Путь Наставника - Игорь Ан

Бивень засмеялся.

— Под свою ответственность? Да ты кто такой, чтобы ответственность у тебя была? Нищий, грязный, памяти лишённый беспризорник? Я заступился за тебя перед Костью, потому что пожалел. Решил, что смелость твоя от забывчивости, — Бивень поболтал ладонью в воздухе у виска. — А оно вона как, оказывается. Ты реально берега попутал.

— Посмотрим, — сказал я спокойно. — Но его я тебе не отдам.

— Не отдашь? — Бивень отпустил Куцего, и тот упал на колени, хватая ртом воздух. — Ах ты…

Он двинулся на меня, но в его глазах я не видел желания драться. Он хотел запугать. Сломать. Показать, кто здесь главный.

Я стоял на месте не отступая.

— Бивень, подумай, — сказал я. — На чьей ты стороне? Мостовики — они нам кто? Такие же беспризорники. Только отмороженные. Их главарь награду назначил, а ты ему подыграть решил. Так много даст? А вдруг не виновен Куцый?

— Мне плевать, — Бивень скривился. — Награда не пахнет.

Он шагнул к Куцему, схватил его за ворот и рывком поднял на ноги.

— Пошли, крыса. Мостовики тебя заждались.

Куцый захрипел. Бивень вдруг встряхнул свою жертву и резко перехватил горло, сжал пальцы. Лицо пацана начало багроветь. Он пытался дышать, но не мог. Только хрипел, и этот звук разрывал тишину проулка.

Гриша испуганно и затравленно смотрел на меня не мигая. В его безмолвном крике я слышал мольбу: сделай что-нибудь, ты же можешь!

Бивень ухмылялся, наслаждаясь своей силой. Душил он Куцего не просто так, а демонстрировал мне, что может. И за это ему ничего не будет.

— Сдохнет тут — не жалко, — сказал он мне. — Мостовики и за труп крысы награду дадут. Им главное — чтоб не бегал.

Всё произошло очень быстро.

Я бросился вперёд.

Тело среагировало само. Так, как сделал бы Огрызок — импульсивно и глупо. Контролировать молодое тело напичканное гормонами — то еще занятие. Я попросту не успел. Мозг не успел.

Бивень отшвырнул меня, будто во мне и веса не было.

В ушу балансу уделяется отдельное внимание. Статические стойки на одной ноге — Сюйбу — пустой шаг, медленные переходы, динамические балансы, укрепление определенной группы мышц. И, наконец, осознанное распределение веса.

Я упал в грязь и покатился по земле.

Но тело под контроль я уже взял.

Центр тяжести ниже. Согнутое колено в землю, в грязь, но плевать. Оборот. Руки в стороны, одна чуть выше, другая ниже. Замедление вращения, равновесие. Следующий оборот. Колено распрямить. Центр тяжести выше. Оборот. Ногу чуть дальше по ходу движения. На долю секунды я замер в Баньмабу, а затем поднял руки к груди, завершая движение и выпрямляясь.

Гриша, да все кроме Бивня, смотрели на меня, словно я только что вытащил шляпу из кролика — удивлённо, не веря своим глазам, с долей восхищения и испуга. Так смотрят на акробатов, но мне эти взгляды были знакомы. Порой, движения в ушу производят такой эффект.

В своём старом возрастном теле я выполнил бы эту остановку и подъём гораздо быстрее и изящней. Отсутствие растяжки и тренированного вестибулярного аппарата сказывалось.

Но Бивень не обратил никакого внимания на мои движения. Он всё сильнее и сильнее сжимал горло Куцего. А тот уже даже не хрипел, просто висел в его руках, безвольный, как тряпичная кукла. Бивень убивал его. Реально, прямо здесь у всех на глазах.

И в тот же миг перед глазами вспыхнуло красным.

[ВНИМАНИЕ! Угроза разрыва связи «Наставник — Ученик»]

[Ученик: Куцый. Уровень угрозы: критический]

Я вдруг ощутил, как дрожит недавно образованная связь. Натянулась, словно тонкий стальной тросик или струна, звенит, но пока держит. Но что будет, если…

[Последствия разрыва связи: −50 % от накопленных ОН, временная блокировка навыков (72 часа), резкое ухудшение физического состояния (слабость, головокружение, потеря сознания), невозможность формирования новой связи ближайшие 7 дней]

[До разрыва связи осталось: менее минуты]

Система предупредила. И я понимал: если Куцый умрёт, я потеряю всё. Ситуация ясна до предела.

Глава 14

Куцый хрипел. Бивень с выражением садиста на лице и упорством гидравлического пресса сдавливал его тощую грязную шею.

[Ученик: Куцый. Уровень угрозы: критический]

[До разрыва связи: 32 секунды]

Красное полыхнуло на краю зрения. Там было что-то ещё, но я не стал читать дальше. Не до того.

Тело уже двигалось.

Молодое, тощее, чужое — оно снова рвалось вперёд, на эмоциях, наобум. Но на этот раз я был готов. Я успел перехватить этот рывок, перенаправить. Не лоб в лоб. С таким, как Бивень, лоб в лоб — самоубийство. Уже попробовал. Он попросту снова бы меня окинул. А ещё вероятность навредить… Даже слабый неудачный толчок — и пальцы на горле Куцего сожмутся в последний раз.

Значит, не толкать. Не тянуть. Заставить разжать!

Я знал, как это делается. Годами я объяснял мальчишкам, что человеческая рука — это не клещи. Это сухожилия, нервы и пара точек, которые отключают хват сами, без согласия хозяина. Вот он — момент, когда знания пригодятся в реальной схватке.

Короткий, стремительный шаг, чтобы Бивень не успел прочитать угрозу, чтобы не успел причинить непоправимый вред Куцему.

Я зашёл сбоку, под локоть руки, державшей горло. И ударил. В кисть.

Вытянутой чуть вперёд костяшкой среднего пальца — резко, наискось, по тыльной стороне между большим и указательным. Хэгу. Точка, в которой собирается весь сухожильный пучок сжатой ладони. Бьёшь — пальцы разжимаются раньше, чем мозг сообразит. А если есть проблемы в теле, то ещё и боль. Невыносимая в некоторых случаях.

Бивень рыкнул от неожиданности и боли. Рука дёрнулась. Хват на горле Куцего ослаб — не до конца, но достаточно.

Куцый со свистом втянул воздух — я услышал это даже сквозь шум гулких ударов собственной крови в ушах.

[Связь «Наставник — Ученик»: угроза разрыва критична. Стабилизация… ]

Но времени на раздумья у меня не было. Нельзя останавливаться, надо добивать. Пока Бивень не опомнился, пока его внимание отвлеклось на немеющую от боли руку. Я добавил ребром ладони по внутренней стороне его запястья. Нэйгуань. Не калечит, но руку отсушит на полминуты — мне больше и не надо.

Пальцы Бивня разжались сами собой.

Куцый рухнул на колени, кашляя, хватая воздух смятым горлом. Живой. Зато живой!

И в ту же секунду я отпрыгнул назад. Два шага, три. Стоп. Поднял раскрытые ладони — пустые, на уровне плеч. Жест, понятный любому, кто хоть раз стоял в круге: я