Маньчжурия. Финал Второй мировой войны - Алексей Васильевич Шишов

Наступление велось стремительно: за первый день забайкальцы и кавалерия Монгольской народно-революционной армии совершили впечатяющие маршброски. По пути сбивались японские отряды прикрытия границы. Лидером стала 6-я гвардейская танковая армия, которая преодолела свыше 150 километров и вышла к отрогам Большого Хингана, готовая идти по горным перевалам. 17-я армия продвинулась на 50 километров, 61-я танковая армия 39-й армии прошла 80 километров.

Войска 36-й армии командарма А.А. Лучинского с ходу форсировали реку Аргунь, преодолели Чжалайнор-Маньчжурский укрепрайон и продвинулись в направлении Хайлара почти на 40 километров. В боевом донесении писалось: «Разведчики 36-й армии, переплыв на ленд-лизовских амфибиях „Джи-Эм-Си“ пограничную Аргунь, гранатами истребили японские заставы. Вперед, на Хайлар!»

Будущий генерал армии А.А. Лучинский вспоминал о том, как он прибыл на Дальний Восток, как чувствовал себя в новой роли, и как его войска 9 августа начали для себя войну с Японией: «В июне 1945 года, после парада Победы в Москве, меня назначили командующим 36-й армии в Забайкалье.

…Как ни тяжело мне было расставаться со своей боевой 26-й армией, однако пришлось вместе с начальником штаба генерал-майором С.М. Рогачевским и небольшой группой штабных офицеров самолетом вылетать из Германии в Читу.

36-я армия включала семь стрелковых и зенитно-артиллерийскую дивизию, два укрепленных района, танковую и инженерную бригады, а также несколько отдельных специальных частей. По приезду мы сразу с головой окнулись в работу: новой была обстановка, новыми – люди, вместе с которыми предстояло воевать.

В соответствии с разработанным командованием Забайкальского фронта планом операции 36-я армия должна была разгромить Чжалайнор-Хайларскую группировку противника, овладеть значительной территорией и выйти на рубеж: гора Баян-Цаган, Сумэ, река Иман-гол, город Хайлар.

Сведения о противнике у нас были весьма неточными. Они ограничивались приблизительным начертанием границ Маньчжуро-Чжалайнорского и Хайларского укрепленных районов и слухами, что в северо-западной части Маньчжурии дислоцируются две японские пехотные и белоказачья дивизии, да еще шесть отдельных полков маньчжурской кавалерии. Можно было ожидать также подхода из оперативных резервов противника японской пехотной дивизии с бронепоездами.

Уточнить положение противника было невозможно: чтобы сохранить фактор внезапности, нам запретили располагаться ближе, чем в двадцати километрах от государственной границы.

В середине июля нас посетил главнокомандующий войсками Дальнего Востока А.М. Василевский. Сопровождаемый командующим Забайкальским фронтом Р.Я. Малиновским и мною, он провел тщательную рекогносцировку участка границы от станции Отпор на восток, вдоль реки Вргунь, до селения Старый-Цурухайтуй. После этого утвердил мое решение. Оно заключалось в том, чтобы главный удар силами пяти стрелковых дивизий и танковой бригады нанести в направлении на Старый-Цурухайтуй и Хайлар, а вспомогательный, силами двух стрелковых дивизий и двух артиллерийско-пулеметных бригад, – от станции Отпор в направлении станций Маньчжурия и Чжалайнор.

9 августа для воинов-забайкальцев наступила первая фронтовая ночь. Прежде всего, требовалось до рассвета бесшумно снять все японские пограничные заставы. Потом навести переправу через глубокую, в полтораста метров шириной, реку Аргунь. Вся сложность здесь заключалась в невозможности без предварительного устройства дороги преодолеть заболоченную, достигавшую местами 12 километров речную пойму.

Леса в даурской степи нет, и это заставило нас разбирать дома покинутого жителями селения Старый-Цурухайтуй, чтобы соорудить деревянно-щитовую дорогу. Руководил устройством переправы начальник инженерных войск Забайкальского фронта генерал-полковник А.Д. Цирлин.

