Сделано в СССР. Материализация нового мира - Коллектив авторов

клубов и ресторанов – с подпольной экономикой и развлечениями. В этом смысле, как и «Игра в гуся» из предыдущего примера, она стала идеальным сосудом для вмещения собственных смыслов. Разумеется, «рыночная» механика игры имела свой контекст, и он не мог игнорироваться авторами (в отличие от изжитого контекста «Игры в гуся»), но значительно более существенным стало то, что на нее могла проецироваться любая картина мира.

Ил. 3. Фрагмент поля «Краткого курса», реконструкции «Оруэллиады», выполненной в 1995 году

Судя по всему, как и в ГДР, в СССР «локализации» «Монополии» были самым распространенным типом подпольных настольных игр. Не случайно в ходе переписки, сбора интервью и поиска упоминаний в исследовательской литературе именно эта игра упоминалась чаще всего. Так, историк И. Л. Щербакова указала на экземпляр «Монополии», созданный художником Сергеем Шеховым между 1971 и 1973 годами (не сохранился). А исследователь Роман Абрамов в статье 2016 года анализировал свой школьный опыт копирования (в 1982 году) и преобразования «Монополии» в Пензе26. Вероятно, «Монополией» была навеяна и игра «Мировое господство», которую, правда без подробностей, описывает в своих воспоминаниях о 1983 годе художник Вячеслав Сысоев: «В тот февральский вечер я растопил плиту и поставил варить суп из половины венгерской утки. У меня было бодрое настроение. Усевшись за круглый большой стол, разложил почти сделанную игру „Мировое господство“, клей, кисточки и ножницы. Сидел в полной тишине на пустой даче и думал о том, что будет со мной»27. Вместе с тем кажется, что «Монополия» Н. Соколова и П. Шевякова уникальна в первую очередь сеттингом, так как во всех остальных случаях игроки «торговали» странами и супердержавами.

Другая самодельная настольная игра, непосредственный доступ к которой мне удалось получить, была сделана библиотекарем «Мемориала» Борисом Беленкиным накануне 1984 года, чтобы отметить наступление «оруэлловской» даты. Название под стать поводу – «Оруэллиада». Тридцатилетний Борис Беленкин в это время – методист в кинотеатре «Юность», отвечает за детский репертуар и наполняемость зала28. По его признанию, игра была сделана для новогодней вечеринки и впоследствии неоднократно перемещалась вместе с ним от одной компании к другой. В одном из таких путешествий оригинальная игра была утеряна. Воссозданная (как утверждается, с точностью) версия относится к 1995 году и называется «Краткий курс».

В нынешнем своем виде игра состоит из инструкции на трех машинописных листках и поля – последовательности годов с 1917‑го по 1991‑й, объяснения к которым частично прикрыты листами-клапанами. Перемещение между годами, как в рассмотренных выше играх, осуществлялось броском кубика. Задача – первым добраться до «финишной» (расположенной после 1991 года) клетки или хотя бы вырваться вперед. Каждый год готовил каверзное приключение игрокам, результаты которого сказывались не только на положении на поле (1931: «Вы – член Союза воинствующих безбожников и с энтузиазмом ломали Храм Христа Спасителя. Получите фотографию макета Дворца Советов, значок ударника и перейдите на клетку „1942“» (здесь и далее орфография и пунктуация оригинала сохранены. – Прим. Н. Л.)), но и за его пределами (1936: «Вы добровольцем поехали в Испанию. Спляшите качучу и перейдите на клетку „1938“»). В такой саркастической манере кратко изложена история СССР (отсюда – новое название). Часть событий называется прямо в комментариях, иногда об исторической подоплеке можно догадаться по шуткам и заданиям. Например, комментарий к 1948 году: «Вы – да (то есть еврей. – Прим. Н. Л.). И не только это, но еще и генетик. Поэтому: поймайте муху, садистски расчлените ее и пропустите 8 ходов. Если не сбились со счета, свой очередной ход делайте с клетки „1956“». По мере приближения к «современности» (для создателей игры) шутки над историческими событиями становятся все ближе к личному опыту автора и его адресатов. Так, 1972 год отмечен аллюзиями на обыски квартир в околодиссидентских кругах: «Ваше увлечение самиздатом к добру не привело. На квартире – обыск. Сосед справа пусть проверит ваши карманы. Сдайте награды и парт. билет и вернитесь на клетку „1956“. Если вы – гебист, то обыщите соседа справа, и пусть на клетку 1956 возвращается он». В 1976 году предлагается решить школьную задачку: «Расскажите вкратце содержание одной из книг товарища Леонида Ильича Брежнева. Ответьте на вопрос: – кто из героев вам понравился больше и почему? Ответили. Играйте дальше». Завершение игры, очевидно, было добавлено уже при ее переделке в 1995 году. Оно не обозначено на «поле» (последним годом на поле является 1991, главное событие на нем – обмен наличности на талоны), но описано в правилах. Финишная клетка – следующая после 1991 года. Попасть на нее может только игрок, не обладающий ни партийным билетом, ни значком «Отличник органов» (они выдаются при попадании на определенные клетки). Задача непростая, но награда стоит того: «Приз – это талон на водку, или сигареты (по вашему выбору). Он все время лежал на столе перед вами и дразнил Ваше воображение. Талон на следующий месяц. Если у вас есть ордена – за каждый получаете в банке по 3 руб., если значек „ударник“ – по 1 руб. за каждый… Приз получает тот, кто находится при завершении игры на самой дальней клетке. Остальные исполняют на губах и гребенках „Интернационал“ или „Широка страна моя родная“ – по заказу выигравшего».

