Чернокнижник из детдома 4 - Сергей Александрович Богдашов

Наш конёк — портальная магия? Попробуем эту тему через артефакты решить. Первые эксперименты уже пошли, а дальше Хуго наработает схемы. К тому же, есть среди новичков с Даром такие, с кем по этому вопросу можно поработать.

Что касается моей личной жизни — с ней всё в порядке. Две бесстыжие блонды, едва став совершеннолетними, явно ко мне решили переселиться, к безумной зависти Катюхи.

Как-то раз, когда мы отдыхали после того как, я их расспросил про приключения с бывшим директором и его гостями. Подвыпившие, они и выложили, как на духу. Ничего не скрывая. Это же блонды! Слово стеснительность — нет, не про них. Никогда про неё не слышали. Рассказывали они свой про первый раз подробно, в деталях, чуть ли не поминутно. Кто, когда, где, сколько раз и куда. И с какими словами и приказами. И попробуй, не исполни, если каждая уже ремнём по жопе получила не раз, стоило чуть что-то против вякнуть. А тут над душой стоит директор, и ремнём в руках поигрывает.

Что могу сказать — фантазия у директора и его гостей была богатая. Чего только не заставляли исполнять, снимая на телефоны и камеру. И не один раз.

Короче, появилось у меня шесть целей в городе, которые очень скоро станут сильно страдать. И не только импотенцией, я для них такой «букет» приготовил, что врагу не пожелаю. Хуго уже получил задание отслеживать их маршруты, и я прямо завтра с утра начну. Талант малефика у меня никогда не был в числе самых сильных, но на этот мир его за глаза. Кровавыми слезами извращенцы умоются, вместе с бывшим директором детдома! Для того — отдельная кара!

Похоже, он и на других девчонках отрывался, сначала сам, а потом подставляя их «гостям». Но чем и плохо детдомовское воспитание, здесь про такое говорить не принято. Все молчат. Чисто, ради собственной безопасности. Иначе «по кругу пойдёшь», а потом — прямая дорога в бани, где уже никто ни о чём не станет спрашивать. Собственно, половине малышни и была уготована такая судьба, если бы не я.

— «Желание клиента — закон. Выполняй, всё что клиент скажет», — живо втолкуют армяне несмышлёной девчонке те понятия, которые составят смысл её работы в банях, отравляя её в первый тур, а она даже и представления не имеет, насколько эти распоряжения могут оказаться разнообразны. И ещё ладно, если в одного!

Но я с этим покончил!

За последний год никто из детдома в бани не бегал и ноги с ягодицами по щелкану клиента там не раздвигал, как было раньше!

От Хуго я знаю, что армяне восполнили дефицит по «персоналу» с первого детдома, теми, кто постарше, а остальных банщики взяли из бараков кирпичного завода. Там нынче безработица, оттого кого угодно можно заказать и найти. Зачастую, всего за пару — тройку бутылок палёной водки. Если нет, то вопрос лишь в цене. Но всё довольно недорого. Практически, на уровне малышни из детдома. Всего-то нужно было озадачить «специалистов» из тех же бараков, приняв их в агенты за деньги. Они быстро подберут, что заказано. Зачастую, исходя из личного опыта. Так что бани работают, пусть и «услуги» нынче слегка подорожали.

* * *

Если что, то моё очередное усиление выйдет лёгким. Там делов-то на десять минут. А вот блондам не поздоровится! И ладно, если бы их каналы пришлось мне прокачивать на руках или ногах, так нет же, почти на самых сокровенных местах!

Для меня неудобство, а они глазёнками сверкают и жмурятся.

Э-э… низ живота. Там и руку придётся положить, и не Бог весть, что они себе при этом представят!

Но вышло, как вышло.

Кстати, вполне цивилизованно получилось.

Ничего, кроме уже ранее пройденного потом не случилось. А это почти успех! Я уже был готов к худшему. Если что, сам порой не представляю, чего от блонд можно ожидать!

Промышленный комплекс у нас работает без перебоев, и очень активно.

Этак, на восемь — двенадцать миллионов рублей в месяц. И то, ограничения есть лишь по числу заказов.

Хуго досадует, что мы работаем на треть мощностей, но сам же и утверждает — больше пока нельзя. Иначе цена изделий упадёт.

Спорить с нейрой? Да Боже упаси! У Хуго аргументы железобетонные! Не на сотню раз проверенные!

— Хуго, а ты сможешь второго ХУКа собрать? — чутка подумав, озадачил я нейру, — Я бы их в два отряда послал, но нужна будет связь, есть варианты?

Хех, у нейры спрашивать про варианты, это словно блондам вопрос про трусики задавать, типа — какие им больше нравятся?

Я задал его как-то раз… Короче, это была большая ошибка! Колоссальная! Больше никогда так делать не буду!

И нет, не спрашивайте почему! Не расскажу!

Но Хуго обрадовал.

— «Прототип готов на семьдесят процентов. Связь — квантовая, через артефакт-ретранслятор. Дальность — до пятисот километров. Защита от перехвата — абсолютная».

Я присвистнул. Квантовая связь — это вам не рация на батарейках. Это уровень, которому даже наши кураторы из ФСБ завидовать будут.

— Собирай. Потом покажешь.

Но главное, что Хуго выдумал с производством. Не то чтобы придумал — он его напрочь перевернул. Теперь артефакты делаются не так, как раньше, и даже не так, как у конкурентов. Всё происходит иначе.

Ван показал мне процесс — я офигел.

Обычный человек берёт заготовку, потом режет по шаблону, потом вручную впаивает руны, потом проверяет. Это если хорошо. Если плохо — пропускает этапы, и артефакт выходит бракованный. У нас теперь всё идёт через Хуго.

Сначала нейросеть получает заказ. Разбирает его на составляющие: какой тип артефакта, какие параметры, какой бюджет. Потом запускает симуляцию — триста вариантов за секунду. Выбирает оптимальный. Не тот, который самый дешёвый или самый мощный, а тот, где существует баланс. Чтобы работало долго и не ломалось.

Дальше — материал. Хуго сам решает, какой минерал пойдёт на подложку, какой кристалл заказать у поставщиков, а какой — взять со склада. Он же отслеживает качество. Если кристалл с трещиной — даже не предлагает его использовать, возвращая его изготовителю.

Потом — изготовление. Станки работают без людей. Заготовка движется по конвейеру, камеры сканируют её на каждом этапе. Отклонение в пару микрон — Хуго останавливает линию, корректирует программу. Раньше из-за таких мелочей брак шёл процентов десять. Теперь — меньше трёх. И те — из-за того, что сырьё попалось