Товарищ политрук - Евгений Колдаев

проблем. Деревья уже вот-вот окружат нас. Но, как я и думал, здесь оказалась плохо просматриваемая и явно редко используемая колея. Она поросла травой, не имела обочин и не выйди на ее, вряд ли смогли бы найти. Возможно даже с самолета ее было не так просто опознать, как дорогу.

Я указал парням залечь. Все же колея могла использоваться фрицами для передвижения. Даже если каким-то чудом диверсант сказал правду и никаких танков тут нет, а есть имитация бурной деятельности саперов.

Прислушался. Вроде тихо, но что-то смущало. Бывает так, когда все неплохо, но подсознание говорит. Нет, не доглядел ты, товарищ политрук, не все рассчитал, Вадим Иванович.

Махнул рукой и мы вместе с Петровым перемахнули рывком через колею. Опушка, дальше начинался лес.

И тут я понял что меня беспокоило. Во-первых с этой стороны в колее, промоченной дождем, отпечатались следы хорошо подбитых ботинок. И не одних. Прошло здесь даже не десять человек. Прямо вымесили местами, истоптали.

А еще… Я втянул носом воздух. Нет, не подвела интуиция. Дым. Точно дым. Где-то недалеко костер и… Черт, да они что-то готовят. Вот гады! Жрать собрались посреди ночи.

Глава 17

Петров припал к земле, озирался по сторонам.

Остальные четверо залегли, засели на другой стороне дороги. Дождь усилился. Дальше лес. Деревья в ночи, во мраке да под дождем, казались настоящей стеной, идущей от земли куда-то ввысь к небу и уходящими налево и направо. Конца и края не видать. Света нет. Дым да, чувствуется и запах еды. На этом все.

Задумался.

Приказ был идти вдоль берега и не вылезать дальше от него. С одной стороны. Но с другой, вот тебе налицо первые признаки фашистов. Следы сапог. Много. Дым. Может, конечно, это кто-то из местного населения, уйти не успел и топиться решили в дождливую ночь. Но как-то не очень верится.

Что там дальше? Вроде бы хутор. Может и местные. Надо проверить. Только… Я глянул на Петрова, нервно смотрящего по сторонам. Лучше бы мне одному. Но если разделять, как потом собраться? Ни ориентиров, ничего. Часы одни на всех.

М-да. Ситуация. Еще миг раздумий и решился, идем вместе, а там как пойдет.

Махнул рукой. Повел бойцов за собой в лес.

Отошли от обочины метров на двадцать, засели в кустах. Тропинок вроде нет, но попробуй в такой темноте что-то найти.

— Значит так, красноармейцы. — Проговорил я шепотом. — Следы все видели?

Судя по лицам отпечатки немецких сапог приметил только перешедший со мной первым Петров и то, потому что я показал. Но зато Васька и Иванов принюхивались, переглядывались.

— Дым чувствуете? — Продолжил пояснять идею. — Приказ такой. Идем аккуратно. Здесь вроде хутор неподалеку. А может немцы.

Лица их стали более собранными и напряженными.

— Идем след в след. — Продолжил я шептать. — Если показываю вот так. — Начал обучать их базовым знаниям подачи сигналов жестами. — То садимся. Если так, то вперед. Так, по сторонам смотреть. И, тихо. Очень тихо, товарищи.

Они закивали.

— Пошли. — Поднялся и как мог аккуратно двинулся вперед.

Пришлось попетлять, потому что лезть ночью через лес, да еще в дождь, дело весьма неблагодарное. Особенно, если где-то здесь может за любым деревцем сидеть какой-то фриц с винтовкой, или того хуже, пулеметное гнездо. Скосит нас очередью за раз.

Подлесок промок. Мох под ногами чавкал. Упавшие стволы деревьев, через которые приходилось иногда лезть, скользили под ногами. Касаться руками коры было неприятно, холодная, влажная. Я двигался не спеша, отгибая ветви деревьев, грозящие ударить по лицу. Передавал идущему следом Петрову, он, судя по звукам, делал тоже самое.

Мы обошли заросли орешника. За ним открылась поляна.

Высокая зеленая трава, кое-где даже по пояс. А прямо по центру покоились ровно нарубленные бревна. Целый штабель. Высотой и шириной почти с два метра, длинной где-то метров шесть.

Направо во тьму уходила просека.

Дождь затих, и я услышал звук трещащего мотора. Словно бензопила работает. Далеко. Но в такую погоду расстояние на слух определить точно сложно. Да и… Откуда здесь бензопила? Может мотоцикл? В лесу?

Показал бойцам присесть. Одними губами произнес.

— Я к штабелю, вы здесь. Смотреть в оба. Махну, тихо за мной.

Они закивали. Глаза уже привыкли к мраку и более-менее на небольшом расстоянии мы видели друг друга и окружающее пространство.

— Рассредоточиться.

Не дожидался пока они выполнят приказ, пошел вперед. Аккуратно, пригнувшись к земле и озираясь по сторонам, двинулся к бревнам. Поляна явно была рукотворной. Деревья валили здесь и здесь же складывали. Под ногами похрустывали приминаемые ветви и сучья. Попадались пни, покрытые обильной растительностью.

Несколько секунд, и я добрался до штабеля. Ага. Спилы не свежие. Это местные, или наши саперы готовили и не вывезли. Второе вряд ли. Не бросили бы. Но лес точно не сегодня пилен.

Прислушался, осмотрелся.

Звук мотора пронизывал тишину. Мотоцикл. Точно. Дальше по просеке. И это точно немцы. Кому еще.

Махнул своим, подзывая за собой. Сам двинулся вперед в прогалу между деревьями.

Пахло дождем, мхом, сыростью и прелой листвой. Обычные запахи леса. Но к ним все отчетливее примешивался дым и аромат еды. Не будь я голоден, может и не учуял бы. Но Васькино варево только разожгло аппетит в молодом теле. Что там по нескольку ложек похлебки закинуть. Это для того, чтобы желудок к позвоночнику не прилип. А насытиться — уж точно нет.

Метров двадцать, и я на просеке. Впереди темный силуэт еще одного штабеля. И звук мотора, к нему присоединился второй, третий, возможно еще и еще. Сосчитать сложно.

Ближе там за деревьями, за лесом. Приближаются.

Мои подтянулись. Я показал на ухо и направление. Они закивали. Несколько секунд и звук работающих моторов заглох. Зато теперь я был уверен, что слышу речь. Кто-то выкрикнул и тут же замолчал.

Мы заняли позицию на краю поляны, переходящей в просеку. Приметное место, отличный ориентир. По нему я прикинул откуда мы пришли и куда уходим. Если отходить тем же путем после стычки с фрицами, быстро пойму.

Засели мы в корнях, растущих из одного места трех высоченных широких деревьев. Даже лесорубы не рискнули на них позариться. Уж больно необычно смотрелся этот пейзаж. Днем скорее всего величественно. А сейчас пугающе-сказочно.

— Там. — Я указал рукой. — Враг. Наша задача не вступить в бой, а понять. Мы. — Подчеркнул важность фразы, осмотрев их всех с