О музыке. Лекции и интервью - Карлхайнц Штокхаузен

названий от самых высоких и светлых к самым темным звукам: громыханье, гудение, потом я написал tromboning (игра на тромбоне), но мне сказали, что такого слова не существует; но если в английском есть слово trumpeting (игра на трубе), то почему бы не быть и tromboning? Люди разберутся.

В этом процессе требуется максимальная точность, не нужно писать по два-три слова, которые можно по ошибке принять за другой звук. Например, у меня есть звук, который по-немецки называется schwirrend (жужжа), и мне предложили перевести это слово на английский как fluttering (порхая). Я возразил, что это должно быть слово с более высокой гласной, похожее на schwirrend. У нас словом schwirrend можно обозначить и звук летящей стрелы. Тогда мне предложили взять слово whistling (свистя), но при этом уточнить, что имеется в виду полет стрелы, потому что насвистывать можно и мелодию и это тоже будет whistling. Ну хорошо, пусть будет два слова, я могу написать whistling arrow (свистящая стрела). И вот у меня уже есть два английских слова, whistling и fluttering, для одного немецкого schwirrend, изначально указанного в моей шкале. Я слышу, что кто-то из аудитории предлагает swishing (шелестя, хлеща)? И whirring (порхая)? Это чудесно – попытаться навести порядок в этих словах; вы можете попробовать дома – составлять подобную шкалу очень интересно. Шкала – более точный инструмент для описания инструментальных тембров в музыке, чем наш обычный вокабуляр, который просто идентифицирует объект, издающий звук, с самим звуком, но ни туба, ни флейта, ни гобой не указывают на свое звучание (10).

Здесь возникает большая проблема, потому что мы пытаемся идентифицировать сами звуки, зачастую не представляя, какой предмет может их издавать. Мы ищем язык для описания звуков в самих звуках, и нам очень нужна подобная шкала. Существует так называемый каталог Оствальда (Ostwald) – довольно новая вещь, – включающий шкалу всех воспринимаемых человеческим глазом цветов; я уже много лет работаю над проблемой создания подобного каталога для звуков.

Некоторые предлагают сделать его числовым, другие – словесным: я думаю, в конечном итоге это будет комбинация технического описания (полоса частот, атаки и угасания) и слов (11).

В «Микрофонии I» все структуры, которые я сочинил, обозначены словами или словосочетаниями, указывающими на звуки, к которым музыканты должны стремиться. С этим списком музыканты отправляются сначала за покупками, как они делали в Кёльне, чтобы приобрести различные свистящие или жужжащие предметы. Они выбирают, например, обычный офисный пластмассовый вентилятор, включают его, пластмассовые лопасти начинают вращаться, вентилятор подносят к тамтаму – и получается вполне подходящий звук. Затем кто-то предлагает принести еще какой-нибудь предмет, и так происходит приближение к нужному жужжащему или шепчущему звуку. Именно так мы и работаем: неделями встречаемся каждый день на несколько часов, испытывая массу предметов на тамтаме и решая, какой из них лучше подойдет.

Работая вместе, мы во многих случаях находим звуковые решения даже лучше, чем те, которые я предложил изначально, основываясь на своем эксперименте. Как-то мы отправились в специализированный магазин, где продаются всевозможные изделия из резины: трубы, блоки, натуральная резина, искусственная… И мы используем всё это в создании звуков. Подобным же образом для звуков шшшш, ссссс, тсссс мы испытали все виды щеток. Мы терли листы ватмана друг об друга, чтобы получить звук фффф, а затем мяли их, чтобы вышел хруст. Для трубных и гудящих звуков мы взяли картонные трубки разных размеров и разрезали их на отрезки различной длины, чтобы получить высокие и низкие звуки. Звук храпа мы получили с помощью картонной коробки из-под стирального порошка, краем которой нужно провести вниз по поверхности. Стрекотание как у сверчков мы получили при помощи маленькой пластмассовой коробки, а вот для шепота использовали голос. Для поющих звуков, в данном случае они не вокальные, мы сделали монохорд из фортепианной струны, туго натянутой между двумя винтами, закрепленными в деревянной доске, и когда вы держите струну у края тамтама и водите по ней виолончельным смычком, вы добиваетесь нужного поющего звука, высоту которого можно менять через длину и натяжение струны, а также варьируя динамику смычка во время исполнения (12).

Мы также использовали стаканы. Чтобы издать высокий поющий звук, возникающий, например, когда вы мокрыми пальцами кружите по кромке винного бокала, необходимо натереть поверхность тамтама мелом или канифолью, иначе не будет достаточного сопротивления, когда вы будете водить стаканом по тамтаму. Это одна из возможностей исполнения поющих звуков. Мне нравится, что всегда есть несколько возможностей исполнения звука, при этом всегда сохраняются его специфические характеристики по отношению к другим звукам.

В дополнение к этой партитуре, довольно абстрактной, ибо она оставляет на усмотрение исполнителей материалы для производства звуков, соответствующих инструкциям, я также подготовил партитуру для публикации в качестве меры безопасности. За годы работы я убедился, что лучше дать письменный пример или комментарий, потому что магнитофонные ленты теряются и качество их со временем ухудшается; а мне бы хотелось, чтобы это сочинение исполняли и дальше. Ужасно интересно представлять, как эту партитуру обнаружат, скажем, через пятьсот лет, когда, возможно, даже пластмасса исчезнет и бог знает какие существа станут жить на Земле. Весьма забавно будет с точки зрения будущего посмотреть на то, как мы интерпретировали ноты. Я сделал фотографии всех предметов и приспособлений, которые мы использовали, и это действительно выглядит как куча мусора. Невероятно. Картон и резина изнашиваются от множества исполнений; стаканы наполовину разбитые; винные бутылки всех видов; и масса других странных предметов. Всё это выглядит очень необычно. Я сфотографировал каждый предмет, пронумеровал фотографии и добавил эти номера к соответствующим словам в партитуре, также я дал детальную инструкцию по использованию каждого предмета.

Фактически мы просто слушаем тамтам, инструмент, которому более трех тысяч лет, примерно так же, как врач со стетоскопом слушает тело человека. Здесь возможно множество применений в будущем. Отдельные композиторы стали похожим образом использовать микрофоны для актеров, певцов и инструменталистов; микрофоны теперь считаются музыкальными инструментами. Сыграть что-нибудь, открыть микромир акустических вибраций, усилить их и преобразовать электронным образом… Я называю это «живая электронная музыка» (electronic live music) в противоположность электронной музыке, которая создается в студии.

Примечания

1 Создание музыки считается аддитивным процессом. Ноты аккумулируются в линии и группы на странице, чтобы получилась пьеса, так же как мазки краски создают картину, а буквы собираются в слова, слова – в предложения, предложения – в рассказ. Другие виды искусства можно рассматривать как субтрактивный процесс, например скульптуру прямой рубки – искусство удаления материала из мраморного блока или дерева с целью получить желаемую форму. Субтрактивными считаются и механические