Взаимоотношения Ирана и Центральной Азии. Тенденции и перспективы - Мехди Санаи

– наличие в регионе неверного представления об Иране;

– недостаточное внимание со стороны правительства к защите в регионе экономической деятельности частного сектора;

– враждебное отношение к Ирану США, которое, с одной стороны, снижает эффективность иранских инициатив в Центральной Азии, а с другой стороны, часть дипломатических усилий страны направляет на сопротивление распространению американского влияния в регионе.

На примере Каспийского моря можно продемонстрировать более глубокие аспекты противостояния Ирана и США. Одним из ключевых стратегических направлений внешней политики Ирана в Центральной Азии, особенно заметно выделившимся в новом веке и связанным с Каспийским регионом, является борьба против вмешательства внерегиональных политических игроков (особенно США) во внутренние дела региона [256].

По этой причине на прошедшей в Тегеране в октябре 2007 года второй встрече глав государств Каспийского побережья Иран предложил, прежде чем приступить к рассмотрению вопроса о правовом статусе Каспийского моря (достижение согласия по которому из-за глубоких разногласий между участниками представлялось маловероятным), обсудить вопросы обеспечения безопасности. Благодаря этому, несмотря на то что обсуждение вопроса о правовом статусе Каспийского моря успехом не увенчалось, в Итоговом заявлении были предусмотрены важные меры по обеспечению безопасности в регионе. В частности, страны Каспийского бассейна обязались не предоставлять другим свою территорию для проведения военных действий против одной из них. Подобное соглашение было достигнуто при том, что все страны бассейна в течение прошедших лет стремились наращивать свой военный потенциал. Да таким образом, что в течение последних десяти лет количество военных кораблей в морских флотах Каспийского моря возросло в два раза, а оборонная инфраструктура на побережьях значительно укрепилась. Кроме того, Азербайджан и Казахстан при активном участии США осуществили определенные меры по милитаризации своих морских территорий. Важнейшие меры в этом направлении связаны с американской программой «Инициатива охраны Каспия» и проектом создания огромной оперативной единицы под названием «Охрана Каспия», основу которой, по предложению США, составляют американские силы быстрого реагирования и подразделения армий стран, которые участвуют в поддерживаемых Америкой энергетических проектах Каспия (подробнее см.: [260; 261].

Другим принципом данного Итогового заявления являлась недопустимость односторонних операций в Каспийском море [262]. И хотя этот принцип напрямую не был зафиксирован в Итоговом заявлении, все же он пользовался поддержкой Ирана и Туркменистана [258а], а другие участники не опровергали его.

Решение вопроса с Каспием для Ирана необходимо для того, чтобы довести до сведения США, что, во-первых, их международные санкции против Ирана не могут помешать осуществлению намеченных программ и что, во-вторых, Иран может заручиться поддержкой всех стран Каспийского региона [258а].

Аналогичную политику можно наблюдать также в Центральной Азии в отношениях региональных и трансрегиональных игроков с Ираном на уровне региона. Иными словами, часть потенциала Ирана в Центральной Азии постоянно расходовалась на преодоление угроз и рисков, создаваемых для Ирана региональными и трансрегиональными игроками, особенно Соединенными Штатами Америки.

Каждая из стран Центральной Азии занимает уникальное положение, и в случае их объединения могла бы образоваться уникальная коалиция богатых территорий с нетронутыми полезными ископаемыми, которые будут интересны всем региональным и трансрегиональным державам. Недаром в течение прошедших лет между региональными и трансрегиональными державами наблюдались острая конкуренция и конфликты по вопросу влияния и присутствия в Центральной Азии. Подобное положение в значительной степени расшатало позицию Ирана в регионе. В результате сложилась такая ситуация, что уже нельзя пренебрегать ролью иностранных сил, особенно ролью трансрегиональных сил, вмешивающихся в дела региона. Поэтому далее в ходе рассмотрения отношений региональных игроков, таких как Россия, Китай и Турция, с одной стороны, и Соединенные Штаты Америки, Европейский союз, НАТО и Израиль – с другой, нами будут анализироваться также и вызовы, встающие перед внешней политикой Ирана в регионе. Конечно, необходимо отметить, что региональная конкуренция, вопреки своему первоначальному проявлению в форме конфликта интересов, может в рамках активных и признанных международных систем и посредством сильной экономической дипломатии превращаться в беспроигрышную игру.

1. Россия и Центральная Азия: общие позиции и разногласия

Среди региональных держав Россия – это такая страна, которую связывают с Центральной Азией исторические узы, ибо страны Центральной Азии во времена царской России, а затем во времена коммунистического правления считались частью российского / советского государства. Поэтому жители данного региона, обладая отличным от России менталитетом, вместе с тем в большинстве своем либо хорошо владеют русским языком, либо их языки в значительной мере смешались с русским. Внешняя политика России в Центральной Азии связана, в частности, с российским этнообразующим фактором [19: 301–303].

Важнейшим средством влияния России в странах бывшего Советского Союза, особенно в Центральной Азии, следует считать именно культуру. Действительно, зависимость жителей и правящих элит региона от российской культуры является важной привилегией, которой Европейский союз, США и даже Китай лишены. Посредством своего культурного влияния Россия может пользоваться в регионе влиянием также и в области экономики и безопасности, тем более что в постсоветский период возросло количество телевизионных каналов, вещающих на русском языке для региона [204: 71].

Со второй половины девяностых годов прошлого века внешняя политика Ельцина все больше стала ориентироваться на возрастание влияния России и поиск надежного партнерства в регионе. Данная ситуация имела место до 2000 года, когда к власти пришел Путин. С этого момента Россия стремится к расширению своего влияния по разным направлениям [204: 70].

В настоящее время Россия уделяет особое внимание восстановлению своего влияния в республиках бывшего Советского Союза, стараясь делать это с учетом своих национальных интересов. При этом в основе региональной внешней политики страны лежит различение «дальнего зарубежья» и «ближнего зарубежья». Это вйдение ситуации важно для страны: Россия использует все имеющиеся у нее средства и возможности, чтобы сохранить свое господство в странах «ближнего зарубежья».

В период президентства Путина с учетом курса России на централизацию, которая являлась своего рода усовершенствованной формой национализма, признавался полный приоритет обеспечения национальных интересов страны с использованием любых доступных средств. В области внешней политики реализм и прагматизм были двумя основными особенностями этого курса. Согласно логике сторонников централизации, экономика предпочтительнее, чем политика, и потому России необходимо стремиться к привлечению инвестиций и новых технологий, которые будут способствовать росту экономической мощи страны [185: 95–98].

Центральная Азия для России – зона жизненно важных интересов, возрастание или снижение актуальности которых зависят от внутренней ситуации в России и Центральной Азии. Но в качестве конкретных интересов России в Центральной Азии можно назвать следующие моменты:

1. Сохранение и обеспечение устойчивости Содружества Независимых Стран (СНГ). Москва заинтересована в центральноазиатских рынках. Данный вопрос для Росси важен, во-первых, в связи с необходимостью поставки российских товаров в Центральную Азию;