Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

есть и скамейки для сиденья, видишь внизу разбросанныя зеленеющия деревья, и под ними в двух местах кружащиеся качели; одни в виде лодочек, другие в виде четырех красивых яликов с развевающимися разноцветными флагами; далее видны две беседки, соединенныя продолговатою галереею – для метания шаров в кегли. Пред глазами пестреющия группы гуляющих, роща, шоссе, синеющее взморье и все приятности Екатерингофа с окружными дачами, садами, лугами и пригорками»[237].

Арендатору павильона «Горы», «пострадавшему во время наводнения» 1824 г., было выдано 1500 руб., с возвратом в течение 6 лет с процентами.

Первого мая 1834 г. в павильоне, перешедшем в ведение города, укрылись от дождя семь человек музыкантов гвардейских полков и пожарный полицейский служитель. Из дневника А.С. Пушкина: «Гуляние 1-го мая не удалось от дурной погоды <…> Случилось несчастие: какая-то деревянная башня, памятник затей Милорадовича в Екатерингофе, обрушилась, и несколько людей, бывших на ней ушиблись»[238].

Восьмого мая Комитет городских строений на своем заседании констатировал, что «по наступлении летняго времени прибывшем в Екатерингоф, гулянье обвалились балки в круглой деревянной горе». «Для избежания несчастнаго случая, подобно тому, какой произошел во время гулянья 1 сего Мая», Комитет поручил архитектору В.И. Беретти вместе с членом Комитета полковником Петром Алексеевичем Титовым «освидетельствовать немедленно на месте все Екатерингофские строения на отчете города лежашие»[239].

Через четыре дня причину обрушения балок установили: «по гнилости».

«Петербургский листок» в январских выпусках разных лет неоднократно упоминал, что помимо разных увеселений в Екатерингофе есть и ледяные горы.

На Пасхе ледяные горы заменялись деревянными. На «Плане Шуберта» на территории парка около нынешнего Сутугина моста показаны две горы. В течение скольких лет ставились в Екатерингофе деревянные горы, выяснить пока не удалось.

Неизвестный художник. Архитектор В.И. Беретти.

С прижизненного портрета

Гладко отполированные доски ската смазывались мылом «для большей скользкости». Скатывались на ковриках, «лубках». Поставленные на колесики тележки просуществовали недолго «в виду частых несчастных случаев».

На перекидных качелях было тоже немало таковых. Вследствие плохо закрытой дверцы в движущихся ящиках качелей качающиеся «падали с высоты и разбивались до смерти»[240].

22 марта 1903 г. Управа заключила контракт с крестьянкой села Завидово Клинского уезда Московской губернии Прасковьей Егоровной Егоровой на отдачу ей в арендное содержание на три лета 1903-1905 гг. места «под постановку карусели в Екатерингофском саду» с платой в доход города 211 рублей за каждое лето[241].

Смотрительский дом

В 1829 г. был закончен «дом для Смотрителя и служительской команды Екатерингофа». По поводу автора проекта дома существует две точки зрения: В.И. Беретти, «возможно В.И. Беретти». В описи Смотрительского дома 1880 г. присутствует фраза: «Сведений о времени и стоимости сооружения в делах Управы не разыскано»[242].

Дом в плане представлял собой квадрат (9,33 на 9 саженей). Площадь, занимаемая им, с одной (с надворной стороны) деревянной 2-этажной пристройкой с сенями из столбов, забранных и обшитых досками, составляла 396 кв. м. В пристройке находились отхожие места. Высота дома составляла 6,6 м. Дом на каменном фундаменте, срубленный из бревен, обшитый снаружи досками, окрашенный масляной краской и крытый железом, имел с лицевой стороны фронтон с колоннами и два входа. На 1880 г. внутри дома стены комнат и потолки были оштукатурены (в начале ХХ в. стены не только штукатурились, но и оклеивались). Полы сосновые, двери «столярной работы с медными и железными приборами», круглые и железные печи, кухонные кирпичные очаги[243].

Дом смотрителя Екатерингофа (Смотрительский дом). Рисунок фасада

Участок, на котором находился Смотрительский дом, имел площадь 1935 кв. м, включал в себя (в 1880-1903 гг.), помимо дома, «сторожевскую будку», досчатые мусорный ящик, помойную яму, нежилой сарай, рубленые бревенчатые службы, ледник и хлев.

Караульный дом

В 1834 г. у Молвинского моста по проекту В.И. Беретти выстроили деревянный караульный дом. По расчету Комитета городских строений, караул должен был состоять из одного унтер-офицера, до десяти рядовых солдат, двух казаков «для посылок» и сторожа «для присмотра за чистотою и со стороны»[244].

Площадь, занимаемая строением, составляла 252 кв. м (1882 г.).

Городская дума «нашла выгодным для города» упраздненный караульный дом продать с публичного торга, а землю под домом – более 1000 кв. м – отдать после торгов под «выстройку дачи»[245]. Хотя теоретически возможности у Думы продлить жизнь караульного дома были.

Так, в 1873 г. царскосельский купец Бобков, петергофский мещанин Александров и крестьянин Кириллов обратились в Думу с прошениями. Первые двое – об отдаче им в 10-летнее арендное содержание дома (с приличной ежегодной платой в 85 руб.), с ремонтом строения за свой счет, Кириллов – об отводе ему участка городской земли, вместе с караульным домом, в «вечное пользование».

Но Бобков и Кириллов заявили, что они желают приобрести караульный дом для устройства в нем мелочной торговли[246]. В этом случае Дума немедленно отобрала бы участок с караульным домом обратно в распоряжение города. Зная о намерениях заявителей, Дума нарушила бы установление, что пользователи участков «не имеют права открывать в выстроенных строениях ни торговаго, ни фабричнаго, ни другаго какого-либо заведения». Поэтому выгодные с финансовой точки зрения предложения вышеуказанных трех лиц Дума отклонила.

Одной из статей дохода города была продажа строений в парке, дальнейшее содержание или ремонт которых Дума признавала для себя делом невыгодным.

Так случилось с бывшим («упраздненным») караульным домом.

В 1871 г. Хозяйственно-строительная комиссия попросила Думу, в связи с разрешением ею работ по ремонту караульного дома по смете в 694 руб. 81 коп., «войти в разсмотрение» следующих вопросов. Представляется ли выгодным для города производить на этот ремонт затраты, в виду незначительности дохода, получаемого городом от дома – всего 100 руб. 51 коп.? «Не признается ли более полезным для городской казны продать означенный дом или отдать его в арендное содержание на более продолжительный срок, с таким условием, чтобы приведение этого дома в исправное состояние и дальнейшее поддержание его ремонтом в продолжение контрактнаго срока оставалось на ответственности арендатора?»

В конечном итоге Управа нашла более выгодным для города упраздненный екатерингофский караульный дом продать с публичного торга, а землю под ним (более 1 тыс. кв. м) отдать в пользование под постройку дачи, начав торг с суммы 15 копеек в год за каждую квадратную сажень. Причем в «кондициях» пояснить, что лицо, «взявшее в пользование землю, может оставить на оной означенный дом, если приобретет оный покупкою от города или если таковой будет передан ему лицом, купившим этот дом; в противном случае дом этот с пристройкою покупщик обязан сломать и место очистить по уплате денег за оный в течение двух недель с дня объявления ему о том, обезпечив