Бастард Императора. Том 29. - Андрей Юрьевич Орлов

он сделал несколько рваных вдохов. — … когда-то союзников страны предал нас, — слова давались ему с трудом, каждое звучало, словно разрез по его животу. — Он нанёс удар внезапно, вместе с китайским императором, — голос дрогнул, но в глазах всё ещё тлел упрямый огонь. — Я отбился, отбил страну, но цена… — Акихиро Хинодэ криво усмехнулся, губы растянулись в жёсткой, уставшей улыбке. — Цена уже ими заплачена сполна!

— Верю, — едва заметно улыбнулся я в ответ, при этом всё так же воздействуя своей энергией, упорядочивая его собственную. — Что стало с вашим аспектом? — спросил тише. — Я ощущаю лишь половину от прежней мощи, и она продолжает убывать.

Он слегка, почти незаметно кивнул.

— Я понимал, что уже не смогу сражаться, как прежде, — голос мужчины звучал глухо. — Даже стоять не получится. Мои силы уходили, покидали меня, как вода, уходящая в трещины. Да и что мог сделать старый скелет? — горькая самоирония едва коснулась его губ. — Японии необходим был новый сильный правитель. Моя жена не подходила на эту роль, а сын получил тяжёлую рану. Старшая дочь не дотягивала по силе. Но младшая… Аяна. Она уже достигла большого успеха, и я понимал, что, получив аспект, дочка станет куда сильнее.

Пальцы мужчины слабо сжались в складках простыни.

— И так как целители в целом не пророчили мне долгую жизнь… — тихо добавил он, — а поддерживать её всё это время могла лишь твоя сестра, я решил передать часть аспекта дочери… И это сработало. Она стала невероятно сильной, — в его взгляде вспыхнула гордость отца. — Однако теперь вынуждена стать новой императрицей, — глухо закончил мужчина.

Я спокойно кивнул, слушая его и продолжая подпитывать энергией повреждённую структуру, насколько позволяло состояние источника.

По отпечаткам силы ясно читалось, что Эйр очень долго боролась за жизнь Акихиро Хинодэ. Она сделала многое, буквально сражаясь за его жизнь с самой смертью, но вылечить полностью не смогла. И не получится даже у меня.

Потому что источник треснул надвое.

Внутри бывшего императора Японии сейчас хозяйничает такой хаос, что без печатей Эйр, перенаправляющих и сдерживающих энергию, организм давно бы развалился. Потоки силы норовили рвануть в разные стороны, каждый вдох сопровождался едва заметными вспышками у сердца.

Так что своей жизнью Акихиро Хинодэ по сути обязан именно ей.

— Сергей, — продолжил мужчина после короткой паузы. — Я очень виноват перед тобой… — он посмотрел прямо мне в глаза, без попытки оправдаться. — Всё же из-за меня Аяне пришлось… уйти из твоего Рода. А это, как ты сам знаешь, позор.

Я усмехнулся уголком губ.

— Вот уж не думал, что сейчас вас интересуют такие приземлённые вещи, как сплетни аристократии.

Впрочем, я его понимаю.

Сам я сейчас стою очень высоко. Я бы даже сказал — невероятно высоко. Мне неинтересно, кто и что шепчет за спиной. Для меня жизнь изменила течение, и для моего Рода она тоже сменила русло.

Но в то же время для остальной аристократии всё вокруг почти не изменилось. Их мир по-прежнему вращается вокруг слухов, брачных союзов и мелочных интриг. Им только подай чьи-нибудь косточки поперемывать.

Это не значит, что я стану уделять этому хоть сколько-нибудь серьёзное внимание, но логику мужчины можно понять. На его уровне подобные вещи до сих пор остаются важными маркерами статуса.

— Что ты… собираешься делать дальше? — наконец спросил он.

— В плане — стану ли мстить Японской империи или вашему Роду? — уточнил я.

— Нет, — он помотал головой, чуть поморщившись от резкого движения. — Я понимаю, что подобное слишком низко для тебя. Я имею в виду, что ты будешь делать в ситуации с Аяной?

Я задумался, но ненадолго, говоря:

— Расскажите мне всё, что я должен сейчас знать. Ведь ощущаю во дворце чужие энергии, и это явно неспроста.

* * *

Имперский дворец Японии походил на растревоженный улей — если можно так выразиться.

В огромном тронном зале, под сводами, расписанными древними битвами и летящими драконами, сейчас собрались представители практически всей знати империи.

Ведь буквально чуть больше половины дня назад Китайская империя неожиданно отступила вглубь своих территорий, оставив на передовой минимум войск.

Для всех вокруг это событие стало настоящим праздником.

Для всех, кроме молодой императрицы. Прекрасной девы, что за прошедшее время не просто расцвела и не просто превратилась в цветок, украшающий свою империю. Она буквально стала её главным сокровищем.

Обворожительные черты лица — тонкий подбородок, мягкая линия скул, правильный изгиб губ. Чистая, будто фарфоровая кожа. Её губы, которыми она сейчас едва касалась края чашки чая. Её прямой, гордый нос. Глаза, в глубине которых отражались и небесные огни, и бремя власти. Длинные синеватые волосы, собранные в сложную причёску с хвостом, украшенную шпильками и тонкими золотыми цепочками, тянущимися к вискам.

Каждый взгляд так или иначе цеплялся за императрицу, сидевшую во главе трёх столов, расположенных буквой «П». На ней было синее кимоно, вышитое золотыми драконами.

Знать вокруг шумела и веселилась. Звучал смех, звенели пиалы, официанты в светлых хаори скользили между рядами, подливая сакэ и чай.

И только за центральным столом трое людей лишь имитировали веселье.

Точнее — двое.

Киоко Хинодэ, бывшая императрица, и её старшая дочь, также сидящие за столом, время от времени улыбались, перекидывались дежурными фразами со всеми вокруг.

В то время как Аяна сохраняла лицо ровным и спокойным, даже скорее отстранённым. Девушка не смотрела на гостей. И при этом вынужденно делала вид, что внимательно слушает двух молодых мужчин справа от стола.

Там сидели двое принцев двух разных стран, одетые в парадные наряды — один в тёмно-зелёное кимоно с серебряными журавлями, другой в алое с чёрными облаками. Их отцы, подобно стервятникам, едва узнав о том, что молодая императрица не замужем, немедленно направили их сюда. И вот, двое уже во дворце очень долго.

Формальный предлог — «выказать дружественную связь», «поддержать торговлю и совместные учения».

А неформальный — показать себя, зарекомендовать как будущих мужей, ухватить самый ценный приз Японской империи.

Неожиданно встал один из взрослых представителей сильнейших Родов Японии. Мужчина почтительного возраста, но с прямой спиной и внимательным, холодным взглядом. Один из сильнейших людей в Японии в нынешнее время.

Он спокойно прошёл к главному столу, не торопясь, словно каждый его шаг для всех вокруг был знаком почтения, поклонился трём главным фигурам — императрице, её матери и старшей дочери — и лишь после этого неторопливо опустился на подушку перед ними.

Принцы, ещё мгновение назад весело и задорно смеявшиеся, замолкли на полуслове.

Всю их лёгкость словно ветром сдуло. Они тут же сосредоточили внимание на