Как можно понять, с точки зрения игровой механики «Оруэллиада» (или «Краткий курс») не сильно отличается от игры, описанной в начале этого текста. Это все та же «Игра в гуся», сеттинг которой адаптирован для рассказа о советской истории. Удивительно то, что даже в этой небольшой и относительно случайной выборке оказались две игры, использовавшие одну и ту же механику для передачи в общем-то похожих смыслов. Это лишь подтверждает то, что в «подпольном мире» настольная игра была лишь формой для более комплексного политического (как в первом и последнем примерах), так и намеренно внеполитического (как в случае с рассмотренной «Монополией») высказывания.

Определенные оговорки и находки позволяют говорить о том, что в СССР все же существовала подпольная игровая культура (отличная от картежной), хотя она и крайне слабо документирована. И если начало ее крайне сложно поддается определению, то конец вполне очевиден. Перестройка и распространение дешевых и массовых аналогов (пусть и не всегда легальных) западных настольных игр (например, «Менеджера», перенявшего механику «Монополии») смели зародыши советской подпольной игровой настольной культуры. Причем дело здесь, как кажется, не только в превосходстве материалов, долговечности, свежести и продуманности новых игр, но в самой сути подпольного производства – высказывание часто устаревает быстрее, чем игра, а компании, собранные вокруг идеи несогласия с окружающей реальностью, часто распадаются с изменением этой реальности.

Ил. 4. Играем в путч (Ю. Рост, Б. Жутовский) // Литературная газета. 1991. 25 сентября

Идейными наследниками (часто без прямой связи с оригиналом) культуры политических настольных игр стали многочисленные юмористические настольные игры, опубликованные вскоре после крушения СССР. Все они выстроены на одной и той же механике – «Игре в гуся». В сентябре 1991 года в «Литературной газете» вышла «Играем в путч» (Ю. Рост, художник Б. Жутовский), где на классическую механику была положена история несостоявшегося госпереворота29. Игроки перемещали участников путча в пространстве между его условным началом и «следственным изолятором». Как отмечали авторы игры, «ваша задача подольше продержаться на свободе. Впрочем, это наша общая задача в той игре, в которой мы все принимаем участие».

Ил. 5. Путь к коммунизму (Л. Новоженов, Б. Гуреев, А. Березин, А. Меринов) // Вечерний комсомолец. 1991. Ноябрь. № 3

В ноябре 1991 года в «Вечернем комсомольце» был опубликован «Путь к коммунизму» – игра Л. Новоженова, Б. Гуреева, А. Березина и А. Меринова (художник). В личной переписке Лев Новоженов описал ее появление так: «Игра эта была визуальной шуткой. Пародией на настольные игры нашего детства, где бросаешь кость и передвигаешь фишку на выпавшее число ходов. С ловушками и штрафными остановками или