Оборона Брестской крепости - Борис Вадимович Соколов

В итоге часть гарнизона крепости понесла потери убитыми, ранеными и без вести пропавшими; склады и большинство матчасти гарнизона крепости были уничтожены. Подавляющая часть семей начсостава осталась в городе Бресте и в крепости. В общей сложности из находившихся в крепости частей: 5 батальонов 6-й сд и 2 батальонов 42-й сд со спецподразделениями было выведено предположительно до 50 %.

Сверх того, из состава гарнизонов Северного и Южного городков, а также из района Жабинка, Петровичи почти все части были развернуты и приняли участие в бою.

9 батальонов, находящихся на строительстве, вели бой совместно с гарнизоном ур и частично отошли вместе с 49-й сд. Кроме того, на участке южнее Бреста вела бой 75-я сд, которая, по имеющимся данным, до сего времени оказывает сопротивление на Пинском направлении <..>

К утру 22.06.1941 г. части 28-го ск развертывались на рубеже:

42-я сд – м. Чернавчицы, Курница, Велька.

6-я сд – роща 2 км южнее Черни.

Около 10.00 22.06.1941 г. в район Жабинки вышло до 60 танков воинской части из Южного городка. Они распоряжением командующего 4-й армии были подчинены командиру 28-го ск. В 10.30 22.06.1941 г. командир корпуса приказал наличными силами 6-й, 42-й сд при поддержке танков перейти в контрнаступление и ударом с северо-востока овладеть Брестом, отрезая пути отхода противника через Буг. Этот маневр был сорван активными действиями авиации и танков противника, и осуществить его не удалось…

Части, оказывая упорное сопротивление, продолжали медленно отходить на восток. К 8.00 23.06.1941 г. вели бой за Кобрин…»[139]

Сам город Брест немцы заняли довольно легко, уже к 7 часам утра. Германская 34-я пехотная дивизия разбила находившиеся в Южном военном городке 22-ю танковую дивизию генерал-майора Виктора Павловича Пуганова (1901–1941), погибшего 24 июня в бою за Именинский аэродром у Кобрина, и 204-й и 455-й корпусные артиллерийские полки, вынужденные бросить почти всю материальную часть. При этом артиллерия противника уничтожила более половины танков, артиллерии, автомашин и автоцистерн, а также ремонтные мастерские. Южный городок, до отказа набитый войсками и техникой, располагался на ровной местности в 2,5 км от государственной границы и был идеальной мишенью для артиллерии. От ее ударов и от нескольких бомб, сброшенных люфтваффе, в первые же минуты погибли и были ранены многие красноармейцы, командиры и члены семей командного состава. Загорелись, а затем взорвались артиллерийский склад и склад горюче-смазочных материалов. Остатки 22-й танковой дивизии, прикрывшись контратакой 44-го танкового полка, вышли из Южного городка и под огнем противника беспорядочно переправились через реку Мухавец, стремясь как можно быстрее достичь района Жабинки, куда должны были выйти по предвоенному плану.

Почти полностью были уничтожены части и техника, собранные по приказу штаба округа на окружном артиллерийском полигоне для проведения опытных учений. А вот части 28-го стрелкового корпуса в Северном городке. Пострадали меньше и смогли вывести в район деревни Тельмы 447-й корпусной артполк с 19 орудиями, два дивизиона 17-го гаубичного полка и 18-й батальон связи[140].

Вот что говорилось в донесении заместителя командира по политической части 6-й стрелковой дивизии полкового комиссара Михаила Николаевича Бутина (1904–1941), пропавшего без вести позднее в 1941 году, уже в должности комиссара 19-й стрелковой дивизии: «В районы сосредоточения по тревоге из-за беспрерывного артиллерийского обстрела, внезапно начатого врагом в 4.00 22.6.41 г., части дивизии компактно выведены быть не могли. Солдаты и офицеры прибывали поодиночке в полураздетом виде. Из сосредоточившихся можно было создать максимум до двух батальонов. Первые бои осуществлялись под руководством командиров полков товарищей Дородных (84 сп), Матвеева (333 сп), Ковтуненко (125 сп). Материальную часть артиллерии стрелковых полков вывести не удалось, так как все было уничтожено на месте. 131-й артиллерийский полк вывел 8 орудий 2-го дивизиона… Неприкосновенные запасы, находившиеся в складах, почти целиком остались в крепости…»[141].

Командир дислоцировавшейся в Бресте и Брестской крепости 42-й стрелковой дивизии генерал-майор Иван Сидорович Лазаренко (1895–1944) в июле 1942 года был приговорен к расстрелу, замененному десятью годами лагерей. В октябре 1942 года он был направлен на фронт и в дальнейшем восстановлен в генеральском звании. 26 июня 1944 года, командуя 369-й стрелковой дивизией, генерал-майор Лазаренко был убит под Могилевом и посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.

Командир 6-й стрелковой дивизии, также дислоцировавшейся в городе и крепости, полковник Михаил Антонович Попсуй-Шапко (1900–1941) пропал без вести в начале августа 1941 года под Кричевом.

С уходом 22-й танковой дивизии Брест остался беззащитным. Попытки стрелковых частей собраться в районах сбора и занять оборонительные позиции провалились из-за огня германской артиллерии. Соединения 4-й армии к исходу дня были отброшены на 25–40 километров от государственной границы и ничем не могли помочь защитникам крепости, которые не знали, что немцы продвинулись так далеко на восток[142].

Довольно долго сопротивлялись гарнизоны дотов 62-го укрепленного района. Некоторые из них вели огонь до 28 июня. Располагавшиеся в районе Бреста, на направлении главного удара, ДОТы 1-й и 2-й рот 18-го отдельного пулеметного батальона майора Н.П. Бирюкова продержались сутки. Их подавили тяжелой артиллерией и огнеметами[143].

Общий ход боевых действий в Брестской крепости 22 июня 1941 года видится следующим образом. Главный удар, на правом фланге, наносил 130-й пехотный полк полковника Хельмута Хиппа. Ему предстояло форсировать Буг, что удалось сделать, благодаря внезапности, довольно легко. Полк выполнил задачу дня, овладев Южным островом и четырьмя мостами на Мухавце к востоку от крепости. Затем, пройдя южной частью Брест-Литовска, полк Хиппа должен был захватить восточные предместья города. Захватить Волынское укрепление крепости являлось задачей двух рот III батальона полка (320 человек), располагавшихся во втором эшелоне. Одновременно с целью захвата мостов и предотвращения их подрыва была задумана спецоперация группы лейтенанта Кремерса из 3-й роты 81-го саперного батальона, которая должна была овладеть мостами, продвигаясь на штурмовых лодках вверх по южному рукаву Мухавца[144]. Эта операция тоже оказалась в целом успешной, несмотря на то, что отряд Кремерса понес потери от «дружественного огня» шестиствольных минометов, а сам Кремерс уже после захвата мостов был убит советским снайпером. Задним числом можно сказать, что силы, выделенные для захвата мостов, оказались избыточными. Вероятно, с учетом фактора внезапности, достаточно было бы выделить для захвата мостов подразделение саперов, возможно, усилив их, а дополнительные силы полка Хиппа сразу же бросить на овладение крепостью.

135-й полк полковника Фридриха Йона (2780 человек, 151 пулемет, 18 тяжелых минометов, 27 легких минометов, 8 пехотных орудий, 9 орудий ПТО) должен был двумя батальонами овладеть железнодорожным мостом через Буг, а