Преступное искусство. Самые громкие истории - Никита Добряков

Вскоре у отца начинает проявляться психическое расстройство: он разговаривает с невидимыми людьми, у него случаются сильные припадки агрессии, резко сменяющиеся депрессивным состоянием. Эгон проводит детство в подавленной атмосфере, внутренне тянется к искусству, но не чувствует себя в безопасности. Схожее ощущение мы находим у другого великого деятеля того времени – писателя Франца Кафки (1883–1924).

Тайком от отца Эгон Шиле продолжает рисовать. Мальчику позируют его сестры: старшая Мелания и младшая Гертруда. В 1905 году отец умирает, и Эгон начинает чувствовать себя чуть свободнее. Финансовые обязательства ложатся на плечи опекуна, дяди Леопольда Чихачека – богатый буржуа, в отличие от ушедшего отца, относится к увлечению подростка нейтрально и даже оплачивает обучение в Венской академии изящных искусств, куда Эгон успешно поступает в 1906 году.

Эгон Шиле. Автопортрет. 1912

Но первая радость учебы быстро сменяется раздражением. Юному Эгону Шиле совершенно не подходит консервативный метод обучения Венской академии, с акцентом, как тогда было принято, на классических идеалах красоты, твердом рисунке и классической композиции. Как мы помним, Шиле увлечен венским модерном, особенно работами Густава Климта. Его интересует тема человеческой телесности, уязвимости и откровенности, и изображать он их хочет напрямую, не идеализируя и не «подгоняя» под античные образцы.

Он кое-как заканчивает академию. Гораздо важнее для него благосклонность Климта, который помогает юному асоциальному художнику – Шиле сложно давалась необходимая для деятелей искусств того времени общительность, он был зажат, мало кем интересовался и мало кому был интересен сам. Климт, чувствуя огромный талант Эгона Шиле, помогал – то присылал ему моделей для позирования, то выкупал рисунки, то водил в Венские мастерские и знакомил с другими мастерами. Но в 1911 году Шиле вместе со своей сожительницей, семнадцатилетней Валери Неуциль покидает слишком дорогую для непопулярного гения Вену.

Поселившись в небольшом городке, Шиле становится местной знаменитостью. В его мастерской многолюдно, часто можно встретить детей и подростков, заинтересованно рассматривающих готовые работы и процесс создания новых. Шиле любил их общество, чувствуя себя с ними спокойно. С ними он всегда мог легко найти общий язык. Иногда они позировали ему. И вот здесь его искренность как художника столкнулась с устоями общества.

Мы точно можем сказать, что для некоторых работ Эгону Шиле позировали несовершеннолетние дети. А так как художник был убежден, что настоящий портрет человека – это изображение его обнаженного тела, то детей он также изображал нагими. 13 апреля 1912 года Эгон Шиле был обвинен в растлении малолетних и провел три недели в тюрьме. Ему грозил срок до 20 лет, но в итоге его приговорили к трехдневному заключению за распространение аморальных рисунков.

Эгон Шиле. Автопортрет. 1910

Зачем Эгон Шиле рисовал детей, прекрасно понимая противозаконность происходящего? Изучая его собственные дневники и воспоминания о нем, можно сделать вывод: он не вкладывал в свои действия ничего порочного. В детских телах его интересовало рождение человеческой чувственности. В своих дневниках он часто называет себя ребенком, отсюда и тяга к ним – честным, открытым, добрым.

Для Эгона Шиле изображение обнаженной натуры – попытка выяснить правду о человеке. Голый человек – открытый и свободный от всего лишнего. Только обнаженная натура способна дать понимание, кто перед тобой. А что может быть наиболее естественным проявлением человека и его тела, если не муки сексуального напряжения? В эротическом опыте телесность концентрируется, но сексуальный опыт, проявляющий все настоящее в человеке, также неизменно травмирует его. Творчество Шиле демонстрирует человека как оголенный провод, словно у него нет кожи. Такая болезненная открытость картин очень точно выражает атмосферу невроза, пронизывающую австро-венгерское общество того времени.

Философия откровенности Эгона Шиле распространялась на всех, в том числе и на детей, что сейчас кажется недопустимым. Например, «Обнаженная натура – юная девушка со скрещенными руками» 1910 года, написанная с его сестры Герти, или «Обнаженная натура – стоящая девочка с черными волосами» 1910 года, в которой он ловит пробуждающуюся чувственность своей героини. Шиле никогда не скрывал, что ему позировали обнаженные дети, не только сестры, но и девочки с улицы, юные модели и просто молодые девушки, заинтригованные образом художника «не от мира сего». Пользовался ли он своим положением? Насколько нам известно, нет. Ничего, кроме рисунков, между художником и моделями не происходило, но уже одного этого достаточно для искреннего и естественного возмущения. Сам же художник не видел в этом ничего плохого: «Неужели взрослые забыли, как, будучи детьми, сами сходили с ума, то есть были заинтригованы и взволнованы всем, что касается секса? Я не забыл, так как страдал из-за этого ужасно».

Эгон Шиле. Объятие (Любовники II). 1917.

Этот инцидент практически не повлиял на его карьеру. Провокационное искусство Эгона Шиле постепенно захватывало галереи и выставки в Вене, куда он возвращается в 1912 году. Итогом исследования сексуальности станут большие работы вроде «Объятие (Любовники II)» 1917 года, где экспрессия и действие уже выражают не столько нервное самопознание через обнажение, сколько телесное наслаждение. Раскрытие человека через осознание собственной сексуальности – вершина творчества Шиле, физическое воплощение желания и невротичный эротизм на грани дозволенного. Кажется, он никогда не был так близок к тому, что хотел изобразить всю жизнь. Но на пике творчества Эгон Шиле трагически умирает.

Шестого февраля 1918 года умирает его наставник и покровитель Густав Климт. Через месяц, на 49-й экспозиции Венского сецессиона Шиле награждают почетным званием «Лидера венского авангарда». Но осенью Европу захватывает эпидемия испанского гриппа. Сначала умирает его беременная жена Эдит, а через три дня и сам Эгон Шиле.

Венский сецессион, который Шиле любил с детства и частью которого он в итоге стал, свой негласный девиз сформулировал так: «Каждой эпохе – ее собственное искусство, искусству – свободу». Пожалуй, нет более точного определения творчества Шиле, рискнувшего вслед за Фрейдом и Климтом приоткрыть табуированную тему человеческой и детской сексуальности.

В 2018 году в честь столетия со смерти Эгона Шиле и Густава Климта в Вене прошли большие выставки. Организаторы напечатали плакаты с рекламой выставки Эгона Шиле, но плакаты были отвергнуты из-за недопустимости публичной демонстрации обнаженных людей. Кураторы не растерялись и закрыли гениталии плашками, на которых написали: «Извините, нарисовано 100 лет назад, но все еще слишком дерзко».

Искусство акционизма. Преступление против общественного вкуса