Борьба с вредительством в СССР. 1927-1941 гг. - Олег Борисович Мозохин

б) вырабатывали и проводили основные планы технико-экономического вредительства;

в) вырабатывали и проводили основные планы военного вредительства;

г) возглавляли вредительские ячейки к.-р. Организации в подведомственных им управлениях и отделах НКПС, на дорогах и вне НКПС;

д) вырабатывали технику вредительства по возглавляемым ими отраслям транспортного хозяйства и давали директивные указания по вредительству членами к.-р. организации, работавшим в этих отраслях;

е) вербовали членов в образованную ими к.-р. организацию, причем специально размещали таковых на командных должностях, обеспечивающих успех вредительству;

ж) организовали в целях вредительства на транспорте кадры, так называемых «своих» людей, хотя и не входивших в к.-р. организацию, но разделявших ее идеологическую установку;

з) всемерно настраивали против советской власти лояльных работников транспорта – инженеров, создавая при этом для не поддающегося их контрреволюционному влиянию инженерства такие условия, при которых известная часть последнего была вынуждена или уйти с транспорта, или же помимо своей воли выполнять вредительские мероприятия из боязни лишиться места;

и) играя видную роль в редакциях технической транспортной прессы, использовали последнюю для прикрытия вредительства и для обработки общественного мнения при проведении разного рода вредительских крупных проектов; равным образом, занимая ответственные посты в учреждениях научно-исследовательского характера, использовали в целях вредительства то доверие, которое рабоче-крестьянская власть оказывает науке и ее представителям;

к) составляли руководящее ядро контрреволюционной вредительской организации»[240].

Гиммельфаб, Дмоховский, Лавров, Бесядовский, Величко, Масленников, Рогинский, Миткевич, Зеленский, Наумов, Мокршицкий, Дисковский, Минут, Полозов, Мелентьев и Михалевский в том, что, являясь непримиримыми врагами рабоче-крестьянской власти, вошли членами в указанную контрреволюционную вредительскую организацию и непосредственно осуществляли вредительские акты, как по директивам членов руководящего ядра организации, так и проявляя личную инициативу.

Все вышепоименованные обвинялись в том, что для достижения поставленной контрреволюционной вредительской организацией цели – свержения советской власти:

«а) срывали обороноспособность транспорта как в области пропускной его способности, так и провозной, осуществив для этого целый ряд специальных вредительских мероприятий с расчетом поставить рабоче-крестьянскую страну в тяжелое положение при интервенции и тем самым оказать помощь международному капиталу;

б) своими вредительскими распоряжениями и непосредственными вредительскими действиями всемерно ослабляли хозяйственную мощь транспорта, а именно:

Разрушали его основной капитал (паровозы, вагоны и проч.).

Направляли средства на ненужное или преждевременное строительство.

Срывали мероприятия по рационализации.

Удорожали производимые работы.

Вырабатывали ложные технико-экономические показатели и на основании последних составляли неправильные технические проекты.

Создавали технические условия работы, вызывавшие недовольство рабочих и служащих транспорта.

Срывали перевозки вообще, и особенно, хлебные.

Вели борьбу против коммунизации транспортного аппарата и усиления его техническими силами, лояльно относящимися к советской власти.

Представляли в высшие учреждения заведомо ложные доклады о достижениях в области развития транспортного хозяйства;

в) осуществляли в интересах бывших владельцев частных железных дорог целый ряд вредительских мероприятий, направленных к тому, чтобы, с одной стороны, лишить Советский Союз возможности полностью и правильно использовать национализированное транспортное имущество, а с другой – усилить за счет Советского Союза бывшие частные дороги подвижным составом, путевыми и тяговыми обустройствами и пр., оберегая тем самым интересы бывшего Совета частных ж. д., функции которого они нелегально выполняли на советской территории»[241].

В газете «Правда» от 24 мая сообщалось, что ОГПУ раскрыта контрреволюционная организация на железнодорожном транспорте, ставившая себе целью свержение советской власти, оказание помощи иностранной интервенции и восстановление в стране капиталистического строя. Своей цели они добивались путем вредительства и дезорганизации транспорта.

