Взаимоотношения Ирана и Центральной Азии. Тенденции и перспективы - Мехди Санаи

энергоносителей региона в Европу, Китай может служить другим привлекательным маршрутом и рынком для энергоносителей. Сотрудничество в этом направлении может обеспечить также развитие других инфраструктур (например, автомобильных и железнодорожных путей) и направлений предпринимательства, тем более что Китай в области реализации больших проектов в регионе пользуется значительным преимуществом перед Россией [197: 4].

5. Китай в роли гаранта безопасности. Государства Центральной Азии, с одной стороны, располагают слабыми армиями, а с другой стороны, оказались лицом к лицу с чередой угроз для их безопасности. Данная ситуация вкупе с опасениями со стороны Китая по поводу исламских движений в Центральной Азии, которые считаются потенциальной угрозой Синьцзян-Уйгурско-му автономному району, заставила Китай проявлять максимальную бдительность по отношению ко всем провокациям в регионе. В Синьцзян-Уйгурском автономном районе проживают 10 миллионов жителей, не являющихся ханьцами [15]. Эти люди имеют тесные отношения с народами Центральной Азии, а некоторые из них связаны с антикитайскими террористическими группами [232:159].

В этом автономном районе компактно проживают около 2 миллионов казахов и примерно 8 миллионов уйгуров. Кроме того, около 250 тысяч уйгуров проживают на территории Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана. Уйгуры стремятся к достижению национального суверенитета и созданию своего самостоятельного государства под названием «Восточный Туркестан». Поэтому конфликты на этнической почве в истории автономного района неоднократно приводили к применению китайскими властями военной силы, что стало причиной для беспокойства китайского руководства по поводу неустойчивости горизонтов безопасности и наличия сепаратистских тенденций в автономном районе.

Соответственно, вероятность столкновения правительства Китая с исламскими движениями и с сепаратистскими группировками до определенной степени может способствовать безопасности стран Центральной Азии. С целью предотвращения сепаратистских действий на границе с Центральной Азией Китай заключил соответствующие договора с Казахстаном и Россией о четкой демаркации своих границ и принял меры для укрепления доверия в регионе посредством взаимного сокращения вооруженных сил в районе границы [183: 92], военного сотрудничества, совместных антитеррористических мероприятий [207: 3] и материальной помощи армиям стран Центральной Азии [165].

В общем, для стран Центральной Азии, которые все еще пользуются старым оборудованием и старой системой обучения, еще советского периода, сотрудничество с Китаем в военной области и в области обеспечения безопасности может оказаться весьма эффективным. Тем более что Россия иногда уклоняется от оказания различных форм помощи странам региона.

Сегодня без учета китайского фактора и его влияния в Центральной Азии невозможно провести четкий и верный анализ ситуации в этом регионе. Тем более что Китай стремился наряду с экономическими связями развивать со странами региона отношения также и в области культуры. Преподавание китайского языка в качестве одного из восточных языков в школах и вузах, поощрение военных искусств, иглотерапия, использование лекарственных трав и даже палочек для еды – все это является показателем распространенности китайской культуры по всей территории Центральной Азии [52].

Возрастание политической и экономической мощи Китая и превращение его в новый полюс мирового доминирования может привести к противостоянию возрастающей американской гегемонии, что соответствует интересам Ирана. Но при этом не исключена и вероятность того, что расширение китайского присутствия в Центральной Азии может привести к уменьшению присутствия Ирана и потере им своего исторического места в регионе.

С другой стороны, поскольку теоретической и стратегической целью Китая является повышение своей экономической мощи и эта страна стремится занять в Центральной Азии достойное экономическое положение, то всякий ее успех на этом поприще означает ухудшение экономического положения Ирана в регионе. Иными словами, в случае превосходства Китая и преобладания его товаров на рынках региона Иран просто будет терять здесь свой товарный рынок, что чревато новыми задачами для внешней политики Ирана.

3. Турция и Центральная Азия: западная модель и альтернатива исламскому Ирану

Турция в период холодной войны, в условиях существования двухполюсного мира и обострения конкуренции между сверхдержавами, занимала в составе западной коалиции и НАТО ключевое геостратегическое положение. А после распада Советского Союза и возникновения в Центральной Азии новых независимых государств у нее появилась уникальная возможность выступить в качестве влиятельной региональной державы. Соответственно, Турция максимально воспользовалась своей языковой и этнической общностью с такими странами, как Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Туркменистан. Это ее преимущество позволило ей сыграть важную и эффективную роль в экономическом развитии, формировании политического руководства и внешних связей стран региона.

Кроме того, Турция в качестве модернистского государства, основанного на свободном рынке, для постсоветских стран региона была представлена в качестве альтернативного образца и пользовалась в этом направлении безоговорочной поддержкой Запада, особенно Соединенных Штатов Америки. Государственные руководители Турции хорошо пользовались сложившимся положением и приложили все усилия для демонстрации своей активной руководящей роли в этом важном регионе и для возрождения здесь турецкого стратегического влияния в угоду Западу.

Негосударственные организации Турции также приступили к действиям по установлению своего влияния и близких культурных и экономических связей с народами Центральной Азии. Помимо того, влиятельные люди, заинтересованные в более близких и прочных связях с ними, образовали особые группы, которые включали представителей торговых и подрядных фирм, сопровождаемых также негосударственными фирмами, специализирующимися в области культурной деятельности (в частности, в создании учебных заведений для воспитания новой элиты с целью продолжения близких отношений с Турцией). Среди этих культурных групп было такое, например, религиозное сообщество, как «Нурджулар» под руководством умеренного исламиста и турецкого националиста Фетхуллаха Гюлена. Благотворительный фонд Фетхуллаха Гюлена вел в Центральной Азии обширную деятельность в области учреждения школ (светского образования) и строительства мечетей. В регионе этот фонд считается одной из самых влиятельных организаций по распространению религиозной литературы[16].

Таким образом, Турция, в отличие от Ирана, приложила много усилий для расширения этнических, культурных и языковых связей с Центральной Азией. Не имея общих границ со странами Центральной Азии, она, опираясь на историческую и культурную идентичность и акцентируя общие тюркские корни, стремится компенсировать свой территориальный разрыв с ними посредством проекта исторического и культурного воссоединения. Растущие интересы Турции в этом регионе и значимость этого явления можно наблюдать на примере формирования международного «Агентства тюркского развития и сотрудничества» и проведения ежегодных саммитов глав тюркских государств, первый из которых состоялся в октябре 1992 года.

Свои долгосрочные планы в странах Центральной Азии Турция активно реализует в последние годы, проводя совместные конференции, открывая турецкие колледжи, рестораны, развивая сети магазинов для продажи турецких товаров, отправляя религиозных миссионеров и преподавателей, осуществляя ремонт и реставрацию культовых сооружений и т. д. [52].

Но возвращение в регион России начиная со второй половины 90-х годов оказало негативное воздействие на расширение турецкого влияния. С другой стороны, близкие отношения Турции с Западом и ее роль