На северо-западных рубежах. Противостояние с Финляндией и Эстонией. 1917-1956 - Михаил Юрьевич Васьков

такой же статус столицы союзной республики, как, скажем, Киев, Минск или Баку, его центр был застроен по высшим стандартам того времени. (До сих пор квартиры в кирпичных «сталинках» там в цене, и проживать в них считается престижным среди горожан).

Большие положительные изменения произошли в области науки и образования. Если в старой Карелии не хватало даже начальных школ, то теперь повсеместно открывались и средние школы, и техникумы, и профессиональные училища, и вузы. В соответствии со статусом столицы союзной республики Петрозаводск получил и свой университет, а также (в виде филиала) Академию наук.

Улучшалось здравоохранение. Росло число медицинских учреждений – больниц и поликлиник, совершенствовалась система охраны труда, открывались первые санатории и профилактории для сотрудников промышленных предприятий. Ежегодно увеличивалось количество дипломированных медицинских работников. Большое внимание уделялось здоровому образу жизни – физкультуре и спорту. Невиданное развитие получила и сфера культуры. В КФССР распахнули двери свои театры, открывались дома культуры, кинотеатры. Начало работу республиканское книжное издательство, стали действовать местные союзы писателей, композиторов.

Если подробно писать обо всем со всеми цифрами, фактами, названиями, не хватит не то что нескольких страниц убористого шрифта, а, уверяю, потребуется отдельная большая статья или даже целая книга! Может быть, когда-нибудь и стоит ее написать…

Упразднение КФССР: как и почему это случилось?

Но не всем по душе пришлись положительные изменения в краю Сампо. Как известно, после смерти Сталина возглавившие страну Маленков и Хрущев постепенно затеяли «перестройку», прикрыв ее лозунгами «совершенствования народного хозяйства и сокращения бюрократии». С этой целью в союзных республиках начались «проверки эффективности местного хозяйства и руководящих органов». Чутко держащие нос по ветру бюрократы среднего и мелкого звена, как водится, быстро сориентировались, что от них ждет руководство, и рьяно взялись за дело…

По итогам инспекций КФССР вызвала серьезные нарекания в Москве. Перво-наперво проверяющие докопались до численности населения. Формально для учреждения союзной республики требовался миллион жителей на той или иной национальной территории, а в КФССР, как мы помним, в середине 1950-х годов число проживавших составляло всего 600 тысяч человек. Как так? Какое такое исключение? Ах, Сталин разрешил. А вы разве не знаете, что на XX съезде культ личности разоблачен вместе со всеми его противоречащими истинному ленинизму решениями? Почему республика, в таком случае, до сих пор имеет свои органы власти, Академию наук, партийные и контролирующие органы, полностью дублировавшие союзные?

Для населения, не превышавшего размеров средней руки областного центра в РСФСР, штаты посчитали чрезмерно раздутыми. По решению ЦК было начато сокращение министерств, партийного аппарата, контролирующих органов и т. д. Но это вряд ли уже могло спасти дело… Недовольство «реформаторов» вызвало и положение в экономике. Ангажированные инспектора отмечали в своих реляциях в отдел ЦК по союзным республикам «беспечное отношение карело-финских республиканских органов к экономике». Строчили, де, «значительная часть карело-финских колхозов убыточна». (Можно подумать, что где-нибудь еще в зоне т. н. «рискованного земледелия» они были неубыточными?!) «Не выполняются планы по лесозаготовкам, хотя за их работу отвечает не какой-нибудь трест, а целое республиканское министерство по лесной промышленности».

Кончилось тем, что Хрущеву была подана докладная записка с предложением «упразднить республику на основании неэффективной хозяйственной деятельности». Бумагу сочинил некий функционер – заведующий отделом ЦК КПСС по союзным республикам Евгений Громов. Таким образом, именно этот партийный деятель и стал реальным могильщиком КФССР, а вовсе не финляндский президент Кекконен, которому, как утверждают некоторые исследователи, по случаю избрания хотел, мол, сделать «подарок» Хрущев. В записке, в частности, говорилось, что «республиканские органы не принимают никаких мер для улучшения эффективности хозяйства, постоянно требуя помощи у союзного центра».