Идеологическими вдохновителями и практическими руководителями в них были:

Н. К. Фон-Мекк – бывший потомственным дворянин, бывший председатель правления общества частной Московско-Казанской железной дороги, ее крупнейший акционер. В последнее время – начальник экономической секции Центрально-планового управления НКПС.

А. Ф. Величко – бывший потомственный дворянин, бывший начальник перевозок при царской Ставке. В последнее время член президиума Всесоюзной ассоциации инженеров и председатель ее транспортной секции, член союзной ассоциации инженеров и председатель ее транспортной секции, член Центрального комитета НКПС по перевозкам.

Коллегия ОГПУ на заседании от 22 мая 1929 г. постановила: фон-Мекка и Величко как контрреволюционных вредителей и непримиримых врагов советской власти расстрелять (приговор приведен в исполнение). Остальные участники контрреволюционной организации приговорены на разные сроки заключения в концлагеря[242].

На 12 января 1931 г. по данным полученным из 19 железнодорожных линейных судов и прокуроров было «возбуждено против работников транспорта 857 дел»[243].

В приказе ОГПУ № 25/12 от 14 января 1931 г. «О нерациональном использовании подвижного состава клиентурой транспорта» отмечалось, что клиентура транспорта использует нерационально подвижной состав и предъявляет совершенно нереальные заявки на вагоны. Эти явления имеют место вследствие явного вредительства со стороны плановых ячеек хозяйственных объединений, заготовительных и торговых организаций, а также вследствие головотяпства и преступной халатности со стороны отдельных работников этих организаций.

Суть преступных действий сводилась к тому, что давались заявки на перевозки хаотически в зимнее время, не рассматривая возможность отправить эти грузы в летнее, когда транспорт наиболее свободен. Внесенные в план перевозок заявки менялись, в силу чего транспорт вынужден был возвращать поданный порожняк, что дезорганизовало работу отдельных дорог. Клиентура самым безобразным образом производила погрузку, выгрузку и вывоз своих товаров из транспортных складов, тем самым создавая простои в обороте вагонов.

Констатировалось, что дело привлечения к уголовной ответственности представителей клиентуры как за вредительство, так и за преступную бесхозяйственность поставлено плохо. Следствия по таким делам велись вялыми темпами. Показательные процессы не ставились.

Ягода приказал исправить данную ситуацию, приказав ежедневно получать от Транспортного отдела ОГПУ сведения о преступных действиях клиентуры транспорта, ударно вести следствие и поставить ряд показательных процессов. Взять в агентурную разработку аппараты хозяйственных объединений, заготовительных и торговых организаций, обнаруженных вредителей и саботажников предавать суду, а в отношении лиц, не справляющихся с работой, ставить вопрос о снятии с должности перед соответствующими организациями. Ввиду того что материалов о преступлениях, связанных с использованием клиентурой железнодорожного и водного транспорта, более чем достаточно, показательные дела поставить в течение двух недель от момента получения настоящего приказа.

Сводки о проделанной в этой области работе направлять начальнику Транспортного отдела ОГПУ[244].

Приказ ОГПУ № 0069 от 16 февраля 1933 г. констатировал, что ликвидированные транспортными органами ОГПУ за последнее время на дорогах контрреволюционные организации и ячейки указывают на активизацию контрреволюционных элементов на транспорте. Перед чекистами стоит задача: разгромить контрреволюцию в кратчайший срок. Для этого необходимо понять, что «фиксированием», «информированием» и «сигнализацией» контрреволюцию разбить нельзя.

Для того чтобы сосредоточенными в одном направлении усилиями нанести сокрушительный удар по контрреволюции, чекистам-транспортникам предлагалось немедленно перестроить свою агентурно-оперативную работу.

Пересмотреть все осведомление и решительно вычистить из его рядов все те элементы, которые в связи с изменившейся обстановкой и формами классовой