Здесь, но не сейчас - Андрей Волковский

Найти удалось почти всех. Один из пациентов пропал, а доктор Гарсия обнаружился в своём доме, но мёртвый. Кто-то забил его стулом, превратив импозантного немолодого мужчину в кошмарное кровавое месиво.

***

Допрос Форесту понравился куда меньше, чем он ожидал. Оказывается, при свидетелях совсем не то. Когда залезаешь человеку под шкуру, вы должны быть только вдвоём.

Его немного позабавил только доктор Хьюз. Тот до последнего не верил в то, что его прямо сейчас будут убивать. Смотрел проникновенно и всё обещал помочь, пока не подавился своим криком.

Форест улыбнулся, смакуя приятное воспоминание, но тут же встряхнулся. Расслабляться нельзя. Один из местных сказал, что скоро будет ураган, и пару дней пансион будет заблокирован: ни связи, ни перелётов. А вот потом из ближайшего космопорта может прибыть кто угодно. Полиция, например.

Нужно приготовиться. Нужно придумать план спасения себя.

Надо перехитрить эту систему. Этот скучный, стерильный, выхолощенный мир. Ведь основа жизни – борьба. А он умеет побеждать.

***

Уцелевших собрали в кафе. Напуганные женщины, нервные пациенты, растерянный повар – решить, кто пойдёт в главный корпус, оказалось легко. Сам Рассел, Эрни и доктор Яо. Эрни проходил подготовку в курсантском училище, а Яо вырос в гетто недружелюбного Сатурна-12.

Посовещавшись, решили сразу идти к запасному пульту. Главный, по словам персонала, никогда не запирают, а значит, надо считать, что до него уже добрались.

Задача минимум – активация купола и разведка.

Задача максимум – обезвредить как можно больше чужих.

– Господа, должен спросить: вы готовы к решительным действиям? – поинтересовался доктор Яо во время совещательной десятиминутки.

Рассел и Эрни кивнули.

– Я имею в виду: вы готовы применять насилие? – уточнил Яо.

– Доктор, мы же не будем убивать людей из прошлого! Они больны! – возмутился Эрни.

– Возможно, придётся. Сложные обстоятельства требуют сложных решений. Что вы скажете, мистер Рассел?

Да уж, подумалось Расселу, вот и подлечил нервы в спокойнейшем уголке Вселенной. В памяти возникло изувеченное тело доктора Гарсии и мёртвый доктор Миллер.

– Выводить их из строя нужно. А убивать... чем мы тогда лучше?

Доктор Яо нахмурился было, но тут Эрни воскликнул:

– Лекарства! Внутри полно снотворных и успокоительных! На дежурном пункте, в аптеке, в хранилище. Там уйма препаратов. А психов всего двадцать.

Яо подытожил:

– Если сможем добраться до препаратов, будем усыплять безумцев. Но сначала – купол. У нас меньше двух часов.

Рассел и Эрни кивнули. Пора.

До неприметной двери, ведущей в технический отдел, добрались быстро. Доктор Яо вставил карту в замок – и дверь бесшумно отошла в сторону.

Коридор в свете аварийных ламп кажется жутким и узким. Тусклый свет рождает тени в углах, под потолком, у пола.

Идущие слышат шаги друг друга, шорох одежды, дыхание. Пульс колотится в висках, кровь шумит так, что кажется – этот гул слышно на всех этажах.

Внезапно доктор Яо замирает, и Рассел тут же встаёт неподвижно, на полушаге и перехватывает Эрни за локоть.

Из-за поворота слышится монотонное бормотание:

– Восемь… восемь… восемь…

Рассел взглядом спрашивает, есть ли другой путь, в обход. Яо молча качает головой. Тогда Роберт указывает вперёд, потом тычет пальцем себе в грудь. Теперь кивает Яо и жестами велит Эрни не двигаться и молчать.

Рассел крадётся по коридору. Три шага до поворота. Раз. Бормотание продолжается. Два. За поворотом вздохнули и снова:

– Восемь… восемь…

Три.

Рассел выглядывает из-за угла, на всякий случай пригнувшись так, чтобы его голова высунулась на уровне пояса стоящего человека.

Человек в коридоре водит пальцами по окровавленной стене и продолжает повторять «восемь». На нём рваный халат в алых пятнах. На четвёртом «восемь» он бьётся лбом о стену – и кровавое пятно перед ним покрывается свежими брызгами.

Рассел прислушивается, но больше никого не слышит. Тогда он выпрямляется и идёт прямо на психа.

– Восемь… восемь…

Никакой реакции. Безумец его не замечает, погружённый в свои фантазии.

Рассел осторожно проходит у него за спиной до конца коридора. Там новый поворот, к лестнице в подвал. За поворотом пусто, и он возвращается, чувствуя, как бурлит адреналин в крови.

Яо и Эрни, повинуясь знаку спутника, выходят в коридор к психу. Медленно, медленно. Чтобы не вспугнуть.

Но он лишь продолжает повторять своё «восемь», щупая стену. Когда он в очередной раз бьётся головой, Эрни вздрагивает, но не останавливается.

– Восемь… восемь… восемь…

Медбрат открывает дверь, за которой находится служебная лестница, своей картой. Они полминуты напряжённо вслушиваются в тишину.

Спускаются по очереди: Рассел, потом Яо, последним Эрни.

Внезапно снизу доносится скрежет открывающейся двери, затем грохот шагов. Кто-то звучно зевает.

Рассел хмурится и жестом велит идущим следом замереть. Сам спускается ещё ниже и очень осторожно выглядывает, снова наклонившись к полу. Перед нужной дверью стоит лысый здоровяк, покрытый татуировками. И смотрит прямо на Рассела.

Псих скалится и прыгает. Рот оскален, руки со скрюченными пальцами вытянуты. Роберт бросается ему навстречу, под ноги. Здоровяк валится, но тут же пружинисто подскакивает и жёстко хватает противника за локоть.

Вот это силища! Рассел морщится и вместо того, чтобы попытаться вырваться, приникает к противнику, всаживая колено ему в пах, а свободной рукой бьёт его кулаком в ухо. Псих рычит и падает на пол, подминая противника под себя.

Подкатывает волна паники, когда неподъёмное тело выбивает дыхание, но псих приподнимается, стремясь вцепиться покрепче, и Рассел судорожно втягивает воздух.

Со стороны лестницы доносится шум. Рассел невольно поворачивает голову и видит, как к подножию лестницы рушится человек и замирает без движения. Слишком мелкий и для доктора, и для Эрни.

Расселу некогда радоваться: псих без труда вздёргивает его на ноги и швыряет об стену. Затылок взрывается тупой болью. Сверху наваливается огромная туша и сдавливает горло.

Нечем дышать. Воздуха не хватает. Стены вокруг плывут и начинают сдвигаться. Ближе. Тяжелее. Ближе.

Рассел готов закричать, но не может.

Внезапно туша обмякает и валится навзничь. За телом стоит взъерошенный Яо.

– Другого выхода не было, – сдавленно замечает Эрни откуда-то со стороны.

Рассел судорожно хрипит, опускает глаза и видит торчащий из шеи поверженного здоровяка стилус. Странно, но крови почти нет.

– Надо идти, – негромко говорит Эрни.

И они оба – Рассел и Яо – почти синхронно встряхиваются. Доктор разворачивается к Эрни, Роберт перешагивает через распростёртое на полу тело.

Это самооборона. Мы только защищались.

Ужасно болит горло. Саднит и ноет опухший локоть.