Лариса Рейснер. Превратности любви богини революции - Александр Борисович Широкорад

Приказом Реввоенсовета республики № 192 от 24 апреля 1920 г. миноносец «Карл Либкнехт» был награждён Почетным Красным знаменем. По сообщению газеты «Красный воин» от 2 июня 1920 г., 31 мая «состоялся торжественный парад по случаю вручения героической команде миноносца “Карл Либкнехт” этой высокой награды».

Белая флотилия покинула Петровск и перебазировалась в Баку. Во время кратковременной стоянки флотилии в Баку начался массовый уход с кораблей нижних чинов. Кстати, генерал Драценко приказал всем сухопутным частям покинуть корабли и разоружиться в Баку. В такой ситуации капитан 2-го ранга и. о. командующего флотилией, взамен бежавшего контр-адмирала Сергеева, Борис Бушен приказал идти в Энзели.

Корабли уходили под Андреевскими флагами, в полной боевой готовности (разумеется, с учетом состояния кораблей). В случае встречи с красными судами предполагалось вступить в бой.

В Энзели белая флотилия встала на внешнем рейде. На корабли прибыли представители английского командования, среди которых лейтенант Крислей, прекрасно говоривший по-русски.

Бушен передал, что он хочет интернироваться на следующих условиях: все корабли и вооружение сдаются англичанам, офицерам оставляется их оружие, англичане же должны дать письменное обещание, что они ни в каком случае не выдадут их большевикам. Кроме того, Бушен потребовал, чтобы англичане переправили личный состав флотилии в Крым к Врангелю. Английское командование согласилось на все условия, кроме последнего, пообещав снестись с надлежащими властями, и если будет возможность, то отправить команды в Крым.

Уже после прибытия в Энзели Бушен получил пакет от генерала Деникина, где было указание после эвакуации из Петровска идти в Энзели и интернироваться у англичан.

После подписания условий интернирования корабли флотилии вошли во внутреннюю гавань Энзели. Замки орудий были сняты и складированы на берегу. То же проделано и с боеприпасами. Несколько пушек было снято, и англичане установили их на берегу.

Большинство членов команд остались жить на судах, питаясь запасами, вывезенными из Петровска. Во внутреннюю жизнь флотилии англичане не вмешивались, жизнь на ней текла согласно составленным расписаниям. Производились строевые и шлюпочные учения и военные прогулки.

В январе 1920 г. командующим Кавказским фронтом был назначен М.Н. Тухачевский. 17 марта 1920 г. Ленин телеграфировал Реввоенсовету Кавказского фронта: «Взять Баку нам крайне, крайне необходимо. Все усилия направьте на это, причём обязательно в заявлениях быть сугубо дипломатичными и удостовериться максимально в подготовке твердой местной Советской власти. То же относится и к Грузии, хотя к ней относиться советую ещё более осторожно».

Для подготовки операции по захвату Баку в Петровск прибыли командующий фронтом Тухачевский и член Реввоенсовета Орджоникидзе. В ночь на 21 апреля Тухачевский выпустил директиву командованию 11-й армии и Волжско-Каспийской флотилии о наступлении на Баку:

«Главные силы Азербайджана заняты на западной границе своего государства. В районе ст. Ялама — Баку, по данным разведки, имеются лишь незначительные азербайджанские силы. В развитие полученных мною директив приказываю:

1. Командарму 11-й армии 27 апреля сего года перейти границу Азербайджана и стремительным наступлением овладеть территорией Бакинской губернии. Операцию Ялама — Баку закончить в 5-дневный срок. Выслать кавалерийские отряды для захвата Закавказской железной дороги в районе Кюрдамир.

2. Комфлота Раскольникову ко времени подхода частей 11-й армии к Апшеронскому полуострову произвести в районе ст. Алят десант небольшого отряда, который должен быть выделен распоряжением командарма 11-й армии. Быстрым налетом овладеть в Баку всем наливным флотом, не допустить порчи нефтяных промыслов»[39].