Ко всему прочему, густой туман осложнил ориентирование ночью на незнакомой местности. Артиллеристам приходилось буквально наощупь отыскивать свои обозначенные колышками огневые позиции. Саперам 68-й инженерной бригады тяжело было монтировать деревянно-щитовую дорогу по заболоченной пойме, а понтонерам – наводить через Аргунь мосты. Однако с этой задачей они справились все-таки в срок.

Внезапный удар советских войск застал японцев врасплох…

…36-я армия наступала по трем направлениям.

Правая колонна, составленная из полков 293-й и 298-й стрелковых дивизий, а также двух артиллерийско-пулеметных бригад, под общим командованием генерал-лейтенанта С.С. Фоменко, дружно атаковала станции Маньчжурия и Чжалайнор. Японцы, потеряв убитыми 450 и пленными 90 солдат и офицеров, начали поспешно отступать вдоль железной дороги к станции Цаган. В качестве трофеев нам достался бронепоезд, крупные склады продовольствия, горючего и боеприпасов.

Обстановка на левом фланге была сложнее. Здесь японцы для наблюдения за поймой Аргуни оставили слабые пограничные кордоны, а главные силы – 119-ю пехотную дивизию, 80-ю пехотную бригаду и несколько отдельных частей армии Маньчжоу-Го – разместили в Хайларском укрепленном районе и по западным склонам Хингана. Эта группировка была удалена от Аргуни больше чем на 100 километров.

Нетрудно себе представить, как могли выглядеть наши стрелковые дивизии после стокилометрового перехода по безводной степи при тридцатиградусной жаре. Чтобы максимально использовать свое преимущество над противником в танках и не потерять элемент внезапности, я решил атакой танковой бригады с ходу расколоть оперативное построение врага.

Для этого выделил передовой отряд, в который вошли 205-я танковая бригада полковника Н.А. Курносова, 152-й полк 94-й стрелковой дивизии на автомашинах, 158-й отдельный истребительный противотанковый дивизион 32-го гвардейского минометного полка, 97-й легкий артиллерийский полк, отдельный самоходно-артиллерийский дивизион, 465-й минометно-зенитный полк. Начальником отряда назначил заместителя командира 86-го стрелкового корпуса генерал-майора В.А. Бурмасова.

Его задача заключалась в том, чтобы очистить от противника дорогу Старый-Цурухайтуй – постоялый двор Бурхата, исключая Хайлар; захватить и сдерживать до подхода главных сил армии мост через Аргунь восточнее Хайлара; помешать противнику передвигаться по шоссе и Биньманской железной дороге, между Хайларом и станцией Якеши.

Центральная колонна 36-й армии включала 94-ю и 210-ю стрелковые дивизии 86-го стрелкового корпуса. Командовал ими генерал-майор Г.В. Ревуненков. После переправы через Аргунь в районе урочища Дурой эта колонна должна была овладеть горным хребтом Хайран и наступать на Хайлар.

Левой колонне, включавшей 103-й и 292-й стрелковые дивизии под командованием командира 2-го стрелкового корпуса генерал-майора Д.Е. Петрова, предстояло вслед за передовым отрядом перейти по мосту Аргунь, овладеть селением Драгоценка и разоружить белоказаков Трехречья. В дальнейшем 2-й стрелковый корпус должен был наступать через Нежен-Булак в направлении станции Якеши и разгромить 119-ю пехотную дивизию японцев.

В моем резерве оставалась 275-я стрелковая дивизия под командованием полковника К.Ф. Майорова. Ее задача заключалась в том, чтобы наступать по дороге Старый-Цурухайтуй – постоялый двор Бурхата, где к исходу 9 августа намечалось развернуть командный пункт армии.

Вечером этого дня передовой армейский отряд, не встретив серьезного сопротивления, подошел к Хайларскому укрепленному району. Здесь, пользуясь наступившей темнотой, он обошел вражеские укрепления с востока, захватил мост через Аргунь, военный аэродром и продовольственные склады на восточной окраине города.

С рассветом 10 августа между советскими и японскими войсками разгорелась перестрелка. С окрестных сопок, открывая расположение долговременных сооружений, потянулись огненные пунктиры трассирующих снарядов и пуль…»

Перешедшая в наступление 36-я армия в первый же день