Бесы на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Гончая уже носилась по усыпальнице, прощупывая и осматривая всё своими нечеловеческими органами восприятия. Образы меня не интересовали — я и сам всё прекрасно видел. Обширный зал, сотворённый из того же материала, что и тоннели по эту сторону шлюза. Потолок с лёгкой кривизной. Не купол, но… геометрия, которая сразу не поддавалась осмыслению. Неправильная геометрия.

И посреди всего этого — два объекта.

Саркофаг я узнал сразу. Яйцеобразное белое нечто с прозрачным верхом. Гораздо большим размером, чем потребовалось бы человеку. Вдобавок, установленное на один из торцов. И окружённое едва уловимыми искажениями. Силовой барьер или стасис. Понятия не имею, что защищает тварь, запершую себя в безвременье, укомплектованном чужими снами. А чуть поодаль располагалось…

Вот тут я затрудняюсь с формулировками.

Шипастая хрень, ежесекундно меняющая свою геометрию. Если присмотреться, шипы оборачиваются треугольниками. Иногда, в процессе вращения, мне кажется, что недоразумение складывается в пентаграммы. Игра воображения? Так или иначе, объект не имел устойчивой формы. А ещё он был изготовлен из чёрного материала, очень похожего на тот, из которого сделана обшивка колоний. Вот только…

Я направился к этой штуке, не обращая внимания на предостерегающий возглас Маро.

Антипризма завораживала.

Думаю, это именно она. Артефакт, позволяющий призывать Древних, которые ушли запредельно далеко в многомерность.

В непроницаемой черноте просматривались звёзды.

Совершенно иные созвездия, не те, что видны с Земли. А я хорошо знаю карту ночного неба вне зависимости от полушария. Доводилось ведь и под парусом ходить в те далёкие времена, когда даже компас не изобрели…

Антипризма висела над полом.

Низко висела, кто угодно сможет прикоснуться.

— Подождите, — меня нагнал Кариус. — Вы хоть знаете, как с этим обращаться?

— Нет, — честно признался я. — Михалыч знает.

— Сергей, вы меня переоцениваете, — каббалист присоединился к нашей троице, пока остальные занимали позиции, оптимальные для охраны.

Маро и Ольга держали в руках короткоствольные автоматы.

— И всё же, — я не мог понять, чего в этом зале не хватает. Возникло чувство незавершённости. — Интересны любые версии.

— Судя по тому, с чем мы столкнулись, — осторожно начал каббалист, — здешние артефакты управляются на ментальном уровне. Вопрос в том, сможет ли оперировать этими устройствами человек.

Кариус дипломатично кашлянул.

— Ваше слово, отшельник, — я повернулся к посланнику Церкви.

— У меня есть определённая… хм… подготовка, — сообщил отшельник. — Думаю, я смог бы запустить Антипризму. И выйти на связь с самим Хастуром. Но… Проблема тоже есть.

— Озвучьте, — попросил я.

Вместо ответа Кариус указал на саркофаг.

Я не сразу понял, что подразумевал этот тип. Вертикальное положение? Силовое поле? Материал? А когда понял, всё внутри похолодело.

Саркофаг был пуст.

Вот откуда взялась незавершённость!

Я шагнул вперёд, но был остановлен Михалычем:

— Не советую, ваше благородие. Мы ничего не знаем о полях, которые Древние использовали для защиты подобных… механизмов.

— Кое-что знаем, — возразил Кариус. — Это поле не направлено против живых организмов или внешних проявлений агрессии. Сам по себе саркофаг уничтожить нельзя.

— Тогда что это? — я нахмурился.

— Хронополе, — уверенно заявил отшельник. — Среда, отгораживающая нормальное время от застывшего.

Сделав ещё несколько шагов, я остановился на безопасной дистанции. Усилил зрение, чтобы рассмотреть всё, как следует. За обтекаемой прозрачной поверхностью располагалась ниша, в которую вполне мог бы поместиться чужой. Ни питающих кабелей, ни какой-нибудь фантастической жижи я не заметил. Просто гроб, обитатель которого вышел на пять секунд. Вышел, да так и не вернулся.

