивана и, замотавшись в него, чтобы скрыть наготу, собираюсь уйти спать в машину, но оборачиваюсь, чтобы оценить несерьёзное ранение и руку, по которой струйками стекает кровь, уже добравшись до запястья.

– Спокойной ночи. Тебе, – опускаю взгляд, отметив возбуждённый член, – и твоему стояку.

Вылетаю из дома, совершенно не опасаясь возможности выстрела в спину, чтобы забраться на заднее сиденье, которое оказывается не таким просторным, как во внедорожнике. Укутываюсь с головой в плед, подогнув ноги и свернувшись. Реву от обиды на мужчину, который разметал в ошмётки моё восхищение и желание подарить ему свой первый раз. Неспособен быть внимательным и чутким, привыкший к сексу за деньги и не принимающий желания женщины. Горько вдвойне, что он мне действительно нравится, зажигает меня, не мешает раскрепоститься и позволить себе то, что, вернувшись домой, я позволить уже никогда не смогу. Эту ошибку я бережно опущу в свою копилку, запомнив как разочарование. Слишком много событий для одного дня и хрупкой девушки, попавшей в незнакомую обстановку. Дикая карусель мыслей сносит ударной волной, не позволяя здесь и сейчас разложить всё по полочкам и сформировать своё отношение к людям, пришедшим в мою жизнь.

Не знаю, в какой момент проваливаюсь в сон, находясь на границе и не позволяя себе отключиться полностью. Снится Игнатов с его тёплым взглядом, Эля, которая зовёт за собой, весело кружась по комнате, и Макар. Я никогда его не видела, но отчего-то парень с тёмной густой гривой и пронзительными зелёными глазами кажется мне тем самым мальчиком, который ушёл из жизни слишком рано. И даже папа приходит в мой сон, отчего-то радостный, распахивающий объятия и прижимающий к груди. И так тепло становится в его руках, так спокойно, что я неосознанно тяну к нему руки, сквозь дрёму понимая, что скрюченное в неудобной позе тело затекло. Конечности онемели, а шея противно ноет, желая оказаться на подушке. И в тот самый момент, когда я собираюсь разогнуться, чтобы сменить положение, моё тело двигается, а затем взмывает вверх. Но я не шевелюсь, понимая, что Лев забрал меня из машины и несёт в дом, чтобы через пару минут заботливо уложить на диван и накрыть покрывалом.

Злость утихла, и на смену ей пришла грусть, которая теряется, как только меня оплетают руками, прижимая спиной к груди. Утыкается носом в мою шею, обдавая уютным теплом, и затихает. И завтра я обязательно напомню ему, какая он сволочь, но сейчас теряюсь в неожиданном приступе заботы, несвойственном Льву, и чувствую себя в безопасности.

Глава 15

Не открывая глаза, чувствую большое тело за спиной и член, упирающийся в мои ягодицы. Мы оба обнажены, под одним покрывалом, что значительно уменьшает мои шансы быть нетронутой. Но, вспомнив его вчерашний выпад, хочет врезать по наглой роже, которая, уверена, сейчас довольнее, чем у сытого котяры.

Его губы скользят по моему плечу, а затем пальцы убирают волосы, оголив шею, которая тут же попадает в плен языка Льва. Мужская ладонь накрывает грудь, сжимая, а затем очерчивая по кругу соски. Глупое тело реагирует на ласку заострившимися вершинками в предвкушении голодного рта. Вздрагиваю, когда пальцы скользят по позвоночнику и исчезают внизу, лишь слегка задевая складочки и возвращаясь на ягодицы. Но их тут же сменяет твёрдый член, который скользит между моих ног, вызывав приятное давление.

– Убери свою палку, – ворчу, и движения прерываются.

Вчера я в полной мере ощутила, какой он большой, когда Лев ворвался в моё тело, и сейчас я даже представить боюсь, что будет, если он начнёт двигаться внутри.

– То есть размер ты оценила?

– Размер оценила. Не оценила твоё свинское поведение.

Резким движением переворачивает меня на спину и оказывается сверху. Становится на одно колено так, что в моё бедро упирается эта самая палка. Его глаза играют бликами возбуждения, которое вот-вот будет вымещено на мне за неимением иных представительниц женского пола в радиусе десятка километров. Оглаживает моё лицо, оставляя прикосновения губ на щеках и подбородке. Я, в