Вторжение советских войск в Азербайджан производилось по стандартному «большевистскому» сценарию: местный ревком поднимает настоящее или «виртуальное» восстание рабочих и сразу же обращается за помощью к Красной Армии. По этой схеме действовали свыше 50 лет — вторжение в 1956 г. в Венгрию, в 1968 г. в Чехословакию и т. д.

28 апреля Бакинский ревком обратился за помощью к Совнаркому РСФСР. Однако «помощь» начала оказываться на день раньше (!) — 11-я армия в составе 26-й, 28-й, 32-й стрелковых дивизий и 2-го конного корпуса (всего свыше 30 тыс. человек) вторглась на территорию Азербайджана[40].

Прибытие бронепоезда «III Интернационал» на бакинский вокзал 28 апреля 1920 г.

Однако 11-й армии и Волжско-Каспийской флотилии практически не пришлось воевать, ибо войну выиграли… четыре бронепоезда.

26 апреля отряд в составе лёгких бронепоездов № 61 «III Интернационал», № 209 «Красная Астрахань» и тяжёлых (с корабельными пушками) № 55 «Красный Дагестан»[41] и № 65 «Тимофей Ульянцев» собрался у разъезда Самур (район Белиджи) на границе Азербайджанской республики.

Рано утром 27 апреля на поезда погрузили десант в составе двух стрелковых рот, а также руководителей компартии Азербайджана А.И. Микояна, Г.М. Мусабекова и Г.П. Джалебекова. В 10 час. 05 мин. бронепоезда двинулись в путь.

Бронепоезда без боя пересекли границу и проехали через Самурский мост. Мусаватисты даже побоялись открыть огонь, лишь сообщили начальству по телефону на станции Ялама. При подходе к Яламе противник пустил паровоз-брандер навстречу красным бронепоездам. Но огнем головного бронепоезда брандер был разбит, а десантная группа сбросила его остатки с путей.

На станции Ялама трофеями красных стали гаубичная батарея и 500 пленных. В районе станции Худат навстречу красным выдвинулись два мусаватистских бронепоезда, но после короткой артиллерийской дуэли они ретировались. На станции Худат красные бронепоезда захватили пять артиллерийских батарей.

Наконец бронепоезда достигли узловой железнодорожной станции Баладжары. Оттуда 2 бронепоезда были отправлены в сторону Елизаветполя[42], а 2 других пошли на Баку. Рано утром 2 красных бронепоезда ворвались в Баку. Мусаватистская армия капитулировала перед двумя нашими бронепоездами.

В ночь на 30 апреля корабли Волжско-Каспийской флотилии начали медленно выходить на рейд Петровска. Комфлот Раскольников держал флаг на эсминце «Карл Либкнехт».

Флотилия вышла в море, не имея определённого плана действия. Исаков писал: «Места высадки начдив указать не мог, честно признавшись, что сам не знает. Да и комфлот сказал, что место и время десанта — “по обстановке”»[43].

Но драться Волжско-Каспийской флотилии не пришлось. Утром 1 мая Баку встретил корабли красными флагами и оркестром.

К моменту прихода кораблей Волжско-Каспийской флотилии в Баку находились канонерские лодки «Карс» и «Ардаган», входившие в состав азербайджанского флота, а также ряд судов белой флотилии: крейсер «Пушкин», минный заградитель «Греция», посыльные суда «Астрабад», «Аракс», «Нарген», «Бугаз», «Орёл», база траления «Горчаков», госпитальное судно «Алесгерье» и минная баржа «Терек», на которой находилось 200 малых мин «Рыбка» и 47 мин образца 1908 г.

Любопытно, что с приходом красных бронепоездов в Баку командующий мусаватистским флотом Ч. Ильдрым предъявил правительству ультиматум, потребовав передать власть ревкому. На судах были подняты красные флаги. Что же касается морского министра опереточного флота Сергеева, то сей контр-адмирал вовремя убыл в Тифлис, а оттуда в Батум, прихватив с