Громовская писуля как нельзя кстати легла на стол новому руководителю партии и правительства. Хрущев, до поры прикидывавшийся верным сталинским учеником, после «отодвигания» от дел Маленкова и проведения XX съезда КПСС сбросил все маски. И с начала 1956 года развернул просто маниакальную борьбу со сталинским наследием и всем, что как-то было связано с его именем. Попала под «хрущевский башмак» и Карело-Финская ССР.

Официально же всё провели благопристойно и дипломатично, по тогдашним меркам и лекалам «политкорректности». 16 июля 1956 года КФССР прекратила свое существование в соответствии с «пожеланиями трудящихся Карело-Финской ССР, с учетом национального состава населения, а также тесными культурными и экономическими связями с РСФСР». Карелия (уже без упоминания о финском компоненте) была возвращена в состав РСФСР в качестве автономной республики. Хрущевское решение провели специально принятым законом. Согласно ему, отдельная карело-финская компартия и все государственные органы КФССР также упразднялись.

На этом история собственной карело-финской государственности (пусть и в составе Союза) закончилась. В народ же для скрашивания ситуации и придания ей оттенка комичности запустили анекдот с антисемитским душком: «Почему расформировали Карело-Финскую ССР? Потому что при очередной переписи населения там было обнаружено только два финна – фининспектор и Финкельштейн. Но при более тщательной проверке выяснилось, что это одно и то же лицо».

Библиография

Адаскина В. И., Вассель И. П., Закатилов Н. И., Риор Э. М. Выборг. Л., Лениздат, 1969.

Акунов Вольфганг. Дивизия СС «Викинг». История Пятой танковой дивизии войск СС. 1941–1945 гг. М.: Издатель Быстров, 2006.

Александров О. Б. Северный вектор внешней политики России: внешняя политика России на Балтике, в регионе Северной Европы и в Арктике. М.: Спутник +, 2012;

Аптекарь П. А. Советско-финские войны. М.: Эксмо; Яуза, 2004.

Балашов Е. А. «Освобождение» Финляндии. 1939–1940. СПб.: Карелия, 2020.

Балашов Е. А. Териокские пленники. 1939–1940 гг. СПб.: Гйоль, 2021.

Балашов Е. А. Шюцкор. Феномен финского патриотизма. СПб.: Карелико, 2012.

Барышников В. Н. Вступление Финляндии во вторую мировую войну. 1940–1941 гг. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 2003.

Барышников Н. И., Барышников В. Н., Федоров В. Г. Финляндия во второй мировой войне. Л.: Лениздат, 1989.

Бережков Валентин. С дипломатической миссией в Берлин. М.: АПН, 1966.

Бишоп Крис. Иностранные дивизии Третьего рейха. Иностранные добровольцы в войсках СС 1940–1945. М.: Эксмо, 2006.

В борьбе за власть Советов. Воспоминания участников. Петрозаводск: Госиздат Карельской АССР, 1957.

Вайну Х. Многоликий Маннергейм // Новая и новейшая история. 1997. № 5.

Валь фон Эрнст Георгиевич. Война белых и красных в Финляндии в 1918 году. Таллин: издательство автора, 1936.

Васьков Михаил. Неизвестный поэт неизвестной войны // Север. 2018. № 3–4.

Великая Отечественная война глазами очевидцев / Сост. В. Пилли. СПб.: Гйоль, 2015.

Веригин Сергей. Борьба военной контрразведки Карельского фронта против финской разведки в 1941–1944 гг. // Север. 2016. № 5–6.

Викстрем Ульяс. Отто Вилле Куусинен. Петрозаводск: Карелия, 1974.

Власов Л.В. Густав Маннергейм в Петербурге. СПб.: Блиц, 2003.

Власов Л. В. Маннергейм. М.: Молодая гвардия, 2000.

Волобуев П.В. Историческое место финляндской революции 1918 г. // Новая и новейшая история. 1988. № 10.

Галицкий В. П. Финские военнопленные в лагерях НКВД. (1939–1953 гг.). М.: Грааль, 1997.

Гангут