— А что там обычно? — спросил я.

Практически не рассчитывая на ответ.

И всё же, ответ последовал.

— Изменённое существо, не похожее на типичного представителя расы Предтеч, — сказал Кариус. — И радужная дымка. Ну, словно туман, сложенный из колеблющихся миражей.

— Откуда вы знаете? — насторожился Михалыч.

— Видел во сне, — Кариус задумчиво почесал подбородок. — Знаете, всё это дурно пахнет.

— Почему? — удивился я. — Нет бога — нет проблем.

Отшельник покачал головой:

— Вы не понимаете. Если Даарин исчез из саркофага… он точно не умер. И не растворился в своих призрачных мирах. Собственно, контур сновидений отключен, как вы видите. Думаю, потомок Хастура отправился в многомерность.

— А он умеет? — я удивился ещё больше. — Вы же говорили, что такие фокусы может вытворять исключительно Хастур. Потому что он чёрный вихрь.

— Разве я не отметил, что его потомок способен эволюционировать?

Пожимаю плечами.

Даже если и так. Эволюционировал — и свалил куда подальше. Может, и не вернётся. Сам Хастур путешествует по звёздным дорогом уже… сколько? Пятьдесят, сто тысяч лет? Непостижимые для нас цифры. Даже для меня, со всеми моими инкарнациями.

— Ладно, — я решил не спорить со знатоком. — Эволюционировал и покинул нас, грешных. Хэппи-энд. Идём домой пить чай. Ни в чём себе не отказываем.

Отшельник не ответил.

Его молчание мне не понравилось.

— Что? — я не выдержал. — Только не говорите, что вас послали не за этим, и что нужно непременно сбросить Древнему пачку свежих краденых снов. А иначе — голова с плеч.

— И это тоже, — кивнул церковник.

— Но не это главное? — я сразу уловил прозрачный намёк.

— Давайте на секунду предположим, — заявил этот псих, — что Даарин покинул усыпальницу не просто так. Что у него были поломки, и он пробудился. Или увидел в призрачных мирах то, что ему не понравилось. Настолько не понравилось, что он сбежал к отцу.

— Куда вы клоните? — я прищурился.

— Допустим, они вернутся, — продолжил отшельник. — Завтра или через год. Или через несколько веков. Вернутся в ярости.

— Ну начинается, — захотелось выматериться.

— Мой долг — установить связь с потомком Хастура, — заявил Кариус. — Выяснить, что случилось. И спасти нас всех, если уж на то пошло.

— Звучит пафосно, — прокомментировал я.

Михалыч всё это время шатался по усыпальнице, трогал стены, срисовывал Знаки. Каббалисту вообще было наплевать на иные измерения и грозных Предтеч. Мужик добрался до ценной информации.

— Раз мы сюда спустились, — с нажимом произнёс церковник, — работу нужно доделать. Таковы условия сделки.

Вот же собака…

Прижал меня к ногтю.

— Ну, если вы настаиваете, — я обречённо махнул рукой. — Делайте, что хотите.

— Благодарю, — Кариус достал из поясной сумки крохотный пузырёк. Выдернул пробочку. И, прежде чем я успел возразить, одним махом употребил содержимое. — Я ненадолго.

С этими словами отшельник улёгся на пол, который был не таким уж и холодным, закрыл глаза и полностью утратил интерес к происходящему. Еще через несколько минут я понял, что морфист нырнул…

А хрен его знает куда.

Мой взгляд остановился на Антипризме.

Устройство продолжало вытворять всякую дичь, непрерывно менять конфигурацию и не задерживаться подолгу в одной форме. Мне показалось, что рисунок созвездий внутри слегка изменился. Но это не точно.

— Что будем делать? — ко мне