Здесь, но не сейчас - Андрей Волковский

Медленно-медленно костюмы приближались.

Мимо пробежал рыдающий детина. За поворотом истерично захохотала женщина.

В спорттоварах, воровато оглядываясь, появился тощий тип и принялся совать за пазуху купальники и шорты. Заметил Николая и порскнул в глубину магазина.

Крики вдалеке стали громче: орали матом и, кажется, дрались.

Николай тащился вдоль бесконечной витрины спортивного отдела и старался считать шаги. Не получалось.

Он то и дело сбивался. Начинал заново. Снова сбивался.

Возле ярко-жёлтого костюма с голубыми лампасами он вдруг понял, что не знает, зачем он здесь.

Огляделся. Почему так трещит голова? Что происходит?

Разглядел своё отражение в витрине. Зачем он надел пиджак? И торжественную кремовую рубашку, которую не доставал с защиты диплома? Так, значит, он шёл на мероприятие. Может, на собеседование?

В бутике напротив раздался стук и грохот.

Николай обернулся: две женщины наперегонки пихали в сумки сувениры — пёстрых керамических кошек, золочёных драконов, деревья с листьями из искусственных камней. Лица у женщин были сосредоточенные и злые.

Что-то не похоже, что они собираются оплатить всю эту ерунду.

Как же башка трещит, а...

В тёток будто бес вселился: тащат и тащат всякие штуковины. Те бьются в сумках, но тёткам, кажется, просто нравится забирать с витрины этих котов, овечек и прочую хрень.

“Мотиватор”!

На несколько секунд от осознания стало легче, и Николай бегом добрался до серой двери, о которой говорил Петька. Как он там, интересно?

К счастью, эта дверь тоже была не заперта. Николай сунулся внутрь: пусто. Прикрыл дверь за собой. Огляделся. Системник с кривой надписью Петькиным почерком “Мотиватор” мирно стоял рядом с мониторами охраны. Николай глянул на экраны и решительно нажал кнопку выключения.

Прислушался. В воздухе плыли зацикленные звуки фанфар и барабанов с открытия. Назойливые ритмы “Мотиватора” исчезли.

Николай прямо там, у экранов, сел на пол и заплакал.

Через не пойми сколько времени раздался знакомый голос:

— Колян, ты тут? Как оно?

Николай поднял тяжёлую, словно мокрой ватой набитую голову. Петька был растрёпан, измазан чем-то красным и лучился довольством.

— У тебя тут... — Николай неловко ткнул себя в щёку. — Красное...

Петька живо потёр лицо, глянул на пальцы и рассмеялся:

— А, это помада. Встретил тут кое-кого... да неважно. Отрубил нашу игрушку?

Николай кивнул и свесил голову. Хотелось спать. А лучше сдохнуть.

— Да уж, натворил наш “Мотиватор” делов... идём-ка...

Пётр поднял товарища и поволок к спорттоварам, потом к выходу.

— Надо его... убрать... уничтожить...

— Да-да, надо. Осторожно: ступеньки...

— Голова...

— Счас выйдем, дойдём до аптеки.

Снаружи мигали синим и красным машины “скорой помощи” и полиция. Николай мучительно зажмурился и обмяк. Кажется, Пётр пылко убеждал медиков и полицейских в том, что они — такие же жертвы, как остальные. Кажется, требовали комментариев журналисты.

Николай отчётливо слышал чей-то плач и причитания, но никак не мог сосредоточиться и разобрать слова. А потом ему в плечо ткнулась игла — и он почти мгновенно отключился.

Следующие полгода Николай лечился от депрессии. Посещал психотерапевта, пил успокоительные, на время перестал ходить в торговые центры. Осел дома.

Пётр сначала звонил каждый день. Спрашивал, как дела, предлагал помощь и деньги.

От помощи и денег Николай отказался. Попросил об одном: оставить проект “Мотиватор”.

— Не надо играть со здравым смыслом. Сам видел, чем это кончается.

— О чём речь — оставим! Придумаем что-нибудь новое!

Но на новое у Николая не было ни сил, ни желания. И Петька стал звонить всё реже и реже, а потом и вовсе пропал с радаров.

В марте Николай наконец понял, что готов снова включить телевизор и заглянуть в соцсети.

О событиях в “Стильном городе” незаинтересованные уже позабыли. Ту трагедию официально списали на “эффект толпы”, виноватым в плохой организации мероприятия назначили директора, “удобно” погибшего в давке. Три трупа. Десятки раненых. Огромные убытки.

Николай бездумно листал ленту новостей, как вдруг взгляд зацепился за рекламное объявление: “98 из 100 человек не смогут удержаться от покупок. Революционная технология “Motivation 2.0” Такого ещё не было!” Не веря своим глазам, Николай прошёл по ссылке и увидел сияющего улыбкой Петра: российского учёного, получившего грант в США.

Дрожащими руками Николай схватил телефон, нашёл знакомый номер и позвонил.

Гудки шли и шли, и он решил, что никто не ответит, но тут в телефоне что-то щёлкнуло, и раздалось:

— Да?

— Петька...

— А, Колян. Звиняй, что давно не заходил — дела, сам понимаешь!

— Что ты наделал, Петя?!

— Видел рекламу, значит... Ну что ж, я с тобой поделиться готов. Семьдесят на тридцать — идёт? Идея твоя, конечно, но без меня “Мотиватор” бы не случился. И по нашему договору каждый из нас имеет право работать с “Мотиватором” и представлять его на продажу. Ты договор-то читал хоть? А, Коль? Ты согласен? Ну не молчи ты! Ладно, шестьдесят на сорок! Это такие деньги, Колька!

— Ты забыл, как это было?!

— Успокойся: я его доработал. Эффект теперь мягче, и... Коля! Коля?

Не время отдыхать

– Мистер Рассел, вы меня слышите?

Голос приятный, но незнакомый.

Как трудно поднять веки…

Женщина в розовой униформе. Видимо, медсестра. Что случилось? Не помню…

– Моргните, если слышите меня.

Прикрыть и снова открыть глаза.

– Вы на Отиуме. В рекреационной зоне. У вас был нервный срыв. Понимаете?

Снова моргнуть: да.

Почему срыв? Он попытался сосредоточиться – и тут же пугающей яркостью накрыло воспоминание. Меркурий-118, обвал. Круговерть камней, неба и алых комбинезонов, а потом – падение и темнота.

Медсестра наклонилась к нему:

– Что вы говорите?

– Как… остальные? Группа…

– С ними всё в порядке! – улыбнулась женщина. – Вы единственный пострадавший: двое суток провели под завалом. Спасатели нашли вас и подлатали, но…

Медсестра замялась, но тут же снова ободряюще улыбнулась:

– Такое бывает после сильных стрессов. У нас, на Отиуме, вы отдохнёте, и ваша нервная система придёт в норму. Вам нужно поспать.

Он хотел спросить, что такое Отиум, но отключился.

***

– Мистер Форест, вы меня слышите?

Почему ничего не видно? А, надо открыть глаза.

Чужой голос доносился как будто издалека. В нём было что-то странное, но он пока не понял, что именно. Медленно, настороженно произнёс:

– Я вас слышу. Где я?

– Отлично! – говоривший обрадовался и бросил кому-то третьему. – Давайте-ка увеличим дозу.

– Мистер Форест, сейчас вы почувствуете головокружение и, возможно, тошноту.