Метаноя - Иеромонах Тихон (Невидимов)

Скоро я дошел до точки, где не мог больше ни роптать, ни делать вид. И в этой пустоте я вспомнил совет, который когда-то прочитал у старца Порфирия Кавсокаливита: ”Начни благодарить за все, что с тобой происходит, и увидишь, как все изменится”.

Теперь каждый раз, когда внутри поднималась волна ропота (а она поднималась постоянно), я должен был вслух или мысленно сказать: ”Слава Тебе, Господи”. Я не имел права ”разбираться” – хорошо это или плохо со мной случилось. Я просто благодарил до понимания. Самое трудное – я должен был благодарить за то, что казалось мне очевидным злом: за боль, за несправедливость, за пустоту.

Первые дни были пыткой. Когда я говорил ”слава Тебе” в ответ на плохие новости, я чувствовал себя лицемером. Язык произносил одно, сердце кричало другое. Моя гордость возмущалась: ”Ты что, благодаришь Бога за то, что Он тебя наказывает? Это же мазохизм!..”

Но я продолжал. Не потому, что поверил, а потому, что понял: ропот не помогает. Ропот – это не действие, это болезнь. Он не меняет обстоятельства, он меняет меня – в худшую сторону. Я становился мрачным, раздражительным, я заражал своей горечью всех вокруг.

...Удивительно, что благодарение Бога есть признание того, что все, что Он делает, – благо. Я не чувствовал этого блага. Но я решил довериться не чувству, а слову. Я решил, что если Бог сказал ”за все благодарите”, значит, в этом есть правда, даже если я ее не вижу.

Однажды вечером я сидел в темноте, потому что отключили свет – очередная ”мелочь”, которая выводила меня из себя. Рот уже открылся для привычного ропота, и вдруг я поймал себя на том, что... благодарю. Без усилия. Без насилия. Просто: ”Слава Тебе, Господи, за эту тишину и темноту”.

Я испугался этого. Показалось, что я схожу с ума. Но в следующий момент пришло понимание: что-то сдвинулось. Моя благодарность перестала быть обязанностью и стала... зрением. Я вдруг увидел, что в темноте я слышу дыхание спящих детей, что я не отвлечен на экран, что я наконец-то могу побыть наедине с Богом...

Я не могу сказать, что все трудности исчезли. Но изменилось отношение к ним. Я перестал воспринимать неприятности как врагов. Они стали... вестниками. Каждая проблема была как письмо, которое я сначала не хотел открывать, но, открыв, находил в нем что-то важное о себе.

Силуан Афонский говорит: ”Держи ум твой во аде и не отчаивайся”. Я понял эту фразу по-новому, когда учился благодарить. Благодарность в аду – это и есть неотчаяние. Это способность сказать: ”Ты – Господь, и Ты здесь. Значит, и этот ад – не последняя реальность”...

Я начал замечать странную закономерность: чем больше я благодарил, тем меньше я боялся. Страх живет в неопределенности, в ожидании плохого. Благодарность же – это акт доверия. Когда я благодарю, я говорю Богу: ”Я не знаю, что Ты делаешь, но я верю, что Ты делаешь благо”. И в этот момент неопределенность перестает быть угрозой, она становится пространством веры.

...Благодарение – ключ к дверям милосердия Божия. Я ощутил этот ключ в своей руке. Не то чтобы я стал святым. Но я перестал быть рабом обстоятельств. Я понял, что могу быть благодарным не за то или иное событие, а в любом событии. Потому что само событие – не главное. Главное – Тот, Кто входит в него со мной.

...Вчера я проснулся с чувством тяжести. Снова навалились проблемы. И первая мысль была: ”За что?” Не ”слава Тебе”, а ”за что?” Я сорвался. Я пророптал. Я снова стал тем, кем был.

Но теперь я хотя бы вижу это. Раньше я не замечал своего ропота, я считал его ”реалистичным взглядом на жизнь”. Теперь я знаю: ропот – это не реализм, это безверие. А благодарность – не оптимизм, это вера.

...Я не стал постоянно благодарным. Но я научился возвращаться. Я научился замечать момент, когда я сползаю в уныние, и говорить: ”Стоп. Ты благодарил. Ты знаешь, что это возможно. Начни сначала”.

Я понял что благодарение возвращает душу в ее естественное состояние – состояние единства с Богом. Когда я благодарю, я признаю, что все, что у меня есть – дар. И в этом признании я становлюсь собой, потому что человек – это существо, которое существует только в благодарности...

Бог не нуждается в моей благодарности. Но я нуждаюсь в том, чтобы благодарить. Потому что благодарность – это единственное состояние, в котором я могу принять дар. Если я не благодарен, я даже самый большой дар превращаю в повод для ропота: ”Мало дал, не вовремя дал, не то дал”...

Я все еще учусь. Но теперь я знаю, куда идти. Идти в сторону благодарения. Не потому, что жизнь станет легче. А потому, что только там, в этой благодарности, я могу встретить Того, Кто есть Источник всякой жизни.

...Сегодня утром я пролил кофе. Обычно это был бы повод для раздражения. Но я посмотрел на лужу на столе и сказал: ”Слава Тебе, Господи”. Не лицемерно. Просто вспомнил, что у меня есть кофе, есть стол, есть руки, чтобы его вытереть, есть дом, где можно пролить. И вдруг эта лужа перестала быть проблемой. Она стала напоминанием о том, как много у меня есть. Господи, научи меня благодарить всегда. Не за что-то – а Тебя. Всегда.

+

5. Невидимое крыло

(Духовный дневник обретения благодати)

.

”Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар”

(Еф. 2:8)

.

Долгое время я думал, что благодать – это особое состояние, которое можно почувствовать. Я читал жития святых, их описания небесного света, умиления, слез. И я хотел того же. Я искал. Я ждал. Я ”настраивался” на молитву, как настраивают радиоприемник, надеясь поймать волну.

Иногда мне казалось, что я поймал. После особенно усердной молитвы, после причастия, в моменты тишины вдруг разливалось тепло, на глаза наворачивались слезы, сердце становилось легким. Я думал: ”Вот она, благодать. Я достиг”.

Но эти состояния были обманчивы. Они приходили без моего ведома и уходили так же внезапно. Я не мог их удержать. И, что страшнее, я начинал ими гордиться. Я чувствовал себя ”духовным”, ”избранным”. Я смотрел на тех, у кого нет таких ”переживаний”, и мысленно их жалел – или презирал...

Я помню момент, когда впервые заподозрил, что что-то не так. После особенно ”благодатного” причастия я вышел из храма